Цитаты из книги «Щегол»

Даже то, как мило она приволакивала ногу (будто русалочка, которая с трудом ступает по земле), сводило меня с ума. Она озаряла все золотым светом, она была линзой, которая укрупняла красоту, так что весь мир преображался рядом с нею, с ней одной.

Эндрот. Андроид. Битые яйца. Прыщедав. Губка Боб Ссаные Штаны.

Засучил жабрами: фразочка мистера Барбура. Я с болью вспомнил вдруг, как мистер Барбур рылся у Платта в комоде, предлагал зажечь у меня камин. Господи, это ж надо такому было приключиться.

Не плоть и кровь – сердце делает нас отцами и детьми. Шиллер

Все это время я старательно следил за судьбой ребят из Бронкса, моих коллег по грабежу музеев.

Но даже после смерти отец был неубиваем, как бы я ни старался начисто про него позабыть – потому что вот он, запечатлен навеки в моих руках и моем голосе, в моей походке и в том, как я быстро, искоса оглядываюсь, выходя из ресторана с Хоби, сам поворот головы воскрешает в памяти его старинную привычку прихорашиваться, выглядывать себя в любой зеркальной поверхности.

В ее взрывах смеха слышалась лезущая из нутра бесшабашность, хорошо мне знакомая по нашим ночам с Борисом – грань между хмелем и истерикой, которую я связывал (ну, у себя по крайней мере) с тем, что побывал на волосок от смерти.

Искажение времени: возможность увидеть что-то дважды, а то и больше.

– Это я к тому, что у вас любая херь демократией называется. Насилие… жадность… тупость… но если это делают американцы, то все ок. Ну что, я не прав? Не прав?

borys volodymyrovych pavlikovsky)