Это было ничем иным, как предательством чистой воды. Адмирал Дессе окончательно осознал, что резервная эскадра так и не придет на помощь его обескровленным дивизиям, так как ее старшие офицеры введены в заблуждение этим подлым изменником Демидом Александровичем Зубовым и продолжают выполнять его же приказ – а именно, не двигаться с занимаемых координат и не включать каналы связи. Командующий Северным космофлотом обреченно махнул рукой и, чуть не плача, отдал приказ:

– 3-ей и 4-ой «линейным» дивизиям немедленно покинуть орбиту Новой Москвы-3! Слышите меня, прекратить атаку и всем уходить из-под огня батарей!

Павел Петрович понимал, что, развернувшись и стараясь выйти на открытое пространство, его подразделения потеряют еще больше кораблей, чем потеряли до этого. Но выбора у старого космофлотоводца просто не оставалось. Теперь, если не повернуть и не покинуть зону обстрела, на орбитах столичной планеты через час не останется ни одного целого корабля северян. Сам командующий, сев в кресло и закрыв глаза рукой, приказал экипажу «Петра Великого» рассчитать оптимальную траекторию выхода из сектора сражения и также покинуть зону действия орудийных расчетов оборонительных колец Новой Москвы-3.

Остатки некогда полнокровных «бело-синих» дивизий, рассыпавшись на одиночные корабли и малые группы, повернули назад, стараясь как можно быстрее отойти на безопасное расстояние в триста тысяч километров. Одновременно с этим по их корме и силовым установкам тут же открыли огонь батареи колец, продолжая собирать свой кровавый урожай…

А еще на отступающих в довесок накинулись пусть и поредевшие, но все еще боеспособные пять «золотых» гарнизонных групп Новой Москвы-3. Командиры которых, видя, что северяне бегут, решили напоследок с ними поквитаться за все хорошее. В итоге к концу сражения рядом с флагманским авианосцем адмирала Дессе собралось немногим более сорока вымпелов – все, что осталось от некогда грозного космического флота командующего.

Планетарные кольца продолжали вращаться с головокружительной скоростью, их артиллерийские платформы, несмотря на тяжелые повреждения, нанесенные канонирами кораблей северян, функционировали достаточно эффективно, чтобы не позволить врагу приблизиться к поверхности. Жители столицы, затаив дыхание, следили за сражением через общественные трансляторы – для них это был час надежды и отчаяния одновременно.

Как раз в этот самый момент, будто по закону подлости заработала связь с его двумя резервными дивизиями, бригадные адмиралы которых, не понимая, что в итоге происходит, на свой страх и риск решились-таки нарушить приказ Демида Зубова и включили трансляторы. По словам того же контр-адмирала Зубова, группа кораблей командующего Дессе должна была продолжать атаку и в какой-то момент времени дать отмашку для такой же атаки своему резерву. Однако на мониторах капитаны двух дивизий видели, что почему-то корабли «Лиса» Дессе начинают в панике покидать сектор сражения, а приказа поддержать их так и не поступило. Поэтому старшие офицеры эскадры самостоятельно вышли на связь, уточняя, что же случилось и когда, наконец, им вступать в сражение…

В этот момент командующий находился буквально в трансе и даже не пожелал общаться со своими подчиненными, но вот остальные экипажи, только что побывавшие в аду и чудом выжившие, в радиоэфире сказали много хлестких и довольно редко произносимых русских слов в адрес своих недогадливых товарищей. И хотя те, конечно, были не виноваты, однако услышали о себе много нового…

В любом случае битва за Новую Москву-3 для адмирала Дессе была проиграна. Так решил сам командующий, хотя возможность взять столичную планету у него все еще оставалась, и она была вполне реальной. У Павла Петровича под рукой с учетом свежих сил было около ста пятидесяти боевых вымпелов, у защитников планеты после сражения артиллерийских батарей на кольцах уменьшилось примерно на треть, а это значит, что их заградительный огонь будет со второй волной наступающих не таким плотным, каким был до этого. Новая Москва-3, безусловно, пала бы после очередной атаки северян.

Но нервы командующего Дессе, расшатанные огромными потерями и практически безрезультативными итогами сражения, а также предательством одного из лучших адмиралов его космофлота, дали сбой. У старика сильно болела голова, и на него сейчас без сожаления нельзя было смотреть. Окружающие всерьез опасались, что адмирал может повредиться рассудком или получить удар, от которого уже не оправится. Павел Петрович самостоятельно покинул капитанский отсек и заперся в личной каюте, перед этим отдав распоряжение – наступление не начинать, а всем дивизиям и их остаткам соединиться в одно построение. После этого продолжить эвакуацию из сектора тех, кого еще можно было спасти…

Так затишье у орбиты Новой Москвы-3 растянулось почти на стандартные сутки. Дивизионные адмиралы и бригадиры «бело-синих» дивизий кое-как восстановили собственные поредевшие порядки, подобрали все обнаруженные спасательные капсулы и челноки с экипажами подбитых кораблей и ждали новых распоряжений своего главнокомандующего.

Дессе, несмотря на поражение, лишаться рассудка не собирался, крепость духа у космоморяков его поколения всегда была на высоте, поэтому все опасения офицеров из его окружения по поводу его психики оказались напрасными. Буквально через несколько часов старик вел себя, как будто ничего страшного не случилось. Некоторые окружающие Павла Петровича подумали, что он действительно повредился рассудком и попросту ничего не помнит из вчерашнего побоища. Однако и они заблуждались, командующий помнил все досконально и поминутно, просто не показывал свои переживания на людях, как это было вчера. За такую свою слабость, которую пусть и увидели всего несколько десятков офицеров ближнего круга, Павел Петрович себя нещадно корил. Командующий через какое-то время поймал себя на мысли, что невероятно сильно переживает предательство близких себе людей, а началось это с того самого подлого удара в спину от его любимого крестника – контр-адмирала Василькова…

Теперь вот и Демид Зубов последовал его примеру, хотя этот цареубийца и неудавшийся диктатор-регент никогда не был близок Дессе, однако с молодым адмиралом командующий Северным флотом связывал большие планы. Осталась у старика лишь одна радость и одна надежда – этой надеждой была его любимая – Доминика Кантор…

– Ничего, ничего, – сказал сам себе старый флотоводец, – не нужны нам эти предатели, мы и вдвоем с моей Доминикой перевернем весь ход этой чертовой гражданской войны. А затем разберемся со всеми теми, кто нас предал…

Командующий трезвым взглядом оценил сложившуюся ситуацию и окончательно решил все-таки осуществить еще одну атаку на Новую Москву-3. Теперь штурм должен был быть более масштабным и обязательно привести к победе. А после того как столица падет, адмирал Дессе быстро восстановит потери своего флота за счет принтеров верфей, расположенных на орбите планеты.

На самом деле боевые корабли Российской Империи создавались в нескольких секторах, и Главные Императорские Верфи, которые сейчас занимал первый министр Янг, были не единственными. У столичной планеты Новая Москва-3 также имелись подобные верфи, пусть и не в таком большом количестве, но достаточные для восполнения потерь Северного космофлота и печати новых кораблей на своих супер-принтах. А новые экипажи командующий планировал набрать из отставников, проживающих в столице, благо местные колонисты были в большинстве своем за Дессе, и проблем с набором космоморяков возникнуть не должно.

Адмирал отдал распоряжение рассредоточиться своим ста пятидесяти кораблям по периметру планеты и готовиться к атаке. Однако сегодняшний день, если еще мог быть не таким кровопролитным, но несчастливым, как вчерашний, был точно.

Сначала по фотонной связи на мостик командующего поступила информация из звездной системы «Ладога». В ней один из капитанов кораблей 6-й «линейной» дивизии сообщал о разгроме эскадры Доминики Кантор у планеты Санкт-Петербугр-3… Из разрозненной информации сразу от нескольких командиров, которые смогли увести оторваться от преследовавших их кораблей противника, Павел Петрович узнал, что никто иной как Илайя Джонс внезапно атаковал Кронштадт и одержал победу над его бывшей возлюбленной, которая в данный момент с небольшой эскадрой боевых кораблей заперта внутри крепости и держит оборону… Старик долго не мог прийти в себя от такой неожиданной новости.

А в завершении произошло то, о чем Демид Зубов умолчал в разговоре с капитаном Моро. В столичную звездную систему из подпространства внезапно вошел флот Птолемея Грауса, состоящий на этот момент из ста семидесяти боевых вымпелов.

Демид Александрович, когда двигался в направлении Верфей в Тульский Промышленный Пояс, где все это время стоял Птолемей, не просто оставлял метки, он открыто показывал, сколько у него в наличии кораблей. Две дивизии северян ненадолго появились в секторе Верфей, для вида покрутились там и, заметив на радарах приближение «желто-черных» эскадр, высланных им на перехват, сделали вид, что устрашились этого, отчего быстро стали совершать межзвездные прыжки, отступая как раз таки по направлению к столичной системе.

Птолемей понял, что, с одной стороны Новая Москва-3 находится в опасности, а с другой – у противника в наличии всего чуть более сотни кораблей. Перед этим первый министр получил информацию от своих шпионов, что часть Северного космофлота ушла как раз в направлении столицы. Птолемей не знал, что Поль Дессе и Демид Зубов разделились, и посчитал, что перед ним и есть весь искомый флот. Поэтому, собрав оставшиеся корабли, Граус погнался за двумя отступающими к Новой Москве-3 дивизиями Демида Александровича.

И в этот самый момент, вынырнув из подпространства во главе своего достаточно большого флота в столичной звездной системе, первый министр с удивлением обнаружил результаты недавнего побоища и готовящийся совершить второй штурм Новой Москвы-3 поредевший космофлот его кровного врага – адмирала Дессе. Оценив ситуацию и сравнив силы и возможности, подразделения первого министра начали перегруппировку и сближение с кораблями северян…

Командующий Дессе получил очередной, какой по счету он уже сбился, удар под дых. Демид Александрович, оказывается, специально выманил за собой весь флот Птолемея и привел его к орбите столицы. Теперь атаку на Новую Москву-3 пришлось срочно отменить, так как северяне могли не успеть захватить планету до подхода флота Птолемея Янга, несмотря на то, что он находился от центральной планеты на достаточно большом расстоянии. А также перед Павлом Петровичем встала дилемма, как поступить дальше. Принять бой с флотом первого министра, который числом превосходит его поредевшие дивизии? Или отступить и идти с имеющимися силами на выручку Доминике Кантор, держащей оборону в Кронштадте?

– Всем кораблям слушать мой приказ, – если бы командующий уже не был до этого седым, то поседел бы снова. – Приготовиться к массовому прыжку… Мы покидаем систему «Новая Москва»…