Глава 3

Кетцалькоатль

День выдался отвратительно насыщенным. Порой мне кажется, что мироздание специально издевается над старым мной, подкидывая под ноги многочисленные разноцветные грабли. И ты вроде даже уже не шагаешь вперед, застыл в состоянии полной стагнации… но не-е-е-е-ет, эти самые грабли начинают валиться на тебя сверху, хорошенько прикладывая по макушке.

Пройти мимо было бы неплохим решением. Отличным, я б даже сказал. Мало ли причин, по которым маленький Мастер может рыдать, сидя под дождем в луже. Ну, может, у нее любимый розовый цвирк помер или родители не купили истребитель последней модели, чтоб весело с друзьями сбивать шальные метеориты. Уж больно все эти дикие выкрики «не хочу» в пространство походили на обычные детские капризы.

Но что-то… что-то всë же заставило меня остаться и предложить воющей в голос девчонке помощь. Надо потом тщательно и с особым рвением снова упокоить эту воскресшую сволочь, совестью именуемую. Или то была не она? Наверное, я просто пожалел свои бедные уши, свернувшиеся от женских рыданий в трубочку. И организм принял единственно верное решение – заткнуть Мастера едой. Проверенный метод, помогающий порой даже в самых неподходящих ситуациях, на самом деле. Разве что… последнюю сотню лет я больше не ношу с собой полные карманы выпечки, не для кого больше.

Так вот о чем я. Может, опыт, а может, интуиция почему-то решили не действовать по стандартной схеме «нашел ребенка-дал леденец-нашел родителей-сдал ребенка». Возможно, я, сам того не осознавая, увидел в маленьком и ершистом Мастере остатки того беспричинного задора, который вновь хотел бы испытать сам. Жаль, в моей кузне не осталось даже углей, и я уже давно перестал об этом переживать. Поспать бы… да, вот именно так же, как, покусывая плавник плюшевой акулы, сейчас сопит этот ребенок, которого в детстве, видимо, случайно уронили головой в чан с единорожьим молоком. Иначе откуда бы еще взяться такому оттенку розового на волосах?

Но… на покупку ингредиентов для выпечки нужна скверна. А значит – работу никто не отменял. Эх, святые прародители, как же хочется уснуть. И возможно, даже не проснуться. Мечты. Придут ведь, разбудят, снова насыплют грабель на макушку, а потом и вовсе запрут под круглосуточное наблюдение, чтоб их. Благодетели хреновы. Порой даже не знаю, на фига я вам сдался…

Блаженная тишина комнаты после вспышки телепорта сменилась неприятным уличным шумом. И дождь в этом мире так и не закончился.

– Что-то случилось? – спросила меня подошедшая со спины Мастер.

– А должно? – не стал опровергать или подтверждать я.

– Ты опоздал. – Женщина пожала плечами, явно не проявляя особой заинтересованности.

– Решил испечь кексы, – снова искаженная правда.

Мастер посмотрела с легкой заинтересованностью и протянула руку, ожидая лакомство. Я скептически дернул уголком рта и отрицательно помотал головой.

– Сдайся уже. Всё равно рано или поздно тебя привяжут. – Она недовольно поджала губы. – Ты прекрасно понимаешь, что лучше это буду я.

– Предпочту поздно, – не стал отпираться я, перекидываясь в оружие. И добавил уже по мыслесвязи: «Пошли быстрее. Я спать хочу».

«Это твое перманентное состояние, – ответил третий голос, принадлежавший Доспеху Мастера Наталии. – Дождешься, что сдадут на полгода в медеску, чтоб мозги поправили. Вот там выспишься».

«Бронелифчики не спрашивали», – огрызнулся я.

«Пф-ф-ф! Дровоколки тем более».

«Вы неплохо ладите, я смотрю, – добавила свою толику скверны Мастер. – Так что зря упираешься, зря. Но ничего, я подожду».

«Обдолбыш уже тут», – Доспех обратил наше внимание на появившегося в переулке дилера. Тот шел, неуверенно оглядываясь по сторонам, смотря на мир чуть затуманенными, но еще живыми глазами.

«Говорили ж ему, не трогать. Дебилоид ржавый, – проворчал мой невольный напарник. – Дилер, что торчит на собственной наркоте, это уже даже не наклонная дорожка, это обрыв».

«Стандартная схема, – мысленно пожал я плечами. – Могли и не спрашивая подсадить. Так они преданней. Пошли».

– Мастер Эн, – поклонилось чуть покачивающееся Оружие, воровато передавая девушке небольшой пакет. – Вот, вся сегодняшняя партия. Но… я больше так не… не смогу. Если не приведу новых покупателей, сами понимаете, босс заподозрит.

– Какой он у вас дотошный. Деньги ты ему тащишь и так, мы даже переплачиваем за товар.

«За нами слежка. Похоже, это реально последняя партия. Уходим, договоримся или попытаемся взять?»

«Уходим».

«Обдолбыша забираем? Всё, отыграл свое. Спишут во ржу».

«Если отпустим свидетелей, пацана в покое не оставят, а по нему и на наш канал выйдут», – сделал дельное замечание Доспех.

«Насмерть, значит… – легко согласилась Наталия. – Ладно, Мастеров там нет. А эти трое сами не на наркоте, но в ней по уши, так что всë равно приговор на перевоплощение. Одного только оставь, что посильнее, может, инфу удастся выбить. Босс будет доволен, если отстоим территорию».

– Тихо, шкет, – перевоплотившись, поймал я качнувшегося придурка за воротник. – Пшел в портал. Не вздумай там дергаться.

Мальчишка вытаращился на меня мгновенно расширившимися глазами и судорожно сглотнул. И вот какого рженя они так боятся, если я голос подам? Ну и к лучшему, зато ни единой попытки дернуться, когда я его всё за тот же шиворот выкинул в переход прямым проколом в закрытый клановый госпиталь. Там ему мозги прочистят и задницу надерут, чтоб неповадно было в такое дерьмо лезть поперек старших. Ржа! А вот это уже… даже немного интересно.

– Вам никто не говорил, что промышлять на чужой земле без спросу – не лучшее решение? – это Мастер спросила уже окруживших нас Оружий. – Тем более с такой низкосортной дрянью, – помахала Наталия пакетом.

– Как невоспитанно с нашей стороны, – издевательски поклонился их старший. – Именно поэтому наш Мастер очень хотел бы лично извиниться перед «хозяевами территорий».

«Ловушка», – прошипел Доспех.

«Даже куску металла понятно».

«Всех во ржу, Кетцаль. У них стоит самоуничтожение».

«Принято, Мастер», – устало выдохнул я, стараясь максимально отстраниться от происходящего. Когда приду, надо что-то испечь. Ненавижу, когда от меня несет кровью и ржавым железом.

* * *

Уже дома, выкладывая из сумки на кухонный стол свежекупленные ингредиенты для заварных пирожных, я с неудовольствием обнаружил среди них тот самый пакет с гадостью, похожей на радужный сахар. Вот же ж… как эта дрянь вообще тут оказалась? А, ржа! Наталия сунула перед тем, как я опять перевоплотился. Ну да, ей были нужны свободные руки, чтобы сражаться. Хотя это очень раздражающая привычка – использовать меня как свое собственное Оружие, даже в качестве запасного кармана. Могла и себе сунуть… Но всë намекает. Ладно, завтра отдам, ерунда.

Сейчас главное – душ и выпечка. Сладкое, оно хорошо поднимает настроение. Особенно с шоколадной крошкой. Главное сокровище далекой родины, то-се, сентиментальные воспоминания о запахе. Угу, под который мне когда-то решили вспороть грудную клетку ритуальным ножом. Это что, вечер воспоминаний? Ржафиг, ржафиг. Выпечку – и спа-а-ать…

Выполнив программу-минимум, наконец завалился спать уже ближе к утру. Напрочь забыв об одном маленьком, громком и розовом обстоятельстве. А зря. Потому что очнулся я оттого, что в меня резким толчком буквально вбили клин из высококонцентрированной скверны с обратным вектором, это, ржа… это…

– М… Мастер?!

Этого не могло быть, она ушла, я точно знаю, и… и эта секундная растерянность спросонья дорого мне обошлась.

– Ты что творишь, ребенок? – прохрипел я, пытаясь продрать глаза. Но длинные розовые волосы, казалось, были везде и вкупе с ощущениями от формирующейся привязки превращали мир в какую-то фантасмагорию.

Глава 4

Жанна

На его бормотание я не обратила ни малейшего внимания, потому что именно в этот момент пошел отклик на привязку и его тело подо мной выгнулось в пароксизме удовольствия.

И всë равно у меня было такое впечатление, что он сопротивляется. Ускользает, как вода между пальцами, не дает зацепиться.

Рассердившись, я сконцентрировалась и всадила в него еще один заряд скверны, в несколько раз больше, чем я обычно отдавала Оружиям. Он ведь старый… опытный, у него, наверное, емкость больше. И ему просто не хватает.

И сама испугалась – ой-ой! Забыла, дура, что именно после хорошего толчка скверной мальчишки из академии подо мной вырубались… ржа! Топорик тоже дернулся так, словно я его ударила током от неисправной антикварной фиговины из отсталого технического мира, и тоже, кажется, вырубился. Ну ржа-а-а-а-а!

Уф, нет! Пришел в себя! Глаза открыл и смотрит. А главное, вполне осознанно так, изучающе. Ну и слава прародителю, а то я уже думала – опять облом, придется лекарей звать. А те папочке настучат… ладно, дальше я осторо-ожненько. Подцепить за связь… сплести потоки… притянуть сущность… а больше не сопротивляется, надо же. Н-ну-у-у… дальше можно просто получить удовольствие!

С этой мыслью я отпустила все инстинкты и впилась в губы Оружия жадным поцелуем.

– Тебе не стыдно, ребенок? – Он окинул меня странным, но вполне доброжелательным взглядом. Спокойным, я б даже сказала. Э, непорядок!

– Ни капли, – обрадовала его я, снова целуя и нетерпеливо ерзая так, чтобы интенсивнее и провокационнее потереться о некоторые… интересные… части тела.

– Ну, сама напросилась, – сделал вывод Топор, и в следующую секунду я почувствовала, что лечу. У-ух! Спиной на постель, а он сверху, и придавил, и… непривычно так. Разве не Мастер должен «руководить процессом»? Но как бы то ни было мне… это… почему-то… нравится!

Спустя час я снова сидела на маленькой кухоньке и весело болтала ногами, уплетая прямо с противня вкуснейшее миндальное печенье.

– А вещи когда заберешь, сразу или потом, когда в клане устроишься? – спросила, наблюдая, как он спокойно возится с духовкой – достает решетки, чистит их как в каменном веке – какой-то железной мочалкой.

– Хм… с чего ты взяла, что я перееду? – кинул Топор на меня заинтересованный взгляд.

– Утонуть мне в сладкой вате! – опешила я. – Ты что, не понял с перепугу? Я же тебя привязала, и теперь ты не бесхозный, а мое Оружие, – я гордо указала пальцем в небо.

– Да я и раньше бесхозным не был, – пожал он плечами, ополаскивая решетку.

Я подавилась печенькой.

– Как это?! Ты же сказал, что твоя Мастер ушла на перерождение… – я на всякий случай еще раз всмотрелась в его ауру и самодовольно хмыкнула, увидев там только слегка розоватую связь со мной, – и у тебя точно не было привязки к другому Мастеру в ауре, иначе бы у меня ничего не вышло!

– Ушла, – тяжело вздохнул он. – Но ты ж вроде не совсем малышка. Понимаешь, что Оружие вполне может и без привязки работать и сражаться.

– Так ну и что? – не поняла я его тяжких вздохов. – После привязки же всё меняется. – Я развела руки в стороны, держа в каждой по печенью. – Все прежние договоренности теряют смысл, кем бы ты там ни был. Новое имя – новая жизнь! Но не бойся, мне твое имя нравится. Оно тебе идеально подходит. – Я зажмурилась, снова откусывая печенье.

– Наивное существо. – Кекс вытер руки и взлохматил мне волосы. – Я благодарен за твой душевный порыв. Честно. Но поверь, со мной тебе лучше не связываться.

– Так, постой-постой, лакричный человечек. – Я выставила обе ладони в защитном жесте, а потом постаралась получше вглядеться в его лицо. – Хочешь сказать, тебя не отпустят какие-то злыдни, да? – Чуть ниже спины явно зашевелилось шило, предвкушая приключения. – Так ерунда, вместе со всем разберемся! Ну, точнее, я разберусь, я ж Мастер.

– Нет, Зефирка, никаких злыдней, – впервые назвал он меня по «имени». – Просто ты поступила достаточно… недальновидно. Не спрашивая, не предлагая, не узнав ситуации. Нагрезила чего-то…

– Какие, на фиг, грезы! – впервые рассердилась я и уперла руки в боки. – Я тебя спасала! Наглотался бы дряни и сгинул во ржу, как дурак!

– Дряни? Как… что? Ты что, «радужную пыль» нашла? – Его глаза непривычно округлились.

– Вот именно! – Я воинственно вздернула подбородок, чтобы этим самым подбородком доставать ему… ну хотя бы до груди. – Ты хоть понимаешь, что это за гадость? У Оружий к нему привыкание почти мгновенное! Разок бы попробовал – и пиши пропало!

– С чего ты взяла, что я ее употребляю? – строго спросил он.

– А зачем ты ее притащил, огурцы… или эти, как их… брамбрулеты на петеяровом масле солить?! На наркоторговца ты не похож, вот не настолько я маленькая, наивная и всё такое прочее, – я недовольно фыркнула. – Немножко, но чую. Особенно по привязке. Всë, не нужна тебе больше всякая фигня, чтоб не было одиноко, теперь у тебя есть я! – Я потянула его за рукав футболки на себя, намекая на поцелуй.

– Это для… работы, – ошалело пробормотал Кекс, глядя на меня большими квадратными глазами. И вместо губ чмокнул… в макушку. – Сегодня в клан передам.

– Чего? Какая еще работа с пылью-то? – опешила уже я. – Кланам с ней тоже запрещено! Слушай… ты не волнуйся, – прикинула я в голове дальнейшие действия. – Сколько там эта фигня стоила? Я заплачу и выкуплю тебя у тех гадов, которые заставляли такими темными делишками заниматься. А если надо будет – сдам их Хранителям, чтоб неповадно было наркотой торговать!

– Постой… ты что-то сделала с партией? – Он уронил на пол половник, который решил всё же домыть во время разговора.

– Уф-ф-ф… в унитаз смыла, – призналась я чуть виновато, но потом снова рассердилась: – Туда им и дорога. Кекс, ты ведь большой и умный… вроде. Понимаешь же, что это не шутки! Это приговор на перерождение и вообще очень поганая пакость. Не надо тебе ее.

– Ты… дите ты неразумное, – внезапно успокоился Топор, накладывая мне на тарелку еще печенек. – Если б я действительно этой дрянью торговал, то, уничтожив такую партию… эх…

– Ну вот поехали домой, там не достанут, – предложила я, облизывая пальцы. Эх… дома так не покайфуешь, там этике-е-ет за столом.

– Откуда ж ты на мою голову взялась, нахальная конфета, – вздохнул Кекс. – Вот не было печали, а грабля всё равно прилетела… Ладно, зато… впрочем, неважно. Посиди-ка тут пять минут, хорошо?

И с этими словами он вышел из кухни.

Я доела печеньки. Выпила приготовленный им кофе. Еще немного посидела и поняла – что-то не так. Пять минут давно прошло.

Вот я дура-а-а-а! И он дурак!

Записку оставил, идиот ржавый, на двери приколотую, как… как в мелодраме!

«Ты прелесть, малышка. Но, поверь, старый металлолом с кучей сколов, обязательств и проблем – это не то, что пригодится маленькой зефирной принцессе. За привязку не беспокойся, скверну мне в клане и так дают – пенсия очень даже неплохая. Да и с остальным я сумею справиться сам. А ты быстро найдешь себе молодого хорошего мальчика по руке, я искренне в это верю. Удачи. Кекс.

P.S. Ключи от квартиры на тумбочке в коридоре. Аренда оплачена еще на три цикла вперед – так что можешь пользоваться».