Она провела пальцем с искривленным от артрита суставом по тёмной обложке, слегка царапнув ту желтоватым ногтем. Цена за открытие этой книги была высока и в то же время проста – чья-то жизнь, а каждый запрос выпускал в мир джинна, древнюю и необузданную силу. В далёком 1927 году она нашла её. Нет, не так. Книга позвала сама…
В те годы партия вела решительную борьбу с церквями, стремясь искоренить все религии и избавиться от так называемой второй власти, способной влиять на умы людей и управлять ими. Юная Тамара Рубенштейн всеми силами пыталась доказать свою полезность государству, и каждая разрушенная церковь становилась подтверждением её верности идеалам партии. Пока её не направили на Кавказ, где она неожиданно для себя обрела веру.
На этих землях испокон веков проживало множество народностей и случалось даже так, что соседние деревни говорили на разных языках. В дальних уголках Кавказа встречались абсолютно дикие, языческие культы, поклоняющиеся древним богам. Людям предложили уютные квартиры в городах, доступную медицину и образование детям в обмен на отказ от веры.
Тамара, как сейчас, помнила тот день, когда впервые услышала голос Богини-Матери. Воздух, наполненный ароматами цветущего миндаля, щекотал нос. Ещё не жгучее солнце лилось на горные склоны, разливающиеся зелёными волнами первых лугов с робкими подснежниками, крокусами и маками. Сначала ей показалось, что её слух потревожил шум ручья, что набухший талой водой, бежал с хребтов, звеня и смеясь. Среди этого гомона её уши уловили едва различимый шёпот, как отзвук чего-то знакомого, но безвозвратно забытого. Она пошла на звук. И вскоре за песней оживающей по весне природы она смогла разобрать, своё имя, которое повторялось вновь и вновь.
Она не знала местности, не ориентировалась в направлениях, но безошибочно вышла к ущелью, где скрывалось древнее святилище с гладким камнем, увитым корнями, вместо икон. Тамара отыскала ту, что существовала ещё до появления Адама и Евы, других суеверий и ложных богов, но в отличие от них, она была настоящая. Богиню-Мать обманули, спрятали, утаили. Заперли среди страниц, сделанных из кожи, принесённых в жертву людей, а на стражу выставили сонмище джиннов.
Возможно, то, что выглядело как книга вовсе ею и не было. Ведь без единой буквы на желтоватых листах прочитать ничего нельзя. Наоборот, это книга читала тебя, заглядывала в душу, выискивая сокровенное желание, чтобы отправить джинна исполнить его. Жизнь Тамары превратилась в сказку, полную уважения, наград и почётных грамот. Единственное, чего просила Богиня-Мать взамен – это разыскивать других древних богов.
Но в тот момент, когда Тамара всё-таки отыскала ещё одного бога здесь, в этой забытой всеми деревне, то внезапно узрела в зеркале чужое, незнакомое лицо, сплошь покрытое морщинами. Но и тут Богиня-Мать не оставила её, поведав, как заполучить молодое девственное тело. Это был её шанс начать всё заново, прожить ещё одну жизнь. Нужно было только выполнить несколько условий.
Старуха вздохнула. Она сама оплошала, поставив на Гришу. Приходилось работать с тем, что было. И как же вовремя сюда пожаловал внучок этой старой ведьмы. В самом расцвете лет, симпатичный лицом и телом. И хоть глаза Тамары заволокло белёсой пеленой, она не могла не заметить, что девчонка клюнула. Но в этот раз она не хотела рисковать и зря тратить годы, которых и так осталось немного.
– Мать, помоги мне, подскажи, – прошептала она, открывая книгу где-то на середине, и отошла в тень.
На первый взгляд ничего не произошло и не изменилось. Она всё так же стояла одна в небольшой комнате с множеством чадящих свечей перед богато украшенным алтарём, на котором квохтала жертвенная чёрная курочка. Но если чуть-чуть, вот так, скосить глаза и посмотреть сквозь боковое зрение, то можно узреть кроваво-чёрную фигуру с непропорционально длинными руками, которое водило над страницей пальцем с ногтем, больше похожим на коготь, словно что-то читало в книге, пока книга читала её. А затем заметить, как на без того большой голове этого существа появляется чёрная дыра, всё увеличиваясь в размерах, пока его шея вытягивается всё сильнее и сильнее, приближая голову с образовавшейся в ней пропастью к курочке…
Шмяк!
Старуха невольно вздрогнула, когда её лицо обрызгало тёплыми каплями. Курица будто бы взорвалась…
– Спасибо, мать. Я всё поняла.
Как и планировал, на следующий день я выдвинулся в районный центр. Погода радовала отсутствием холодов и свежим воздухом. Я вышел за ворота и направлялся в сторону автобусной остановки, когда из калитки соседнего дома выскочила Кристина, а следом за ней дядя Андрей.
Увидев меня, Кристина бросилась ко мне, взволнованно крича:
– Тимур! Тимур, помоги!
Будь я другим, сказал бы, что картина, представшая предо мной, была пугающей. Недавно воскрешённый в моей памяти образ добродушного мужика никак не вязался с безумцем, бегущим за девушкой, размахивая огромным ножом.
Я отреагировал по инерции. Быстро отодвинув Кристину себе за спину, резко оттолкнулся правой ногой и перенёс вес на другую. Поднял свободную ногу, одним движением сгибая в колене, и резко вытолкнул вперёд, попав стопой прямо в округлившийся живот дяди Андрея, прикрытого посеревшей от времени майкой. Он отлетел и неуклюже рухнул на спину.
– Что случилось? – спросил я, быстро глянув на Кристину.
– Я не знаю. Я зашла к ним, а он внезапно кинулся на меня, угрожая убить, – ответила она, прижимая к груди окровавленную руку.
Дядя Андрей всё также валялся на земле, прикрыв лицо руками и бормоча что-то невнятное, подтверждая мои подозрения, что деревня полнится психами. По крайней мере, сейчас он не представлял опасности, поэтому я сказал Кристине:
– Дай руку, посмотрю.
Со слезами на глазах она протянула окровавленную кисть мне.
– Глубоко порезал, – заключил я. – Возможно, останется шрам, если не зашить.
– Вы оба чертовы отродья! – донесся до нас гневный хрип. – Я помогу Матери избавиться от вас.
Я перевёл взгляд на дядю Андрея, тот уже стоял на ногах. Его седые волосы были всклочены, левый глаз заплыл, на скуле темнел синяк, видимо, следы, оставшиеся после избиения Гришей. Но даже одного глаза, наполненного чистейшей ненавистью, хватило, чтобы понять, что он собирается снова напасть. Я тяжело вздохнул, понимая, почему Гриша его отмудохал. Он рванул на меня.
Я скинул рюкзак с плеча и ухватившись за лямки, замахнулся им, меняя траекторию руки с ножом. А затем выполнил раундхаус-кик, намереваясь отправить нападающего в нокаут. От удара дядя Андрей улетел в сторону и грохнулся на землю. Я быстро пнул потерянный им нож в кусты и обернулся к Кристине:
– Что мне с ним делать? Он явно не в себе.
– Тимур! Тимур! – вместо ответа вскричала она, глядя мне за спину.
Я быстро повернулся обратно. К моему удивлению, дядя Андрей снова был на ногах. А ведь я неплохо приложил его по голове, совсем не рассчитывая, что он поднимется. Даже немного волновался, чтобы не переусердствовать с ударом и не отправить его на тот свет. Лишние проблемы мне были ни к чему. Видимо, придётся стукнуть его ещё раз, чтобы угомонить. Хук правой, подсечка. Всё выполнил чётко и быстро. Тот снова упал. А через секунду опять начал вставать, пыхтя, шипя и издавая другие непонятные звуки. Наверное, стоит его чуть придушить, чтобы вырубить.
Я пнул его ногой, опрокидывая на спину и навалившись сверху, принялся сжимать шею пальцами. Дядя Андрей хрипел, закатывая глаза, но его пальцы неизменно тянулись к моим глазам… К нам подлетела Кристина:
– Ты убьёшь его!
Стискивая зубы, я лишь гневно глянул на неё, не пояснять же ей, в самом деле, что я прекрасно знаю, как придушить человека, чтобы тот потерял сознание, но не умер. Наконец, дядя Андрей затих. Я поднялся.
– Ваня! – воскликнула Кристина.
К нам приближался старший брат Кристины, ведя под узду ослика, груженного дровами из леса вестимо. Но стоило ему только подойти, как осёл встал на дыбы и зашёлся отчаянны рёвом. Дрова посыпались во все стороны. Иван пытался его успокоить, но у него никак не получалось. К нему на помощь кинулась Кристина, позабыв о раненой руке. Пришлось и мне помочь удержать, обезумевшее от страха животное.
Когда всё угомонилось и мы огляделись, то дяди Андрея и след простыл.
– Куда он делся? – с дрожью в голосе спросила Кристина.
– Он чертовски вынослив. Я нисколько не щадил его, нанося удары. Откуда в таком старом теле столько силы?
Глаза Кристины расширились, и она с ужасом посмотрела на меня:
– Это был не дядя Андрей. В него вселился джинн.
– Только не начинай! – недовольно вздохнул я.
– Но ты же сам видел. И реакция осла, то подтверждает.
– Осёл-то тут при чем?! – искренне удивился я.
– Они их видят, – вместо Кристины ответил её брат, широко растягивая губы в туповатой улыбке и светясь простотой. – Вот зачем нам осёл.
Я тяжело на него посмотрел, но ничего не сказал. Что с умственно отсталого взять? Вместо этого обратился к Кристине:
– Идём, тебе надо забинтовать руку.
Я решил разыскать этого полудурошного потом по следам.
О проекте
О подписке
Другие проекты