Цитаты из книг автора «Донато Карризи»

– только мыслью, голосом у нее в голове. Как-то ночью она была с клиентом

Сколько бесполезных телодвижений совершают люди, пытаясь обмануть смерть, – думал он, сидя в запертой машине. – Одни под дулом пистолета протягивают руку, с тем чтобы пуля пробила им ладонь. Другие, спасаясь от огня, выбрасываются из окна…. Все хотят избежать неизбежного – смех, да и только!»

время преодолевать напряжение. Чтобы придать своим ответам максимальную достоверность, он вынужден прибегать к осевшему в памяти запасу правдивой информации и вплетать в нее лживую, что требует определенных логических усилий и игры воображения. Любая ложь должна опираться на факты, чтобы сразу не рухнуть. Когда эта ложь не единственная, игра значительно усложняется. Подобно тому как амплитуда телодвижений жонглера увеличивается, стоит добавить к летающим в воздухе тарелкам еще одну. И психологически человек становится все более уязвимым.

Лампы дневного света бьют в глаза и раздражающе жужжат; этот звук также является инструментом психологического давления для Бориса. Сам он вставляет в уши ватные затычки, смягчая эффект. Фальшивое зеркало отделяет комнату для допросов от другого помещения с отдельным входом для других членов группы, которые будут наблюдать за происходящим. Очень важно, чтобы допрашиваемый сидел к зеркалу в профиль, а не анфас: он должен чувствовать на себе невидимые взгляды, но лишен возможности обменяться ими. И стол, и стены выкрашены белой краской; монохромность не позволяе

Комнату для допросов давным-давно оборудовали рядом с гостевой. Тесное душное помещение без окон и с единственным входом, который Борис закроет на ключ, как только войдет туда с допрашиваемым. А ключ положит в карман, как делает всегда, и этот простой жест обозначит для собеседника расстановку сил.

Бог молчит, а дьявол нашептывает.

Мила сочла это положительным фактором: даже там, где хоронят зло, есть место милосердию.

занимается? Если бы кто-то убил Адольфа Гитлера, или Джеффри Дамера, или Чарльза Мэнсона, ко

сколько, если бы один из них, наиболее циничный, не сказал ей открытым текстом: «Боли не существует. Как, впрочем, и других человеческих чувств. Есть только химия. Любовь – не что иное, как действие эндорфинов. Уколом пентотала я сниму любую твою привязанность. Мы не более чем машины из плоти».

что необходимость в Нем объединяет людей.