Диана же исповедовала совершенно другие взгляды. Как и большинство девушек ее возраста – что такое девятнадцать лет! – она мечтала о чистой любви, о мужественном кавалере и счастливой семейной жизни. Мисс Спенсер влюбилась в идею, а не в человека. И когда пришло прозрение, было уже слишком поздно.
Они действительно были разными людьми, с разными увлечениями, характерами и мировоззрениями. А главное – с разными представлениями о супружеской жизни. Нельзя забывать, что Чарльз был не обычным женихом. Он был наследником престола.
Такой совершенно нормальный для нашего времени вопрос, как совместимость новобрачных, был чужд моральному кодексу, которому следовала аристократия. Если пара действительно совместима и смотрит на брак одинаково, то это всего лишь бонус, но никак не главное условие для счастливой семейной жизни»[1].
Диана всегда покидала Хайгроув с новой прической, – делится своими наблюдениями одна из сотрудниц принца Соня Палмер. – Зачем ей нужно было заново причесывать
А пока, как вспоминает Стивен Барри, Чарльз и его гостья мило пили чай, ужинали за карточным столом в гостиной, а затем возвращались в Лондон. Сохранились, правда, свидетельства, что одним чаем дело не ограничивалось.