– Страшно, когда такое происходит, – сказал он, медленно растягивая слова. – Но ещё страшнее, когда знаешь, что это может произойти вновь. И не только с тобой, но и с членами твоей семьи. Ведь никто не застрахован от такого в этом ужасном мире, правда? Особенно те, кто считает себя лучше других. Жизнь показала, что их не сложно опустить ниже, намного ниже. Причём несколько раз.

Самир обернулся и посмотрел в Настины глаза. Их выражение стоило того, чтобы рискнуть. Он ещё долго помнил тот первобытный страх, который читался в её взгляде.

Как он и предполагал, никаких последствий не было. Кроме одного: на следующий день Настю снова увезли на скорой – как выяснилось позже, неудачная попытка самоубийства.

– Какой ужас! Хотя учитывая обстоятельства, ничего удивительного, – сочувственно вставил Самир, разговаривая с жильцами, собравшимися у подъезда.

Настя так и не вернулась домой. Насколько он знал, родители увезли её из больницы куда-то за город на всё лето, где она сейчас, он и не подозревал. Собственно говоря, обо всём этом он благополучно забыл, спустя пару месяцев.

***

– Седьмого мая прошлого года. Имена. – Металлический голос вернул его из воспоминаний.

– Кто ты такой? Какие имена? Какая Анастасия…

Существо медленно выпрямилось.

– Послушайте, – Самир решил хотя бы попытаться. – Послушайте! Я не понимаю, что происходит! Я работаю в автосервисе, я не знаю…

– Белова.

– Э-э-э… Что-что?

– Ты спросил, какая Анастасия. Белова.

Самир понял, что пытаться убалтывать смысла нет.

– Послушайте, – Самир в знак успокоения вытянул руку ладонью вперёд. – Там произошло недоразумение. Я лишь…

Мощнейший удар буквально свернул вытянутую кисть, оставив её болтаться подобно плети.

Такой боли Самир ещё не испытывал, было ощущение, что мир куда-то поплыл.

– Недавно я прочитал, – медленно произнесло существо, – что пытку водой не выдерживает никто. Это когда лицо накрывают тряпочкой, а потом льют на рот воду. Наверное, ты видел, в кино. Лично я в это не верю. По мне, эффективнее что-то более приземлённое.

С этими словами существо схватило другую руку Самира и без всяких предупреждений вырвало мизинец вместе с частью кисти.

– Не-е-ет! Нет! Не-е-ет!

А тем временем уже и безымянный палец попал в захват – через секунду на руке осталось всего три пальца.

– Ладно! Ладно! Хватит! – Самир понял, что не сможет больше переносить эту холодную методичность, его начали сотрясать рыдания. – Да, да! Это я сделал, я попросил проучить девчонку! Она сама виновата!

– Проучить?

– Да! Я не хотел, чтобы всё вышло так, но просто так получилось!

Самир рассказал всю историю, периодически переходя на рыдания, врать и что-то выдумывать он был уже не в состоянии.

– Как мне связаться с ними?

– Я помогу, только не убивай, прошу, не убивай!

– Хорошо. Не буду.

Поняв, что, может быть, всё обойдётся, Самир немного приободрился.

– Я могу вызвать их в сервис, сказать, что срочное дело. Они приедут сразу, такие вызовы не редкость, есть даже группа для рассылки сообщений.

– Делай!

Самир было потянулся к карману, но понял, что так просто сделать это не получится: одна рука сломана, на второй осталось всего три пальца, и любые движения причиняли адскую боль. Но телефон всё же удалось выудить.

«Для управления смартфоном достаточно и одного пальца», – тупо подумал Самир. Набрав сообщение, он разослал его группе, не забыв поставить в теме сообщения три восклицательных знака. Обычно ставился один, и это означало, что нужно быть на чеку: машины угоняли разные люди, порой это был не один человек, а двое или трое, и иногда возникали трения по поводу того, кто, кому и сколько должен.

В этом случае парни обычно прихватывали с собой оружие, не всегда стрелковое, чаще холодное – просто чтобы иметь перевес при возникновении конфликта. Самир надеялся, что три восклицательных знака о чём-нибудь да скажут.

Он хотел сообщить об опасности открытым текстом, но слишком велик был риск: экран ярко горел в темноте, а современные углы обзора позволяли видеть каждый символ, даже не приглядываясь.

– Всё! Через тридцать, максимум – сорок минут они будут там!

– Отлично. А теперь встань.

– Постой! Ты же сказал, что не убьёшь меня! Я всё сделал! Честно! – у Самира снова началась паника.

– Убью? Нет-нет. Этого я делать не буду. Я просто проучу тебя.

Самира снова схватили за шею и прижали к стене. На секунду хватка ослабла, но сделано это было лишь для того, чтобы переменить руку. Освободившейся рукой существо потянулось за спину, спустя мгновение в ней уже что-то находилось. Какое-то устройство.

Перед глазами Самира вспыхнули две синие полоски холодного света. Что-то прижалось к его левому колену.

Вспышка. Ногу пронзила жуткая боль. Самир вспомнил, как пару дней назад на сервисе случайно стукнул себе молотком по пальцу – сейчас он почувствовал примерно то же самое, только в тысячу раз хуже. Казалось, глаза вылезут из орбит, он бы закричал, но из передавленного горла вырывались лишь хрипы. По штанам начало расползаться мокрое пятно.

Секунду спустя ствол устройства уперся в район правого локтя, ещё одна вспышка. Боль уже не была такой сильной, как будто сквозь не полностью подействовавший наркоз у стоматолога.

Рука отпустила горло, но встать на ноги Самир уже не мог: левая практически полностью отсутствовала, а правая не слушалась. Падая, он попытался ухватиться за что-нибудь, но лишь сделал в воздухе несколько движений окровавленным обрубком.

Однако свалится полностью ему не дали. Уже в который раз его снова схватили и прижали к стене, правда, в этот раз схватили за подбородок, поэтому снова появилась возможность вздохнуть. Одна из последних.

– Ты же сказал… – просипел он.

– Я не хотел. Просто так получилось.

Давление на подбородок стало невыносимым, послышался хруст, после чего рука резко опустилась вниз, попутно вырвав нижнюю челюсть. Язык повис на шее, подобно гротескному галстуку.

Самир всё ещё был в сознании, хотя уже с трудом понимал, что именно с ним происходит. Последнее, что он запомнил, было ощущение полёта.

Существо с легкостью подняло тело в воздух и мощнейшим рывком опустило поясницей на выставленное колено, практически переломив его пополам.

***

– И какого чёрта нас здесь собрали? – Самед явно был недавно вырван из оков сна. – Сервис вообще был закрыт. Пришлось дожидаться Раиса с ключами.

– А Самир что?

– Да не отвечает, уже раз пять звонил, может, случилось чего? И какого чёрта в сообщении три восклицательных знака? И почему собрали всех сразу?

– Я думаю, если бы было что-то совсем экстренное, то точно бы набрал. Хотя «Макара» я прихватил. – Раис положил руку на пояс, поправив через куртку пистолет.

Всё произошло достаточно быстро. Дверь приоткрылась, и в неё влетел какой-то предмет. Все машинально посмотрели на него. В эту же секунду предмет издал пронзительный высокий звук, мгновенно порвавший барабанные перепонки находившихся внутри, и взорвался с невыносимо яркой вспышкой.

Никто даже не успел испугаться. Пространство вокруг стали озарять вспышки, Самед, которому повезло отвернуться в момент взрыва, отчасти сохранил зрение, но теперь уже жалел об этом. В течение нескольких секунд трое его друзей были буквально разорваны на части, было ощущение, что они взрывались изнутри. Раис с Ахмедом успели упасть за сложенные в углу шины, хотя скорее случайно, чем специально, так как Ахмед практически сразу начал подниматься, слепо размахивая руками. Ещё одна вспышка – и правая часть его головы вместе с глазом просто перестала существовать, оголив серую массу мозга, в следующий момент плечо разорвало на части, рука безжизненно повисла на тонком лоскуте кожи, следующая вспышка разорвала грудину и отбросила уже мёртвого Ахмеда назад.

Самед стоял за подъёмником и не видел, кто и зачем делает это. Вспышки прекратились.

– Не приближайтесь! – Раис вытащил пистолет и навёл его на вход. Зрение ещё не вернулось, поэтому целился он скорее в стену.

В ангаре раздался скользящий металлический звук. Самед услышал тяжёлые шаги и понял, что атакующий, кем бы он ни был, приближается. Собрав все силы, он в два прыжка достиг запасного выхода и выбежал на улицу. Запасная дверь открывалась только изнутри и потому не запиралась. В ангаре прозвучало несколько выстрелов, а затем крик, который, впрочем, быстро оборвался.

Чтобы не привлекать внимание к сервису в ночное время, они парковались во внутреннем дворе. До машины было каких-нибудь пять метров. Самед начал беспорядочно нажимать кнопки на брелоке, наконец, ему удалось найти нужную, машина мигнула фарами, в салоне загорелся свет. Он рывком открыл дверь и запрыгнул внутрь, при этом больно ударившись голенью. Вставляя ключ, он был уверен, что не попадёт в замок зажигания с первого раза, но ключ сразу вошёл в паз, и секунду спустя машина завелась. Переключив рычаг коробки передач в положение Drive, Самед нажал на педаль газа. Машина резко сорвалась с места, и на какую-то секунду ему показалось, что он выберется. До ворот было метров двадцать. Но в этот момент сзади, как зарница в грозу, мелькнула быстрая череда вспышек.

Заднее колесо машины вырвало из оси, а весь правый борт превратились в груду искорёженного металла. Машину повело в сторону, но полноприводный автомобиль, завалившись на бок, продолжал двигаться.

Самед отчаянно давил на педаль газа, тем самым только ухудшая положение. Позади мелькнула ещё одна серия вспышек, машину дёрнуло с такой силой, что руки слетели с руля, мелкие осколки калёного стекла разлетелись по салону. Невероятная боль пронзила правый бок. Опустив глаза, он увидел, что часть водительского сиденья, как и часть его торса, отсутствует. Нос машины задрался вверх.

Несмотря на выжатую педаль газа, машина больше не двигалась. Мотор отчаянно ревел, более не передавая крутящий момент на колёса. Обернувшись, Самед понял, почему: передний ряд сидений – это всё, что осталось от автомобиля. Секунду спустя мотор заглох. Лучи фар безмолвно уставились в ночное небо.

Мешкать было нельзя. Открыв дверцу, Самед выскочил наружу, но сразу же свалился на землю. Всё тело сотрясла судорога, ранение было слишком серьёзным, перед глазами поплыли пятна.

Из-за машины послышались тяжёлые шаги.

– Нет! Пожалуйста, нет. – Самед пополз вперёд, хотя и понимал тщетность своих усилий. За ним тянулся густой кровавый след. Через несколько метров сил ползти уже не было, перевернувшись на спину, он уставился в небо. «Паджеро», а вернее то, что от него осталось, находился двумя метрами левее.

Шаги приближались. Самед уже не пытался спастись. Приподнявшись на локтях, он просто смотрел во тьму, освещаемую ещё работающими фарами. И ждал, когда очередная вспышка положит конец этому кошмару. Говорят, счастье в неведении, но ему не повезло. Не повезло увидеть.

Тёмный силуэт обошёл машину, и секунду спустя попал в свет фар. Самед знал, что за прожитую жизнь его вряд ли будут ждать в раю семьдесят две девственницы, и что перед смертью он будет сожалеть о своих деяниях, но он не мог и предположить, что последним, о чём он пожалеет, станет отсутствие возможности застрелиться.