Глава 5. Тяжесть вины.

Скрип половиц на веранде разбудил Сору раньше обычного – отец с кем-то тихо разговаривал, и в голосе его слышались нотки, которые мальчик не мог распознать. Он прислушался, не поднимаясь с циновки, и понял, что собеседником отца был дядя Хироши, рыбак, который обычно приходил только по самым важным делам. Их голоса звучали приглушенно, словно они старались не разбудить спящий дом, но каждое слово весило больше, чем привычные утренние приветствия. Сора тихо подполз к окну и увидел, как двое мужчин стоят у перил, попивая чай из глиняных чашек и время от времени бросая взгляды в сторону школы.

Дядя Хироши покачал головой и произнес что-то о «необычных временах», а отец кивнул, проводя рукой по волосам – жест, который Сора знал как признак глубокой задумчивости. Мужчины говорили о погоде, но не так, как обычно обсуждают дождь или солнце, а с какой-то особой серьезностью, будто речь шла о чем-то более важном. Дядя Хироши поставил чашку на перила и, понизив голос, сказал:

– Харука-сенсей спрашивала про мальчика. Говорит, что он чувствует изменения в небе лучше, чем метеорологи.

Отец помолчал, потом ответил:

– Дети часто видят то, что мы, взрослые, забываем замечать.

– Но это другое, – настаивал дядя Хироши. – Я сам видел, как он предсказал шторм за три дня. А вчера старая Мицуко рассказывала, что он остановил град просто взглядом.

Сора почувствовал, как сердце забилось быстрее. Он не помнил, чтобы останавливал град, но вспомнил, как накануне, увидев темные тучи над огородом соседки, мысленно попросил их обойти грядки с помидорами. Тогда ему показалось, что это просто игра воображения, но теперь слова дяди Хироши заставляли его усомниться в случайности произошедшего.

Разговор продолжался, но голоса стали еще тише. Отец что-то объяснял, жестикулируя в сторону гор, а дядя Хироши кивал и периодически вздыхал. Сора уловил только обрывки: «традиции острова», «особые способности», «ответственность». Эти слова вертелись в его голове, не складываясь в понятную картину, но создавая ощущение, что его жизнь незаметно меняется.

Когда мужчины закончили беседу и дядя Хироши ушел, Сора быстро улегся обратно на циновку, притворившись спящим. Отец тихо вошел в дом, постоял у двери детской комнаты, а затем прошел на кухню, где уже хлопотала мать. Их негромкий разговор доносился сквозь тонкие стены, и Сора напряженно вслушивался в каждое слово.

– Хироши встревожен, – говорил отец. – Говорит, что в деревне начинают замечать особенности Соры.

– Что именно замечают? – спросила мать, и в ее голосе слышалось беспокойство.

– То, что он может влиять на погоду. Или, по крайней мере, предчувствовать ее изменения с необычной точностью.

Мать помолчала, потом произнесла:

– Я всегда знала, что он особенный. Еще когда был маленьким, он мог часами смотреть на небо, словно разговаривал с облаками.

– Дело не в том, особенный он или нет, – отец понизил голос. – Дело в том, что люди начинают говорить. А знаешь, как быстро разговоры превращаются в слухи, а слухи – в проблемы.

Сора сжал кулаки, чувствуя, как внутри поднимается волна страха и возмущения. Он никогда не просил о своих способностях, никогда не хотел выделяться среди других детей. Все, что он делал, происходило само собой, естественно, как дыхание. Но теперь оказалось, что его естественность кого-то беспокоит.

Рин зашевелилась на своей циновке, но не проснулась. Сора завидовал ее спокойному сну, ее способности жить в мире, где проблемы взрослых еще не касались детских забот. Он тихо встал и подошел к окну, выходящему в сад. Утреннее солнце только начинало прогревать землю, и в воздухе витала свежесть, которая обычно успокаивала его. Но сегодня даже привычная красота острова не могла прогнать тревогу.

За завтраком все вели себя как обычно, но Сора чувствовал напряжение, которое родители старались скрыть. Отец читал газету, изредка бросая взгляды на сына, а мать слишком суетливо накладывала рис в миски. Рин, как всегда, болтала о своих планах на день, не замечая изменившейся атмосферы.

– Сегодня я хочу научить облака танцевать, – объявила она, размахивая палочками для еды. – Сора, поможешь мне?

– Возможно, – неопределенно ответил он, не поднимая глаз от миски.

Отец сложил газету и посмотрел на детей:

– Сора, не стоит слишком увлекаться наблюдениями за небом. Люди могут неправильно понять.

– Что значит «неправильно понять»? – спросил Сора.

– Просто будь осторожнее. Не всем нравится то, что отличается от обычного.

Эти слова прозвучали как предупреждение, и Сора почувствовал, как детство незаметно отдаляется от него. Раньше его способности казались игрой, чем-то волшебным и безобидным. Теперь же они превращались в источник беспокойства для взрослых, в нечто, что нужно скрывать.

По дороге в школу Рин пыталась поднять ему настроение, рассказывая забавные истории о своих игрушках, но Сора был погружен в мысли. Он заметил, как некоторые соседи, встречавшиеся им по пути, смотрели на него с особым вниманием, словно видели что-то, чего он сам не понимал. Старая тетя Эми даже остановилась, чтобы поговорить с ним.

– Сора-кун, – сказала она, наклонившись к нему, – говорят, ты умеешь предсказывать дождь. Это правда?

– Не знаю, – честно ответил он. – Просто иногда чувствую, что будет дождь.

– Удивительно, – покачала головой тетя Эми. – В твоем возрасте я тоже чувствовала особенные вещи. Но потом это прошло.

Она погладила его по голове и отошла, оставив Сору с еще большим количеством вопросов.

В школе атмосфера тоже изменилась. Одноклассники смотрели на него с любопытством, смешанным с осторожностью. Кто-то из старших учеников даже подошел к нему на перемене.

– Эй, Сора, – сказал мальчик по имени Кейта, – покажи нам, как ты управляешь облаками.

– Я не управляю облаками, – возразил Сора.

– Да ладно, все знают, что ты можешь это делать. Мой отец рассказывал, что видел, как ты разогнал тучи над рисовым полем.

Сора почувствовал, как щеки горят от смущения. Он действительно помнил тот день, когда мысленно попросил тучи не портить урожай, но не думал, что кто-то это заметил.

– Это было совпадение, – пробормотал он.

– Совпадение? – засмеялся Кейта. – Три раза подряд? Да ты просто не хочешь показывать свои фокусы.

Вокруг них собрались другие дети, и Сора почувствовал себя зверем в клетке. Все ждали от него чего-то невозможного, чего-то, что он не был уверен, что может контролировать.

– Давайте, попробуй вызвать дождь, – предложил кто-то из толпы.

– Или сделай так, чтобы солнце стало ярче, – добавил другой.

Сора посмотрел на небо, где медленно плыли белые облака. Он чувствовал их движение, ощущал влажность воздуха, предугадывал изменения в атмосфере. Но делать это при всех, превращая в представление, казалось неправильным.

– Я не могу это контролировать, – сказал он. – Это происходит само собой.

– Значит, ты боишься, – заявил Кейта. – Наверное, это все выдумки.

В этот момент появилась Харука-сенсей. Она быстро оценила ситуацию и мягко, но решительно разогнала толпу.

– Хватит приставать к Соре, – сказала она. – Займитесь лучше своими делами.

Дети неохотно разошлись, но Сора чувствовал, как их взгляды следуют за ним. Харука подошла к нему и тихо сказала:

– Не обращай внимания на них. Люди всегда боятся того, чего не понимают.

– Харука-сенсей, – спросил Сора, – а что, если я действительно могу влиять на погоду? Это плохо?

Учительница задумалась, потом ответила:

– Любая способность может быть и хорошей, и плохой. Все зависит от того, как ее использовать. Главное – не навредить себе и другим.

После уроков Сора шел домой в одиночестве. Рин ушла играть с подругами, и он был рад этому – ему нужно было время, чтобы обдумать все происходящее. Слова отца, разговоры соседей, любопытство одноклассников – все это складывалось в картину, которая его пугала. Он не хотел быть особенным, не хотел, чтобы на него смотрели как на что-то странное.

Дома его ждала неожиданная встреча. В гостиной сидел незнакомый мужчина в темном костюме, разговаривая с родителями. Когда Сора вошел, все трое повернулись к нему, и в их взглядах он прочитал смесь беспокойства и решимости.

– Сора, – сказал отец, – это господин Танака из префектуры. Он хотел бы поговорить с тобой.

Мужчина улыбнулся, но улыбка была официальной, не достигающей глаз.

– Здравствуй, Сора. Я слышал, что ты очень наблюдательный мальчик. Особенно когда дело касается погоды.

Сора посмотрел на родителей, ища поддержки, но увидел только напряжение.

– Я просто люблю смотреть на небо, – тихо сказал он.

– Конечно, – кивнул господин Танака. – А не замечал ли ты, что иногда погода как бы отвечает на твои мысли?

Вопрос прозвучал так, словно мужчина уже знал ответ. Сора почувствовал, как сердце забилось быстрее.

– Не знаю, – ответил он. – Может быть, это просто совпадения.

– Совпадения, – повторил господин Танака, доставая из портфеля небольшую записную книжку. – Очень интересные совпадения. Например, три недели назад ты предсказал шторм за пять дней до того, как его зафиксировали метеослужбы. А на прошлой неделе град, который должен был уничтожить урожай в восточной части острова, внезапно изменил направление. Местные жители говорят, что видели тебя в то время на холме.

Сора понял, что отрицать бесполезно. Этот человек знал гораздо больше, чем показывал.

– Я не хотел никому навредить, – сказал он. – Просто не хотел, чтобы пострадали растения.

– Никто не говорит о вреде, – успокоил его господин Танака. – Наоборот, твои способности могут быть очень полезными. Но их нужно изучить, понять, развить правильно.

Мать встала со стула и подошла к сыну, положив руку ему на плечо.

– Что вы имеете в виду? – спросила она.

– Существуют специальные программы для детей с необычными способностями, – объяснил мужчина. – Сора мог бы получить лучшее образование, научиться контролировать свой дар, возможно, даже помогать людям в будущем.

– Это означает, что его нужно забрать с острова? – спросил отец.

– Не обязательно сразу. Но в перспективе да. Здесь нет условий для развития таких способностей.