Цитаты из книг автора «Донна Фрейзер Глинн»

Древнегреческая легенда гласит: жил-был красивый молодой человек по имени Нарцисс, и был он настолько привлекателен, что и мужчины и женщины безнадежно влюблялись в него с первого взгляда.

Отличительная особенность таких матерей – недостаток сочувствия, а их чрезмерный эгоизм закрывает им глаза на страдания, которые они несут другим. Они редко стараются взглянуть на ситуацию с точки зрения другого человека. Зато они абсолютно точно знают, чего хотят, и требуют этого от других, поэтому им сложно, если не невозможно, увидеть связь между своими пороками и оскорбительным поведением, которое оказывает определяющее воздействие на их отношения с

Многие клиентки рассказывали мне о чудесных временах, проведенных с матерями в детстве: целые дни объятий и веселья. Они удивлялись, насколько кардинально все изменилось, когда они достигли зрелого возраста. Это катастрофический переломный момент: какое-то время у вас была мама, но вдруг ее не стало, и вы недоумеваете, что же вы такого сделали, чтобы потерять ее. На самом деле все просто: вы перестали быть неуклюжей, плоскогрудой девчонкой – теперь от вас исходит угроза ей как женщине. В течение нашей беседы Джен проследила изменения в отношениях с матерью вплоть до школьных лет.

постепенно начинает видеть в ней соперницу, вступая на путь критики, соперничества и ревности, с которого она теперь не сойдет вплоть до превращения дочери во взрослую женщину. Спровоцированное наступающей женственностью дочери чувство тревоги, что ее обойдут, отпускает лишь ненадолго, а типичная для нарциссов манера поведения, описанная в этой главе, становится вполне привычной. Воспоминания о «хорошей матери» терзают дочерей, потому что если эта сторона проявляется не часто, то становится трудно создать крепкие отношения в контексте изменчивого настроения матери или восстановить близость, которая была между ними раньше. Но они продолжают предпринимать такие попытки, тем самым все больше запутывая свою жизнь.

«Плохая мать» когда-то была хорошей Чем меньше уверенности в себе у чрезмерно нарциссической матери, тем больше в ней наигранности, злости и стремления к превосходству. Но в редкие моменты, когда она получает то, что хочет, или чувствует себя уверенно, или не предчувствует угрозы от вас, она успокаивается. Ей уже не требуются три «О» и нет желания критиковать вас. В эти периоды она кажется совершенно другим человеком, добрее и участливее. Некоторым дочерям редко удается увидеть хорошую сторону нарциссической матери. Других же тревожит контраст между их «хорошей матерью» и «плохой матерью», как правило, потому, что наиболее длительный положительный период материнской опеки пришелся на их детство. Здесь есть закономерность: если нарциссические матери сравнительно мало нервничают и слышат много лести от своих маленьких дочерей, то они охотно берут на себя роль учителя и проводника по собственному миру. Но дочь растет, и мать

• Этого не было. • Я так не говорила.• Ты уверена, что тебе это не приснилось?• У тебя богатое воображение.Затем она продолжит наступление критическими замечаниями:• Какая же ты злопамятная.• Ты принимаешь все близко к сердцу.• Я просто пошутила. Что случилось с твоим чувством юмора? • Ты всегда неверно меня понимаешь.

Чрезмерно нарциссическая мать вряд ли призна́ет свою неправоту, несмотря на ее вопиющую очевидность, и будет утверждать что угодно, лишь бы показаться правой. Она будет перевирать собственные обещания, отрицать свое поведение, свидетелем которого вы были, лгать о поступках и словах других людей. Дана заметила, что часто это не просто ложь, но и поворот ситуации на 180 градусов: то есть лгунишкой оказываетесь ! Такой человек способен выбить вас из колеи, отрицая истинную реальность, которую вы отстаиваете, с помощью следующих фраз:

любое несогласие с ней или критика в ее адрес вызовут у нее единственную реакцию – ощущение того, что на нее напали. Эвелин, конечно, не кричала, когда потирала нос и склоняла голову в ответ на претензии дочери. Но за внешним спокойствием скрывались накал страстей и агрессия. Она использовала язык тела, намекая: «Ты причинила мне столько боли, что я не могу высоко держать голову», а также и преувеличения, утверждая: «Ты так говоришь, будто я самая плохая мать в мире», чтобы перейти в наступление и переложить вину на Дану.

то, что делает обычно, когда я обращаю ее внимание на что-либо, касающееся ее самой. Большим и указательным пальцем она стала тереть переносицу, будто голова разболелась. Потом она опустила голову и сказала: “Дорогая, мне очень трудно. Ты так говоришь, будто я самая плохая мать в мире. Терпеть не могу, когда ты злишься”». Мать Даны профессионально переложила свой дискомфорт на плечи дочери, с помощью тщательно подобранных слов и жестов донеся до той единственную мысль: «Смотри, сколько боли ты мне причинила».

Я сказала: “Мам, мне очень нужно с тобой поговорить кое о чем”. И сразу заметила, как она напряглась, но я продолжила и похвалила себя за это. Я сказала: “Ты меня обижаешь и ставишь в неловкое положение тем, что драматизируешь важные события моей жизни. Меня неприятно удивил твой трюк с обмороком на прошлой неделе во время ужина. Я забеременела не для того, чтобы наказать тебя или навредить тебе, почему же ты повела себя так, будто я делаю что-то отвратительное по отношению к тебе?” “Не знаю, зачем ты опять забеременела, – ответила она. – Ты знаешь, как я переживаю за тебя”.Я сказала: “Мам, моя беременность не имеет к тебе никакого отношения, и эта сцена за ужином была полным фиаско. Ты любишь купаться в лучах славы и, кажется, не переносишь, когда внимание переключается на меня”. Я глазом моргнуть не успела, как она сделала