Для Лиама, наблюдавшего за происходящим сражением из рубки управления последнего носителя, все словно замедлилось в десятки раз. Изучая показания на тактической карте, он будто собственными глазами видел, как первые огромные болванки достигают своих целей. Вот один из снарядов проносится прямо вдоль борта крейсера, оставляя глубокую борозду. Испускаемая кислота попадает внутрь, начиная разъедать обшивку. Другой снаряд мелькает далеко в стороне, мерцанием исчезая дальше в космическом пространстве. Но следующие уже приходятся точно в цель. Мощнейший удар обрушивается на нос корабля Федерации, с ходу проламывая один из двух основных блоков вооружения. Крейсер еще не успевает содрогнуться от критического попадания, как за ним следуют новые. Сразу десяток гигантских болванок целым градом бьют по корпусу военного судна, раскалывая его на части. Последующая внутренняя детонация собственного боекомплекта разносит обломки в стороны, накрывая ими неосторожных пилотов штурмовиков. Рядом в похожие безжизненные остовы превращаются еще пара крейсеров, распыляя свои элементы в окружающем пространстве. Экипажи судов даже не успевают эвакуироваться, погибая на своих боевых постах. Впрочем, в этом сражении ни один солдат Федерации не пытался бежать, стремясь ценой своей жизни уберечь беззащитные транспортники.

Чудом пережив массированную атаку, носитель Лиама все же получает несколько попаданий, уничтоживших один из пусковых портов и повредивших двигатели. Но по сравнению с остальными кораблями он практически не пострадал, буквально прикрытый телами других. Впрочем, норкролы тоже не избегают результативного ответа, платя свою цену.

В момент обменами залпами несколько сотен ракет обрушиваются на три из пяти рейдеров, концентрированным огнем заставляя энергетические щиты терять весь заряд. Сверкающие от многочисленных попаданий и вспышек детонаций ракет, они в мгновение ока лишаются своей защиты, начиная принимать все на бронированные корпуса. Два шарообразных судна, с более просаженными в проходящем сражении силовыми щитами, за несколько секунд становятся испещренными дырами от хаотично прошедшихся ударов по всей поверхности рейдеров. Каждые последующие детонации ракет проникали все сильнее вглубь, от чего черные шары энергии уже заставляли исчезнуть все подряд в своем радиусе, будь то энергоканалом, оборудованием или норкролом. Поврежденные корабли продолжают лететь по инерции дальше, но жизнь их уже окончательно покинула.

Третий попавший под удар рейдер ответную атаку переживает с меньшими потерями. Имея больший заряд силового щита на момент первого попадания, он получает многочисленные борозды по поверхности корпуса и лишается почти сорока процентов орудийных портов, но все же сохраняет относительную боеспособность. Резко ускоряясь, он внезапным рывком вырывается вперед, целенаправленно идя на сближение с носителем. Причем огонь рейдер демонстративно не открывает, словно пытается взять на таран. Штурмовики терранцев отчаянно пытаются успеть перезарядить боекомплект до того, как оставшиеся два рейдера начнут действовать вновь. Вот только последние неожиданно начинают разворот в сторону дредноута имперцев, игнорируя недобитое судно Федерации и оставшиеся без защиты транспортники, в панике разлетевшиеся по всей системе.

Следившему за происходящим по тактической карте Квирину понадобилось всего несколько секунд, чтобы сообразить, какова задумка норкролов. Причем, возможно, враг намеревался осуществить ее сразу, как обнаружил судна Федерации в системе, и только поэтому так странно действовал возле спутника, целенаправленно оттягивая на себя внимание. Подавив стремящийся вырваться поток ругательств, Квирин поспешно вызвал капитана «Гунгнира»:

– Скотт, как можно быстрее направь дредноут к носителю. Полностью игнорируй противника – эсминцы тебя прикроют. Не ввязывайся в огневой контакт – вся энергия на двигатели и щиты! – скомандовал Квирин, – они ни в коем случае не должны захватить корабль Федерации. Если поймешь, что не успеваешь – уничтожь носитель! Нам нельзя отдать норкролам неповрежденный образец гипердвигателя терранцев.

– Понял, сэр, – донесся ответ Доритона. Коммандер мгновенно прекращает подачу энергии на главный калибр, отдавая целую цепочку приказов. Огромный корабль начинает разворот, не обращая внимания на попадание новых снарядов. Сверкающий щит, невзирая на потерю большей части заряда, исправно прикрывал корпус от повреждений. Тем более четверке окружающих его рейдеров противостояло такое же количество эсминцев Империи, не позволяя сосредоточиться только на одной цели.

– Возможно, они уже заполучили его после сражений с Федерацией, – предположил стоящий рядом Морган, – или даже ранее, во время первых столкновений с терранцами.

– Возможно. Но если нет, то предоставлять такую возможность врагу я не собираюсь. Да и зачем они тогда пытаются захватить носитель, имея возможность его легко добить? – скептически ответил Квирин, указывая на тактическую карту. На ней ранее поврежденный рейдер уже практически достиг последнего боевого корабля беженцев. Замедлившись, он начал выравнивать траекторию и скорость, подстраиваю их под носитель. При этом норкролы полностью игнорировали редкие атаки опустошающих остатки боезапаса штурмовиков. Те, отчаянно пытаясь уйти на перезарядку, только спровоцировали канониров врага нанести прицельные выстрелы по видимым пусковым портам. Выпущенные огромные снаряды, оставляя глубокие борозды на корпусе, разворотили несколько выходных врат. Впрочем, далеко не все – враг не решился атаковать неудобно расположенные цели, боясь излишне повредить носитель. Что, собственно, только утвердило Квирина в своем предположении.

Тем временем противник, заметив перемещения дредноута, всеми силами старался замедлить его продвижение к судну Федерации. Все шесть незадействованных в захвате рейдеров открыли огонь по «Гунгниру», стремясь пробить его ослабленный энергетический щит. Вот только эсминцы тоже не спали. Синхронизированный залп уже догнал заднюю полусферу одного из шарообразных кораблей норкролов. Сверкающий от попаданий силовой щит не выдерживает обрушившихся на него ударов, исчезая, а пламенеющие снаряды уже создают ад внутри корпуса, сминая все на своем пути. Испепеляющий огонь, следующий за смертельным зарядом, не стесняясь, вносит кровавую лепту, сжигая плоть и металл без разбора.

Вот только атаки приходились и на дредноут, стремительно снося остатки его силового щита. Полностью сфокусированный на защите «Гунгнир» не отвечал на выпады в свой адрес, предоставляя следовавшим за собой эсминцам уничтожить противника. В итоге все корабли почти выстроились в одну линию. За дредноутом следовало уже три рейдера, а за ними – четверка имперских боевых суден. Последним пришлось слегка сместиться с прямой, огибая остов только что разрушенного корабля врага. Летевшие навстречу гиганту Доритона пара рейдеров беспрерывно продолжали стрелять.

В это же время на борту носителя Лиам с замершим лицом выслушивал сбивчивый доклад капитана. Звучавший пронзительный сигнал тревоги уже шел фоном, вообще не воспринимаясь. Сам же посол лихорадочно обдумывал незавидное положение, в котором оказался весь флот беженцев с Терры.

– Сэр, похоже, они пытаются захватить наше судно. Мы привели в боевую готовность экипаж, раздав оружие, но откровенно говоря, абсолютно не уверен, что мы сумеем отразить абордаж, – честно признался капитан носителя, с грустной улыбкой глядя на Ноука.

– Черт, нельзя отдавать чужакам технологии Федерации… – бывший посол обрывает себя на полуслове, после чего с горечью произносит: – Хотя нет больше Федерации. Хорошо, капитан, сколько у нас времени?

– Не знаю, сэр. Зависит от того, где они будут прорываться, – покачал тот головой, – им понадобится еще не более минуты на выравнивание под нашу скорость. Мы пытаемся лишить их этой возможности, но из-за поврежденного двигателя маловероятно, что удастся. К тому же выполняемые маневры подставляет наши пусковые порты под вражеские снаряды. У штурмовиков не осталось ракет, а их лазерная пушка слишком маломощна против силового щита рейдера. Боюсь, что шансов у нас нет. Хотя бы транспортные судна успели скрыться, – с ноткой облегчения добавил капитан.

– Не будем сдаваться, – твердо произнес Лиам, – можно попробовать… – договорить он не успел. Вспыхнувшие точки вокруг носителя высветили множество целей, прыгающих с рейдера норкролов. Практически сразу за этим последовали доклады штурмовиков, подтверждающих ситуацию. Враг начал высадку десанта.

Почти сотня шарообразных фигур в броне на встроенных двигателях отправилась в прыжок, преодолевая пространство между кораблями. Около семидесяти из них были облачены в темно-зеленую броню, но оставшиеся более габаритные чужаки имели оранжевую, ярким пятном выделяясь на корпусе носителя. Только приземлившись, они тут же цеплялись за неровную поверхность своими длинными многосуставчатыми конечностями, окончательно закрепляясь. А спустя несколько мгновений несколько орудий рейдера выстреливают навигационными маячками, отправляя через телепорт еще почти сотню бет. Облепив носитель, вражеские абордажники тут же приступают к делу. В ход идут напитанные энергией топоры, стремительно вскрывающие обшивку корабля.

– Капитан, прикажите штурмовикам сбивать захватчиков, – почти сразу отдал приказ Лиам, увидев абордажную команду врага, – подготовьте экипаж к обороне носителя, – немного подумав, посол решительно произнес: – И отправьте вызов имперским силам.

Капитан только кивнул, после чего быстро начал отдавать приказы. Сам же Ноук безучастно следил за происходящим, в ожидании связи с адмиралом Квирином. Вражеский рейдер успел выровняться относительно судна Федерации, после чего стало ясно, зачем норкролы задействовали так много десанта – чуть ли не весь экипаж шарообразного корабля. Многочисленные фигуры в темно-зеленом шустро начали стыковать оба судна, соединяя их между собой специальными крепежами, превращая в единую конструкцию. Остальные бойцы противника уже ворвались внутрь носителя, стремясь как можно быстрее покончить с любым сопротивлением. Впрочем, так просто солдаты Федерации сдаваться не собирались.

Державшиеся вокруг два десятка уцелевших штурмовиков начали целенаправленно уничтожать лазерной пушкой вражеских инженеров. Слишком юркие для огромных орудий рейдера, они прицельным огнем сносили личные щиты небольших фигур бет. Лазерная волна, мгновенно достигая цели, прожигала маломощную силовую защиту, выжигая аккуратные дыры в шарообразных фигурах. С учетом того, что именно в центре их тела находилась огромная пасть и все важные органы, смерть наступала моментально. Проносясь в опасной близости, пилоты старались уничтожать и крепежи, не давая норкролам достигнуть своей цели.

Впрочем, враг очень быстро пришел в себя, открыв огонь в ответ. Прервав работы, большинство бет достали собственные винтовки. Не обладая значительно поражающей мощью, они тем не менее могли пробить слабую броню штурмовиков, рассчитанную лишь на сопротивление лазерным попаданиям. С учетом расположившихся на корпусе более полутора сотен бойцов, они создали целую стену из небольших болтов, то и дело находивших свою цель.

Получив одиночное попадание в один из маневренных двигателей, мгновенно выведшее его из строя, один из пилотов не успевает выровнять траекторию полета. Штурмовик, пытавшийся пролететь буквально над поверхностью корпуса, слегка смещается в сторону, но этого оказывается достаточно. Короткое касание сразу же превращается в жесткий контакт, и уже неуправляемым болидом останки небольшого судна проносятся по носителю, снося фигуры норкролов. Другой штурмовик, на несколько секунд зависший для прицельного выстрела, тут же оказывается накрыт очередью болтов, останавливаясь уже навсегда.

К разворачивающемуся противостоянию присоединился и капитан. Буквально сжигая двигатели от резкой подачи нагрузки, он на форсаже закручивает громадину носителя, преодолевая набранную ранее инерцию. Несмотря на несколько зафиксированных врагом крепежей, этого явно не хватает. Выгибая от напряжения, их выламывает с кусками корпуса, попутно снося находящихся рядом норкролов. От неожиданного маневра несколько штурмовиков не успевают сориентироваться, врезаясь в рейдер в отчаянной попытке избежать столкновения. Закручивающийся носитель слегка бьет громаду рейдера, отталкивая последний, после чего начинает медленно отдаляться в неуправляемом полете. Впрочем, ничего кроме скромного выигрыша во времени экипажу корабля Федерации достичь не удалось. Ведь успевшие проникнуть внутрь абордажники норкролов словно нож сквозь масло проходили через выставляемую оборону, оставляя после себя кровавый след из трупов. Прекрасно осознавая плачевность ситуации, Лиам лишь сосредоточенно вглядывался в экран, дожидаясь связи с Квирином.

– Адмирал, корабль скоро захватят, поэтому перед гибелью я все же прошу принять терранцев в состав Империи на озвученных вами ранее условиях. Без военной поддержки транспортные судна с беженцами однозначно не смогут выжить. А как вы ранее сказали, мы действительно оба несем ответственность за собственных людей, – немного устало проговорил он, глядя на имперского военачальника.

Собеседник Ноука, на мгновение скосив глаза куда-то вбок, хмуро ответил:

– Лиам, вам всего лишь нужно продержаться немного… – Высвеченные на тактической карте точки носителя и рейдера были давно совмещены вместе, и Квирин прекрасно понимал, что шансов мало. Но в то же время «Гунгнир», пусть и лишившийся щита и получивший несколько пробоин в корпусе, все же прорвался через пару рейдеров. Выжимая все возможное из двигателей, он быстро проглатывал космическое пространство. Где-то позади него четверка эсминцев вступила в сражение с остатками сил норкролов, насильно навязав им бой. Вот только дредноут откровенно не успевал, и даже для гарантированного попадания ему требовалось подойти гораздо ближе. Рисковать было просто нельзя.

– Нет, адмирал, не получится, – с неприкрытым сожалением возразил Ноук. Заросший почти под самые глаза, бородатый и лохматый, он всегда выглядел как дикий зверь, невзирая на свое откровенно слабое физически тело. Именно разум делал его крайне опасным, заставляя недооценивших его людей горько пожалеть в случае прямого конфликта. Но сейчас взгляд этого зверя был откровенно потухшим, словно он прекрасно осознавал, что его время полностью вышло. – Я хочу услышать ответ. Если вы согласны, в ответ я сделаю то, что пойдет на благо Империи и ее будущим гражданам… – Внимательный взгляд изучающе сверлит белокожего гиганта. Сам Квирин еще раз бросает короткий взгляд на тактическую карту, которая упрямо показывает, что выбора нет.

– Какие гарантии требуется, Лиам? – сосредоточенно уточнил адмирал, чем тут же вызвал слабую улыбку бывшего посла.

– Слова достаточно. Но я уже понял, что вы согласны. Помните, что я действую ради своих сограждан, которые вскоре станут полноценными имперцами. Теперь вы ответственны за них…

Связь резко прервалась, а от носителя пошел целый поток сигналов ко всем находившимся в системе транспортным кораблям.

– Он фактически навязал нам их, – хмуро указал на россыпь точек с беженцами Морган.

– Согласен, но с другой стороны, посол добился своего. Тем более иначе мы бы не успели, – покачал головой Квирин, после чего связался с дредноутом: – Скотт, разворачивайся и помоги эсминцам.

– Но, сэр, мы уже вышли на дистанцию стрельбы… Понял, – ответил Доритон. «Гунгнир» начал замедляться, что тут же заметили норкролы. Вот только сделать они уже ничего не смогли.

Ворвавшиеся в рубку управления высокие фигуры альф, облаченные в крикливую оранжевую броню под цвет их крови, действовали словно ангелы смерти. Внушительные топоры, удерживаемые длинными многосуставчатыми конечностями, сносили любые перегородки. Короткие пушки, похожие на обрезы, выпускали сразу несколько болтов, снося хрупкие человеческие фигуры в бронированных скафандрах. Ответные выстрелы из электролазерных винтовок легко на себя принимал энергетический щит, словно насмехаясь и лишь сверкая в ответ. Но эта превосходящая мощь оказалась абсолютно бесполезна, когда Лиам Ноук утопил подтверждающую кнопку на панели для самоуничтожения.

За долю секунды вся энергосистема, питавшая не только сам носитель, но и все базирующиеся штурмовики, ушла в красную зону. Вошедшие в разнос многочисленные реакторы мгновенно достигли критической нагрузки, после чего вспыхнули ореолом черной энергии, захватившим в свой радиус рейдер норкролов. Кое-где выключенный, а местами выведенный на минимум силовой щит вражеского корабля мгновенно исчез, а вместе с ним половина корпуса шарообразного судна, оставляя оплавленный грубый срез. Без особых эффектов, лишь в короткой вспышке, сразу обе точки пропали с тактической карты. Только тройка штурмовиков чудом избежала попадания в радиус смертельной сферы, бессильно наблюдая за произошедшим.

Вздохнув, Квирин приказал отправить сигнал всем транспортным судам направляться к Идуну, после чего вновь перевел внимание на заканчивающееся сражение. Последнее действительно долго не продлилось – все же перевес сил оказался явно не на стороне норкролов. Тем более один из рейдеров замер на время, сосредотачивая энергию для отправки сообщения через гиперпространство. Оставшись почти без защиты, он мгновенно поплатился за это. Вот только свое дело осуществить экипаж вражеского судна успел, переслав доклад куда-то в глубину черного космоса.

В итоге, несмотря на старания избежать любых потерь, Квирину желаемого полностью добиться не удалось. «Гунгнир» щеголял несколькими дырами и снижением эффективности щита левого борта. Три эсминца заполучили различные небольшие повреждения, лишившись некоторых орудий, кое-где маневренных двигателей и броневых пластин на корпусе. Последний же корабль был уничтожен, не успев вовремя спрятаться за союзником во время падения щита. Под конец вошедшие в раж рейдеры норкролов уже целенаправленно стремились уничтожить хотя бы одно судно, начиная фокусировать огонь. Хотя факт отражения атаки целых двух десятков кораблей врага с таким минимальным ущербом для имперцев был невероятен, самого Квирина это нисколько не грело. Для него математика была довольно проста – на защите Идуна осталось всего пять боевых кораблей, включая эсминец Вильяма с «Порталом», что непозволительно мало.

Тем более текущий результат оказался получен в первую очередь за счет участия и дальнейшей гибели флота Федерации. Последнее в итоге обеспечило Квирину новый груз ответственности в виде терранских беженцев. Причем висевшие еще несколько дней безжизненные остовы множества кораблей, включая носитель, служили ярким напоминанием адмиралу об этом. Но затем небольшие транспортные суда, словно саранча, поглотили буквально каждый крупный обломок, отправляя его на базу для дальнейшего применения. Небольшой оплот Империи больше не мог рассчитывать на волю случая или неожиданную помощь извне, старательно готовясь к будущим сражениям, которые неминуемо последуют.