Я медленно начинаю понимать, что единственные инструменты, которые у меня для этого есть, — несмотря на всю их недостаточность — это мои собственные глаза и уши, мои руки, мой голос и моя голова. Вот и все. Все, что у меня есть, — это я сам. И я не могу отделаться от мысли, что я не уверен, что этого достаточно.
