Дверь резко распахнулась, но в ней крестом встал Илья, явно загораживая кому-то подступы к моей спальне. И что мне не понравилось, так это то, что мое новое «зрение палача», которое я с перепугу активировала, отметило целых три болевые точки в его организме. Точнее, не болевые, а болящие – моего зайца кто-то ударил! Подло и жестоко, явно целясь туда, где больнее, но следов особо не останется.
От злости я забыла о собственном хреновеньком самочувствии. Это что еще за наглый нафиг?! Это мой холоп, в смысле человек! Пытать его имею право только я! А бить тем более!
– Пшел вон, смерд, я буду разговаривать только с хозяйкой, – лениво проговорил заранее противный некто из темноты коридора и попытался снова ударить Илью. Ха!
Мой зайчик не так прост, и то, что его все же достали несколько раз, говорит скорее о нечестности нападавших – наверняка толпой пинали.
Потому что одному наглецу зайчик вполне успешно ответил. Судя по грохоту, с которым гад отлетел от моей двери, Илью разозлили всерьез. Он сдавленно прошипел что-то явно матерное себе под нос и приготовился держать оборону. Мой герой!
– Что тут происходит? – как можно громче спросила я, героически отдирая себя от прикроватного коврика, собирая конечности и глаза в кучку и выглядывая из-за мужской спины.
Большую часть обзора зайчик мне перекрывал, но я прекрасно разглядела двух крупных мужиков откровенно разбойничьей наружности. Причем таких, которых легко можно было назвать «бандиты с большой дороги». Уж очень колоритна была их пыльная, местами рваная одежда землистых цветов и количество развешанного по всем доступным местам оружия.
– Простите, барышня, – сквозь зубы процедил Илья, не оборачиваясь. – Моя вина. Но накажите меня позже.
– За что? – удивилась я, мрачно всматриваясь в непрошеных гостей, толпившихся у лестницы. – За невоспитанных… это кто вообще?
– Это представители… охотничьего отряда. Пришли просить дозволения промышлять в наших лесах еще месяц. – Заяц явно смягчил углы.
– Гы-хы, – улыбнулся один из разбойников, сверкая пожелтевшими зубами.
– Дозволения? – Ядом в моем голосе можно было смазать все плевательные иглы целого амазонского племени людоедов. – Оригинально.
– При этом господа еще не выплатили процент за прошлый месяц охоты, – прошипел Илья. Хм, и с процентом что-то не так, судя по его злобному выражению лица.
– Хозяйка, прощенья просим! – просипел один из наглецов таким тоном, что было яснее ясного: плевал он на мое прощение. – Времени в обрез. Не до бабских бантиков нам. Убери холопа, да поговорим. Глядишь, и договоримся по-свойски-то. – Тут он подмигнул мне настолько похабно, что не выдержала душа поэта.
Нет, я никогда не была мастером единоборств. Нет, я не привыкла решать проблемы силовыми методами. Я вообще человек сугубо мирной профессии: я людей лечу, а не калечу. Но даже меня можно довести.
Причем до такой степени, что я сама не поняла, как зайчик оказался прижат к косяку, у меня в руке сверкнул окровавленный тесак (когда я его из инвентаря достала?!), а под ногами проскочил лохматый шар пепельного цвета. Шар зверски шипел и плевался, молниеносно взбежал по ноге одного из вторженцев, цапнул что-то с пояса и так же стремительно откатился обратно, исчезнув… кхм…
Вот честно. Сама не ожидала от своего ленивого кота настолько боевого настроя. Раньше Слоняш, скоммуниздив что-нибудь запретное со стола, прятался под кровать. А теперь, похоже, нырнул обратно в «мой инвентарь». И как он, скажите на милость, умудрился откусить с огромного мужика половину пояса с какими-то подвесами?! Он же кот, а не шредер…
– Э-эт-то что такое?! Вы что творите? – взвыл обкусанный, но не напал, потому что ловил в это время штаны, которые без половины пояса отказывались держаться.
– Пошли вон, – с великолепными барскими интонациями велела я, поигрывая тесаком и отмечая, что кровь с него капает куда-то… непонятно куда, потому что исчезает, не долетев до пола. – Думаю, желающих поохотиться в моих угодьях я найду и других. Хотя нет! Сначала выплатите деньги за прошлый месяц!
– Да какие деньги, барышня магиня! Леса ваши давно оскудели, зверья нет совсем, – хмыкнул второй, необкусанный. И не особо испуганный, между прочим.
– Ага! И поэтому вы еще месяц хотели там охотиться? – иронично переспросила я. – Вы мне зубы не заговаривайте! Или платой станут ваши… органы размножения! В следующий раз Слоня не промахнется!
– Поговорить в любом случае придется, барышня, – снова хмыкнул незваный гость. – Так и быть, уступим вашей женской блажи. В гостиной подождем.
И ушел вниз по лестнице, уведя покусанного. А рядом со мной едва слышно закашлялся зайчик, который, оказывается, все время моего выступления не дышал.
– Вы в своем уме? На вооруженных охотников кидаться! – первым делом выкатил он мне претензию. – И откуда взялась эта… это оружие? А зверь? Что это было?
Я уже открыла рот, чтобы ответить, и тут на периферии зрения замигало высунувшееся из пустоты щупальце, которое потыкало в кривовато-привычную надпись с выбитыми буквами: «Услов_я неразглаш__ия».
Сердито фыркнув, я поджала губы. Между прочим, я ничего не подписывала и ни на какие галочки не жала.
Щупальце сделало вид, что пролистало документ до самого конца, и продемонстрировало мне последнюю фразу в документе: «Наказание – смерть и развоплощение души».
Тьфу… я вообще-то и не собиралась ничего такого сообщать зайчику. Кто его знает, не получится ли так, что клятву он давал здешней Наденьке. А раз я теперь вместо нее, то и все обязательства недействительны. Вдруг отморозится?
– Кажется, у меня пробудился некий дар. Сама пока не поняла, какой именно. – Технически я и не соврала. Система и есть своеобразный дар в честь попадания. Очень своеобразный. – А что насчет этих наглых молодых людей? Что посоветуешь им сказать? – Я быстренько перевела тему на более актуальные проблемы.
Заяц в ответ насупился, сканируя меня взглядом от матерчатых туфель до заколки с висюльками. Странный у него был взгляд. С одной стороны, то, что я одета и причесана, нам сейчас на руку. С другой… кажется, кто-то недоволен тем, что без него на этот раз обошлись. Хм. Подумаю об этом потом.
– Некий дар? Это с его помощью вы самостоятельно затянули на себе корсет? – Ух, сколько подозрений в голосе. А на окно зачем косится, зайчик мой? Всерьез подозревает неизвестного соперника с навыками опытного шнуровщика? Это даже смешно, если в красках представить.
– Не туда смотришь. Любовников прячут в шкафах, – не удержалась я.
– Дар, значит. – Илья сделал вид, что не слышал ничего ни про каких любовников. – У вас?
– Откуда столько скепсиса?
– Вы забыли о том, что в вашей крови магии изначально практически не было? Или что надежд на пробуждение с возрастом не осталось? Вы уже совершеннолетняя, организм давно перестал расти, и всплеск скорее убьет вас, чем пробудит способности.
– Ну вот видишь, даже маленькая надежда иногда срабатывает. Хочешь, покажу как? Кис-кис-кис… Слонечка, солнышко мое, иди к мамочке! А железку мы пока уберем.
– Мяу, – недовольно сказал пушистый шар, появившись из воздуха и лениво приоткрыв один янтарный глаз. – Мя?
– Кис-кис, иди познакомься с тем, кто отныне будет менять тебе лоток!
– О Лада… – Заяц неожиданно так впечатлился, что аж обмяк, прислонившись к косяку. – Барышня, что же вы натворили?!
А что я натворила?
О проекте
О подписке
Другие проекты