В круге вечного возвращения

Сделав шаг в нишу, Макс почувствовал легкое прикосновение ботов среды обитания обволакивающих тело, возникло ощущение, словно он идет сквозь сухую воду. В смартмодуле сработало предупреждение, проецирующее на сетчатку глаза крупной, красной, навязчивой, мигающей надписью предупреждение об опасности, а внезапно включившийся навигатор стал проговаривать во внутренне ухо одну и ту же фразу: "Вы ушли с маршрута".

– Отключай смартмодуль, – раздался сквозь фоновый шум громкий голос Эвелин.

– Отключаемся, дальше будем двигаться на ощупь.

Избавившись от раздражающих надписей и звуков, Максим вздохнул с облегчением. Эвелин достала из сумочки компас, и протянула его Максу со словами:

– Ты старший тебе и вести нас к выходу, – завораживая его своим взглядом.

– Стараемся держаться как можно ближе друг к другу, еще никому не удавалось вместе добраться до стены.

– А мы попробуем! – и в ее глазах заискрились азартные нотки.

– Я всегда хотел спросить тебя, почему тогда ты вышла на контакт именно со мной?

– Ну знаешь ли… такие вопросы девушкам не задают, – забавно изобразив обиду, сказала Эвелин.

– Извини.

– Извинения принимаются, – и уже серьезно добавила, – надо связаться с Алексом, он поможет нам в случае чего спрятаться.

Девушка достала два телефона, приобретенные ей заранее у хакеров умеющих синтезировать из окружающей среды разные полезные вещи. Один она протянула Максу, а с другого позвонила программисту, помогающему за небольшую плату перебежчикам. Алекс ответил, что видит их, заверив Эвелин сделать все возможное, чтобы помочь им выбраться. Порекомендовав постоянно двигаться, и держаться как можно ближе друг к другу, чтобы программистам министерства ИИ было их сложнее разлучить.

Макс с интересом оглядывался по сторонам. Картинка здесь разительно отличалась от привычной для жителей центрального мегаполиса. Здесь не было ни величественных зданий, ни архитектурных изысков, ни ровных дорог и тротуаров. Вокруг стояли зашарпанные пятиэтажки, какие то бараки, а по дорогам колесили старинные автобусы и облезлые драндулеты.

Пейзаж вокруг был тусклым и нелицеприятным. А люди неулыбчивыми и злыми.

Поневоле в душу закрадывалось неприятное чувство обреченности…

На маршрутный транспорт рассчитывать не приходилось, так как любой автобус мог оказаться ловушкой напичканной ботами, поэтому беглецы были вынуждены дальше идти пешком. Через несколько часов наши герои полностью выбились из сил, но останавливаться им согласно рекомендации было нежелательно. Как будто почувствовав их состояние, зазвонил телефон Эвелин. Алекс сообщил, что впереди есть коридор – системная ошибка позволяющая хакерам синтезировать убежище или подземный тоннель, вход в него отмечен специальным знаком в виде белой звезды. Заверив, что там есть место для ночлега, дав совет запастись едой, чтобы набраться сил – хакер отключился.

Макс и Эвелин набрав провизии в ближайшем общепите, вышли к заданной точке.

Это было небольшое здание, с виду напоминающее большую конуру с зеленой дверью, на которой красовалась белая шестиконечная звезда. Дверь с легкостью открылась, а сразу за порогом была лестница ведущая вниз. Спустившись по ней, молодые люди оказались в небольшой уютной комнате с двумя кроватями и туалетной комнатой. Лестница растворилась на глазах, а вместо нее материализовалась стена. С противоположной стороны комнаты появилась дверь. Поев, молодые люди пожелали друг другу добрых снов и моментально уснули.

Эвелин проснулась первой, поднявшись с кровати, она ощутила боль во всем теле. Превозмогая слабость, девушка привела себя в порядок и задумалась.

Вчерашний день стоял у нее перед глазами, а в душу вновь закрадывались сомнения. Несмотря на то, что к Максу у нее стали проявляться непривычные чувства нежности и близости, что-то все же отталкивало ее. И за этого – ей казалось, что она использует Максима испытывающего к ней неподдельные чувства. Вдобавок ко всему появилось чувство вины перед матерью – усугубляя общее положение.

Объяснить девушке, что все люди друг друга немного используют так или иначе – ей было не кому. Как не кому было объяснить, что все ее душевные метания связанны с отсутствием навыков общения, наложенные на врожденное чувство ответственности. Которые как раз и привлекали к ней Максима осознающего, что девушкой двигают не меркантильные интересы, а высокие мотивы недоступные большинству. И на самом деле это всегда большой вопрос кто – кого использует в отношениях.

Она вспомнила о матери, подумав, что она там сходит с ума, а перед глазами всплыло ее лицо разбитое горем, и чувство вины нахлынуло на нее с удвоенной силой.

Зашевелился Макс. Открыв глаза он, посмотрев на Эвелин сказал:

– Доброе утро красавица.

– Доброе утро, – отозвалась девушка. – Как спалось?

– Замечательно, а тебе?

– Тоже неплохо, только тело все болит с непривычки. А у тебя?

Максим пошевелив руками и ногами проговорил:

– У меня терпимо, – и не подавая вида, что ему с трудом даются движения бодро поднялся на ноги.

Раздался телефонный звонок, Алекс сообщил, что дверь выводит прямо к выходу в восьмой сектор: "Я вам искренне желаю добраться до конца, тут такое происходит… теперь вывести вас из города для меня дело чести, возьмите в шкафчике оружие – оно, скорее всего вам пригодится". И не вдаваясь в объяснения, отключился, оставив беглецов в недоумении.

– Интересно, что там случилось? – спросила Эвелин.

– Не знаю, видимо твоя мама взялась за дело.

– Возможно, а может ваше правительство давит на наше, чтобы они тебя вернули…

Утренние мысли у девушки моментально развеялись, а в глазах появился задор. Завтрак придал сил. Открыв полку шкафчика, они обнаружили там два электроимпульсных пистолета особой конструкции. Маленькие, легкие и мощные с интуитивно понятным управлением.

– Ты сможешь выстрелить в человека? – спросила девушка.

– Да наверно… если речь будет идти о твоей безопасности – выстрелю, не задумываясь, – с воинственным видом ответил Макс.

Эвелин улыбнулась, молодой человек приблизился к ней и неожиданно для обоих – между ними произошел настоящий, глубокий, трепетный поцелуй.

– Это было интересно, – сказала смущенно Эвелин.

– Ничего подобного в жизни не испытывал, – ответил Максим с волнением.

– Пора идти… пока система… не обнаружила ошибку.

– Пора, – согласился Макс, чувствуя, что им необходимо срочно сменить обстановку.

Выйдя в дверь, они попали в небольшой коридор, а на глазах материализовалась лестница. Поднявшись наверх, молодые люди оказались недалеко от перехода. Конура же растворилась за спиной.

В предпоследнем секторе обстановка была еще хуже чем в предыдущем. И они это сразу почувствовали. Не было никакой возможности держать курс на север, так как дорога все время меняла физическое направление, хотя казалось, что они идут все время прямо. Не было здесь и пятиэтажек – одни бараки да сараи. Не было ни супермаркетов, ни точек общепита лишь изредка попадались жалкие с виду магазины или стихийные рынки. Людей было мало, некоторые из них провожали молодых людей долгим недобрым взглядом.

Пройдя около часа стараясь держать курс на север, они неожиданно вновь вышли к изначальной точке.

– Что такое? Как так получилось? – спросила Эвелин.

– Не знаю – это невозможно. Мало того – компас получается, врет?

– Видимо об этом нас и предупреждал Алекс. Что будем делать?

– Идти, возможно, сможем разобраться.

Но как они не пытались уйти от перехода, дорога возвращала их назад.

Выйдя в третий раз к проходу, молодые люди окончательно растерялись. Неожиданно тротуар разъехался, а из земли выросла стена…

Макс попытался было перелезть через нее, но она отбросила его назад став недосягаемо высокой…

Раздался звонок, спокойный голос Эвелин сообщил, что планы не меняются, возможно, по отдельности им удастся выйти из кольца…

Максим расстроенный побрел вглубь сектора, на ближайшей остановке остановился автобус и открыл пригласительно дверь, но он прошел мимо, отвернув взгляд…

Равновесие

Молодой человек выглядел раздавленным, Грей, наблюдая за ним через фоDскоп, решил про себя: "Сдулся парень – далеко не уйдет". Но президента больше интересовала девушка – приемная дочь крупной чиновницы корпорации. В голове не укладывалось, что кто-то может пойти на жертвы, отказавшись от комфорта высшего общества и определенности – ради "глупых идей". В спасение человечества он не верил. Предпочитая жить здесь и сейчас, и давно привык оценивать жизнь с цинизмом и холодным умом.

ФоDскоп перенес его на другую улицу отделенную V-образной стеной. Президент увидел издалека хрупкую фигуру девушки – совершенно не вписывающуюся в унылый пейзаж. Хотя девушка и была одета по-походному в кроссовки, джинсы и легкую толстовку, но невзрачная одежда лишь подчеркивала ее красоту. У нее были длинные стройные ноги, идеальные округлые бедра, высокая грудь и осиная талия, приблизившись вплотную Ричард, заинтересовался еще больше. Лицо девушки было гармоничным, а завершали образ большие, красивые, серые глаза. И как Ричард не силился найти в ней изъян – обнаружить не смог.

Позвонил Стюарт:

– Сэр на линии глава Национального Департамента Корпорации, говорит что-то срочное соединить?

– Хорошо… соедини, – сказал Грей с сожалением в голосе, так как от девушки было трудно оторвать взгляд.

– Добрый день президент Ричард Грей.

– Добрый день директор Энтони Федорофф.

– Как вы уже наверно знаете, двое молодых людей решили покинуть город. У нас к вам просьба усилить наблюдение.

– Мы и наблюдаем, не беспокойтесь, сомневаюсь, что они уйдут.

– Я рад, что мы поняли друг друга. Всего доброго.

– И вам всех благ, – Грей немного задумался и обратился к помощнику. – Стюарт, передай в Министерство ИИ, чтобы они максимально усилили контроль за беглянкой.

– Хорошо сер.

Корпорация хоть и имела инструменты давления на президента и тайный совет умных городов, но никогда не оказывала прямого вмешательства. В этом и заключался принцип разделения ветвей власти. Каждый занимался своим делом – но никто не мог единолично за кого-то, что-то решить. Это не всегда было полезно для принятия быстрых решений, но система работала, гибко балансируя между интересами сторон.

Президентскую власть уравновешивал Тайный Совет – выбранные системой пятнадцать человек из числа людей, зарекомендовавших себя как граждане с высокой социальной ответственностью, работающие как присяжные заседатели в суде. Единственным отличием являлась анонимность, чтобы никто не мог оказать давление на них.

Совет Национального Департамента Корпорации – уравновешивал Международный Совет. Международный Совет хоть и имел приоритет перед Национальным Советом, но для блокировки действий противоречащей политике корпорации необходимо было собирать всех глав вместе, а с этим возникали сложности, поскольку мегаполисы находятся в разных часовых поясах, соответственно для созыва совета нужна была очень веская причина.

С учетом природных и других проблем поставивших человечество на грань выживания, такая схема давала возможность избегать грубых ошибок – катастрофичных для всех.

Структура управления хоть и была непростой, но со всей очевидностью доказала свою эффективность.

Директор Энтони Федорофф должен был придерживаться нейтральной политики по отношению к беглецам, но имел свои цели. Поэтому общий язык с президентом в этом вопросе нашел легко. Они вообще понимали друг друга с полуслова.

И на этот раз хватило сделать лишь намек, и президент все понял… В дверь постучали и без спроса вошли. На пороге кабинета появилась Нэнси Смит – Глава Международного Совета Корпорации Мегаполиса-США, зайдя в кабинет, она без приглашения уселась в кресло напротив, и молча уперла в него слегка прищуренный взгляд – не предвещавший ничего хорошего.

– Вы связывались с президентом по вопросу беглецов?

– К чему этот допрос? – заметил директор, – уверен вы и сами обо всем осведомлены.

– Вы играете с огнем. В нашей власти вынудить мегаполис подчиняться нам, но мы не хотим нарушать собственные правила.

– Я не понимаю вас, вы не меньше управления мегаполисом должны быть заинтересованы в возврате молодых людей. Что вас не устраивает?

– Разве вы здесь задаете вопросы? – холодным тоном спросила Нэнси Смит.

– Мне кажется, вы слишком много на себя берете.

– Каждый выполняет свою работу, вы свою – я свою.

– В конце концов, вы и сами можете связаться с Ричардом Греем или минувшие разногласия между вами еще живы? – с усмешкой на лице спросил Федорофф.

– Думаю, разговор окончен, мое дело вас предупредить, – сказала Нэнси, невольно вздрогнув.

– Я вас понял. Еще вопросы будут?

– Пока все, до свидания.

– До свидания.

Директор Федорофф с самодовольным видом откинулся в кресле, эта партия была за ним.

Нэнси вышла и задумалась, решив действовать жестче. Она уже не в первый раз замечала, что Грей и Федорофф действуют заодно, а это нарушало равновесие.

У нее были рычаги, специально созданные для таких случаев, чтобы действовать автономно, не собирая Совет по пустякам.

Вернувшись в свой кабинет, Нэнси позвонила по закрытой линии смартмодуля. Раздался голос.

– Привет Нэнси, как ты?

– Я в порядке, что у тебя?

– Пока все нормально не переживай беглецы выспались, поели и отправились в путь. Я вооружил их на всякий случай. В этот раз Министерство ИИ перешло все границы, создает лабиринты в секторе восемь, и уже разделило их. Мне вмешаться?

– Спасибо Алекс. Вооружать их не стоило, что за самодеятельность? Надо просто внимательней следить за их безопасностью. Удар нанесем с другой стороны. Обвали Белый дом и прилегающие территории часа на три. Это их дезориентирует, и облегчит детям путь.

– Нэнси, а ты уверенна, что это верное решение? Может им помочь воссоединиться?

– Ни в коем случае, мы не можем грубо вмешиваться. В министерстве не должны догадываться о нашем присутствии, и думаю, дети сами должны найти друг друга.

– Хорошо.

– Если возникнут проблемы, звони…

Нэнси, поразмыслив несколько минут, вызвала помощника.

– Патрик передай в Белый Дом официальную рекомендацию прекратить в восьмом секторе безобразия, к нам поступают жалобы о нарушениях, люди волнуются – не могут попасть домой.

Через пару минут помощник сообщил:

– Там что-то случилось мэм, связи пока нет.

– Как только связь наладится, передавай, – отметив про себя с удовлетворением: "Быстро Алекс сработал – молодец"

Президент Ричард Грей после звонка директора снова активировал фоDскоп, продолжая наблюдать за девушкой. В душе стали появляться давно забытые нотки, оживляющие иссохшую душу. "Этого не может быть" – сказал он вслух сам себе, и в эту же секунду произошел системный сбой. Сначала "оплавилась" обстановка, стены и кабинет потеряли отделочный слой, обнажив крупные плиты, затем сами плиты начали складываться и сползать вниз. Повсюду появились зияющие разломы, а сотрудники оказались на хрупких с виду остатках того что секунду назад казалось незыблемой твердыней. Сам президент ютился на нескольких плитах висящих над пропастью. С опаской посмотрев вниз, он увидел провал метров двадцать пять с отверстиями в депо-хранилище, куда сползала среда. Связь отказала, а парализующий страх сжал душу железным кольцом…

Метрах в восьми от него так же над пропастью висел Стюарт:

– Что случилось сер?

Грей попытался взять себя в руки, так как на него с надеждой смотрели десятки глаз сотрудников:

– Как видишь… и мы не застрахованы от сбоев, – сказал он срывающимся голосом.

– Но сер, это невозможно. У Белого Дома многоуровневая защита, не могли же все уровни полететь одновременно.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Похоже это теракт.

– Прежде чем делать поспешные выводы, стоит дождаться заключения технарей из Министерства ИИ. Думай что говоришь. Нам еще паники не хватало.

Посмотрев вокруг, он увидел сотрудников с недоверием взирающих на него. Ругнувшись про себя уже вслух добавил: "В любом случае нам ничего не остается кроме как ждать".

Не было ни эвакуации, ни связи. Ждать пришлось долгие три часа, находясь в полном неведении.

После, Белый Дом и прилежащие территории так же внезапно восстановились.

Позже из Министерства Искусственного Интеллекта пришел отчет, что сбой имел неясный характер, затруднив спасательную операцию, но высокопрофессиональная работа сотрудников – помогла решить проблему.

Поступившее следом предупреждение от Международного Совета Корпорации Ричард Грей проигнорировать не мог, но это было и не важно, молодые люди согласно данным разошлись далеко. Оставалось следить лишь за тем, чтобы их пути – не пересекались. Как показывала практика, по отдельности сломать беглецов гораздо проще. Его мысли вновь вернулись к девушке, разливаясь по душе сладкой истомой.