Если вы хотите жить полной жизнью, то должны найти в себе мужество разорвать соглашения, основанные на страхе и требующие огромных усилий, и научиться заключать соглашения, основанные только на любви – они позволят вам не только сохранить энергию, но и приумножить ее. НЕ БУДУЧИ СОВЕРШЕННЫМИ, МЫ НЕ
Огонь порождают эмоции, которые питаются страхом. Всякий раз, испытывая гнев, ревность, зависть или ненависть, мы ощущаем, как внутри нас разгорается пламя. Если рассматривать ад как состояние сознания, получится, что мы живем в адском сне.
В ту ночь в пустыне я не боялся. Но потом, очнувшись, я испугался, потому что понял, что все, что есть в моем рассказе, более не имеет значения, а мне нужно как-то продолжать жить в мире. Позже я понял, что могу переписать рассказ жизни. Я узнал, как открыть структуру того, во что я
правда, нам становится страшно, потому что по-другому мы жить не умеем. Как только мы осознаем, что мы не те, кем себя считали, почва уходит из под ног и кажется, что рушится сама жизнь. Рассказ теряет смысл, а это очень страшно.
Потому что если мы поверим в истину, то ложь этого не переживет. Люди боятся истины, но когда мы говорим, что боимся, на самом деле это в нас говорит лжец. Лжец говорит так, потому что знает, что ложь не переживет истины – а ложь очень не хочет умирать. , даже если знания неистинны. Когда мы понимаем, что то, чем мы себя считали, не
ний. Я сам был чистейшим осознанием. Я воспринимал чувствами, и если бы я тогда попытался словами сказать о том, что я чувствую, озарение бы мгновенно исчезло. , тут же попытается обесценить ощущения – рационализировать их или вовсе отказаться от них. Почему?
для того, чтобы я смог сказать это сам, но теперь я сам ощущал истину. Я понял, что я совершенен, потому что я – единое целое с бесконечностью, с силой жизни, которая создала звезды и всю Вселенную света. Я – создание Бога. Мне не нужно быть Так произошло мое воссоединение с любовью, которую я оставил давным-давно – тогда, когда отказал себе в любви. Я заново открыл свою подлинность, которую знал до того, как научился лжи. В миг озарения все стало ясно без всяких размышле