Цитаты из книг автора «Джеффри Кейн»

«В рамках своей инициативы „Один пояс и один путь“ стоимостью 1 трлн долларов Китай поддерживает инфраструктурные проекты в развивающихся странах со стратегически важным расположением, зачастую предоставляя им огромные кредиты. В результате страны попадают в долговую ловушку, которая делает их зависимыми от Китая», – писал Брахма Челлани, выдающийся индийский геополитический стратег, придумавший термин «дипломатия долговой ловушки». Он считает, что «Один пояс и один путь» был разработан не для поддержки местных экономик, а для обеспечения Китаю доступа к природным ресурсам и рынкам сбыта для китайских «дешевых и некачественных экспортных товаров»: «Во многих случаях Китай даже присылает своих строителей, минимизируя количество создаваемых рабочих мест».

На совещании по вопросам безопасности в мае 2019 года правительство Узбекистана объявило о заключении контракта с Huawei на установку системы «Безопасный город» из 883 камер видеонаблюдения в Ташкенте для – настоящий оруэлловский новояз! – «цифровизированного решения политических вопросов». В августе 2019 года The Wall Street Journal сообщила, что техники Huawei помогли властям Уганды получить доступ к страницам фейсбука и телефонам оппозиционных блогеров, критиковавших президента. Huawei, как и всегда, отвергла эти обвинения. Однако компания признала, что не принимает во внимание этические и гражданско-правовые последствия продажи своих технологий авторитарным правительствам.

Центр стратегических и международных исследований, крупный аналитический институт в Вашингтоне, в своем отчете пришел к заключению, что страны, внедрившие систему «Безопасного города» от Huawei, имеют три общие характеристики: они только условно демократические или вовсе недемократические; чаще расположены в Азии и Африке; характеризуются «средним уровнем дохода» – то есть не богатые, но и не бедные. «Безопасный город» прижился в Пакистане, Бангладеш, Кении и Малайзии. Эксперт по Китаю Шина Честнат Гритенс, старший научный сотрудник Брукингского института в Вашингтоне, собрала данные о китайских средствах наблюдения и обеспечения общественной безопасности, применяемых во всем мире. Она делает вывод, что «страны, стратегически важные для КНР, с большей вероятностью внедрят их, равно как и страны с высоким уровнем преступности».

В середине 2018 года Соединенные Штаты и их союзники высказали опасения по поводу заключения контрактов на прокладывание сети 5G с Huawei. США принудили своих союзников по Европейскому союзу и Австралию отказаться от сотрудничества с китайской компанией и выяснить, могут ли Ericsson и Nokia предоставить более безопасную и надежную альтернативу. «Разработка собственных безопасных сетей 5G перевесит любые предполагаемые выгоды от партнерства с китайскими провайдерами, которые субсидируются из госбюджета и подчиняются партийному руководству», – заявил министр обороны США Марк Эспер.

С течением времени десятки стран оказались в затруднительном положении: им пришлось выбрать ту или другую сторону. Многие предпочли Китай. Для большинства стран главной мотивацией было строительство сети данных следующего поколения. Власти могли нанять Huawei для прокладывания сети 5G или же обратиться к западной компании, например финской Nokia или шведскому технологическому гиганту Ericsson. Высокоскоростная сеть 5G гарантировала молниеносную передачу данных и была способна поддерживать искусственный интеллект, «умное» производство, «умные» города и другие развивающиеся технологии. Для XXI века это был эквивалент железных дорог и авиалиний – толчок к развитию экономики, двигатель и символ национального экономического прогресса.

К 2018 году раскол стал вполне очевиден: обе стороны оказались в неловком положении, поделив свои технологические экосистемы на две отдельные сферы влияния. В первую из них вошли страны, которые хотели получить доступ к технологиям и инфраструктуре Китая, – авторитарные государства, такие как Россия и Венесуэла, а также более бедные страны, такие как Эфиопия, заинтересованные в привилегированном доступе к проектам «Безопасного города» и «Одного пояса и одного пути», а также низких ценах, которые предлагал Китай. Другую сферу составили более богатые страны Запада – «Пять глаз» (Австралия, Новая Зеландия, Канада, Великобритания, США), Европейский союз и Япония. В этих странах располагались штаб-квартиры Nokia, Ericsson, Amazon и Google.

Компания Hikvision – крупнейший в мире производитель камер видеонаблюдения. Сайт IPVM, посвященный индустрии видеонаблюдения, сообщал, что Hikvision выиграла тендер стоимостью 53 млн долларов на создание системы распознавания лиц в одном из уездов Синьцзяна, в том числе и для использования в тюремных лагерях. Через свою систему видеоконференцсвязи Hikvision транслировала разрешенные государством проповеди в местных мечетях, а также следила за происходящим в них посредством камер видеонаблюдения. Агентство Франс Пресс обнаружило тендерную документацию от 2017 года, согласно которой 35 тысяч камер Hikvision были установлены в школах, офисах, мечетях и на улицах и следили за тем, чтобы имамы в своих проповедях не выходили за границы, очерченные правительством. В 2017 году Hikvision выиграла и другие подобные тендеры.

В начале 2018 года Банк Китая, центральный банк страны, начал перехватывать контроль над системой социального кредита у восьми частных фирм, разрабатывавших ее в течение предыдущих четырех лет. Теперь, когда государство захватило контроль над системой, она заработала быстро и эффективно. В том году путешественникам было 17,5 млн раз отказано в покупке авиабилетов и 5,5 млн раз – в покупке билетов на поезд, поскольку их социальный рейтинг был слишком низким. 290 тысяч раз гражданам было запрещено выполнять обязанности корпоративных юристов, а также занимать руководящие должности.

В декабре 2017 года Коммунистическая партия запустила проект «Становимся семьей», в рамках которого миллион партийных работников разместили в уйгурских семейных домохозяйствах. Государственная пропаганда назвала эти размещения «воссоединением семей». В действительности это было попыткой поселить госслужащих в домах уйгурских мужчин и женщин, чтобы доверенные чиновники могли шпионить за уйгурами, а также делить с ними хлеб и кров. Проект «Становимся семьей» был недельным экспериментом, который перерос в полноценную социальную программу. Госслужащие жили в принимающих семьях по пять дней каждые два месяца.

В богатых прибрежных провинциях Китая располагались заводы, на которых производили кроссовки Nike и айфоны. Но экономика Китая росла, население старело, и все больше людей уходило с заводов, становясь «белыми воротничками». Китай столкнулся с нехваткой рабочей силы. Как было компенсировать эти потери? Решением для Китая были заключенные-уйгуры, которые, по словам охранников Майсем, должны были пополнить рабочую силу, помочь экономике и привить остальным заключенным дисциплину. В 2017 году правительство расширило программу под названием «Помощь Синьцзяну» и начало отправлять заключенных-уйгуров на заводы по всему Китаю, заявив, что стремится к «межэтническому единению» и «искоренению бедности». В общей сложности Австралийский институт стратегической политики (ASPI) определил 83 компании, которые извлекли выгоду из привлечения уйгурских рабочих через программы трудоустройства. В их число вошли Amazon, Adidas, Calvin Klein, Gap и Tommy Hilfiger. В течение последующих двух лет, вплоть до 2019 года, более 80 тысяч уйгуров будут перемещены из Синьцзяна на заводы, «а некоторые из них отправлены напрямую из лагерей для заключенных», сообщил ASPI. Он назвал эту цифру весьма сдержанной оценкой.