Глава 8

Глава 8

– Вы же знаете, это невозможно, уже есть сотрудник. – Более того, даже фонды на неё потрачены, подарок, например, выдали к празднику, – с трудом справился с растерянностью я.

– Ой, да мне не нужен этот подарок! – фыркнула глупая Маша.

– А что, уже оформили ту девушку? – прикинулся не знающим Шенин, хотя я ещё в обед проинформировал его, что мой новый сотрудник на рабочем месте.

Всё ясно – сам не хочет отказать Михаилу Сергеевичу, вот и прикинулся, будто не в курсе дел.

– Ну, оформили и оформили, может, какое другое место есть? Мария несколько лет у нас отработала, ни одного замечания не было. Только поощрения, – Лунёв моментально раскусил притворство первого.

– Вообще-то у меня замечания были – например, опаздывала! – нагло влезаю в разговор двух взрослых людей.

– Да? – удивился Шенин.

– Ты же порвал докладную, – теперь уже растерялся Лунёв.

– Докладную – да, порвал, а вот объяснительная её у меня в папочке до сих пор лежит. Мало того, что опоздала, так ещё и проигнорировала моё распоряжение насчет объяснительной! Не совсем идеальный работник.

– Я же извинилась! – возмутилась Машка.

– Ну, может, отпустим начальника комиссии? У него дел много, наверное, – Лунёв бросил на меня злой взгляд.

– Да, Толя, иди, – отпускает меня шеф.

А мне, между прочим, тоже интересно, что там с Марией случилось, и куда её, в конце концов, пристроят! Но шеф, я вижу, мной доволен – формальный повод послать нахрен визитёров я ему дал.

Праздничный ужин в нашей «заводской» столовой прошёл на уровне – немного официоза, сытная еда и пьяные танцы баб, которые я уже не видел. Опытно уехал раньше, чем притушили свет и заиграл ансамбль местных лабухов. Это мне уже потом Анька рассказала. Я не стал извещать девушку о том, что на её место появилась претендентка. Аня и так сомневается, то ли она делает? Да и не собираюсь я брать на работу Машку!

Но Мария всплыла там, где я и не ожидал. Восьмого у меня был заказан столик в кафе «Рига», в гриль-зале. Там диванчики удобные, ну, и верхнее кафе было полностью выкуплено ментами. Позвал я туда своих компаньонок – Александру и Зою, пусть налаживают отношения друг с другом, и свою сменщицу на посту зав отделом в горкоме ВЛКСМ Жанночку из Норильска. На самом деле последнюю я позвал из соображений личного характера – давно женщины у меня не было, а Жанна не замужем, и мне кое-чем обязана. Тем более, было у нас уже с ней в Норильске. Но подлые девки пришли с мужиками – Сашка с мужем, а Жанна с каким-то левым парнем. Зоя была одна, но к ней я подкатывать не буду. Короче, праздник получился отличный, я шутил, подчинённые смеялись над моими шутками. Напились все, кроме меня – мне этот табор развозить ещё.

– Толь, хотела спросить про Марию Аксакову. Она сказала, что вместе с тобой в крайкоме работала, – запивая водку пивом, задала мне вопрос Жанна.

Водку хлещет и её спутник и, судя по всему, вот-вот уйдёт в забытье. А значит, пьяная и размякшая сердцем Жанна могла и сменить планы на ночь, выбрав меня. Но я всё испортил.

– Жанна, ты епнулась, брать эту дуру к себе? – искренне испугался за знакомую я. – Как она вообще к тебе попала?

– Толя, что за выражения? – надула губки Жанна. – Как-как – позвонил Комлев и приказал взять.

– Ты извини, сорвался. Но эта Мария вам с Ильей ещё даст просраться! – уверено вещаю я.

– Илья вчера пришёл на работу поцарапанный. Ленка его бьёт, что ли? – хихикнула Жанна, не обратив внимания на моё пророчество.

А зря! А про Илью я уже в курсе. Звонил тот мне вчера на работу, плакался. Ленка таки учуяла запах чужой бабы и устроила скандал. Я изменщика жалеть не стал, лишь ответил пословицей – «любишь медок, люби и холодок!»

– Чего? – пробасил медведем Илья, не слышавший такой поговорки.

– «Любишь медок, люби и холодок!» – приговаривали бухие пчелы, вытаскивая зимой медведя на мороз. Шутка такая! В смысле, сам виноват. Ты, надеюсь, не раскололся? Даже если на бабе тебя застукает – не признавайся!

– Тогда мне, может, обидеться и не ходить к Лукарям на Восьмое марта? – спросил друг.

– И испортить отношения ещё и с будущей тёщей? Совсем головой слаб стал? – укоряю я.

– Представляешь, Машку побила директриса школы в Таштыпе! – продолжала делиться информацией, то есть сплетнями, Жанна.

– Беременную бить?! – возмутился я.

– А директриса тоже в положении, – с блеском в глазах вещает Жанна.

– А чего они не поделили? – стало интересно мне. – И почему муж не заступился за Марию?

– У директрисы муж – начальник районной милиции. Они с Машкиным мужем решили, что пока Мария в Красноярске поживёт.

Ясно, что ничего не ясно. Ну, да бог с ними.

Пять пассажиров в одной восьмёрке? Сейчас это легко, тем более, Жанне с её бухим другом совсем недалеко ехать. М-да… он никакой, так что секс сегодня обломится не только у меня.

Около Сашкиного дома меня ожидал сюрприз – Зоя остаётся в гостях у Сашки! Значит, поладили девушки. А я еду в общагу. Нет, не в салон мне надо, там присматривает один из охранников, которому заплатим отдельно, а к Маловой. Но в салон, конечно, зашёл, поздоровался.

– Выручку заберёшь? – жуя жвачку, спросил охранник.

– А так ты куда её должен деть?

– Зое сейф в кабинете поставили.

– Ну там и оставь.

Заглянул и в зал. Тот до отказа забит людьми. Через вахту прохожу спокойно, пропуск у меня имеется, я ведь официально тут живу. Один лифт не работает, второй в разъездах, поэтому пехом на шестой приходится подниматься, что молодому и тренированному организму, как два пальца…э-э-э… короче, плевая задачка! Около лифтов на каждом этаже стоят парни и курят. Летом будут курить на пожарных лестницах, их четыре у нас в общаге по количеству крыльев. На шестом замешкался, пропуская какого-то парня с девушкой и смешно одетым в шубку явно большего размера малышом, которому на вид не больше двух лет. Ба! Так это Александр и Катя! Я видел их году так в 85-ом последний раз. И жили они тогда на Калинина в гостинке. Я ещё хотел позвать своего приятеля по московской конференции на работу в горком, но он уже прилично получал в аэропорту, работая электриком, и терять время на комсомольские поручения, имея беременную жену, не захотел. А получить сразу место инструктора с высокой зарплатой не так просто. Я в то время совсем новичком в комсомольских делах был и ничего не решал. Однако сейчас мои возможности велики.

– Саша, Катя, вы что, как неродные? – торможу трио я.

– Толян, ты, что ли? Ох, ты ж как вырос! – узнал меня Александр.

– Это кто? – удивилась Катя.

Ну, всё верно – видела она меня один раз всего и без верхней одежды. Снимаю шапку.

– Что, не узнала? А так?

– Да это мой приятель по конференции комсомольской в Москве, помнишь, он к нам на Калинина приезжал? – отчего-то неловко пояснил товарищ.

– Давайте обратно в крыло зайдём, а то тут курят, и дым на ребёнка идёт. Это, кстати, мальчик или девочка у вас?

– Э! А ты чего, против? – один из курильщиков крикнул в спину явно мне.

Я проигнорировал – сначала с товарищем очень хочется поболтать.

– Вы каким ветром тут? – спросил я, когда мы зашли в просторный холл шестого этажа.

Странно, диван на месте, а телевизора нет —отмечаю взглядом изменения за пару-тройку месяцев, что я тут не был.

– Хотели пожить пристроиться на неделю-другую, – вздохнул Сашка. – А, ты же мою дочу не видел, да?

– Не-а, давно не общались. Так у вас гостинка ведь была? – удивляюсь я. – И здесь, это как? Вы же не студенты.

– Она и сейчас есть, только там жить нельзя. Наш дом – аварийка, – пояснила Катя.

– У тебя жильё служебное, должны взамен дать, тем более ребёнок у вас. А что там аварийного? – интересуюсь подробностями я.

– Нам и дали. На Красной армии в двухэтажном деревянном бараке комнату, удобства во дворе, – опять ответила Катя. – А там часть дома с трещиной, вот и расселили. Хотели у моей подруги тут в общаге пожить, она одна в двухместке, но та не пустила.

– Да, Катя, куда там к ней ещё трое…, – вякнул было Сашка.

– Ой, ты хоть молчи! Сейчас куда идти? Опять в барак? Не можешь на работе выбить нормальное жильё! – резко одёрнула приятеля жена.

– Тут на вахте периодами жестко смотрят, так что – не вариант, да и комната двенадцать метров на четверых это… это капец как мало! – поддержал парня я.

– Ладно, нам пора! У нас одиннадцать метров комнатка, кстати, на троих сейчас, и до этого так же жили, и ничего, никто не умер. Зато душ, кухня, туалет! Теплый! – Катю пробило на слёзы.

– Стоп, не реви! – командую я.

– Я не реву!

– Я ещё раз схожу. Ну, нет у нас фондов сейчас, да и работаю мало, меньше трёх лет, а там люди на квартиру по десять стоят! – забубнил Сашка.

– Сегодня праздник же ещё, Восьмое марта. О! есть идея! Гениальная, как всегда. Едем ко мне в гости! Отказа не приму, – я решителен как никогда. – Я дом снимаю недалеко от вас в Николаевке. Места всем хватит.

– Ай, пошли, а то спарилась уже Алиска в шубке, – машет рукой Катя.

Выйдя в коридор, натыкаюсь на троих курильщиков. Стоят, качаются! Два задохлика, по метр с кепкой и один поздоровее, с меня ростом. Он мне и кричал в спину.

– От лифта отошли! И вообще, рассосались! – командую я парням.

И сразу бью по корпусу говорливого, и потом встряхиваю двух доходяг, дергая каждого одной рукой за одежду. Тут как раз лифт открылся на нашем этаже, и оттуда вывалились … Рита и её сестра Катя! Тоже непременно бухие. Вот не вовремя всё это, и Аню я не успел поздравить!

– Толя-я-я! – на меня повесились две красотки, которые ехали явно на такси – шапки, вернее, беретики в руках, сами в расстёгнутых шубках.

– Девочки, к вам ехал поздравить! Но вот друзей встретил, не могу остаться, – я держу лифт, чтобы не уехал, и там уже стоят мои новые жильцы.

Что? Решил взять к себе Сашку с женой и дочкой. На время, конечно. Не выкинуть же мне их на улицу. Какой барак, когда у меня в доме даже канализация есть!

– Толя, а поехали к тебе?! Смотри, что у нас! – универовская Катька держит в руках стильную бутылку… коньяка «Камю»!

Такой в «Берёзке» один из самых дорогих. А у Риты с собой ещё и баночка икры черной! Кто-то их не хило задарил.

– Едем, – решаюсь я.

Шесть человек в лифте? Влезли! Тем более, Алиса на руках у Сашки.

– У тебя машина! – с непонятными интонациями произнесла Катерина, мужнина жена.