Цитаты из книг автора «Дмитрий Емец»

В школе нормальные люди не удерживаются! Одни мигом становятся буйными психами, а другие заторможенными, – великодушно сказал Ягун.

Вражда обязана быть великодушной хотя бы потому, что от дружбы великодушия редко когда

дождешься. Никто не царапает тебя так больно, как друг. Хотя сам же потом прибежит замазывать зеленкой.

«Я заново открываю для себя жизнь. Читаю то, на что раньше не было времени, а сам все не могу отказаться от прежней привычки искать на полях тайные знаки, предупреждающие об ослепляющих абзацах, ядовитых закладках, засасывающих дырах и прочих милых проказах авторов. Мне кажется, наши магические книги не так интересны. Они не объясняют смысла жизни, а лишь содержат прикладные сведения о нежити, заклинаниях, астрологии, защите от сглаза и так далее… Если разобраться, не мы, маги, отделили себя от обычных людей, но обычные люди отринули нас от себя. Нам не следовало изолироваться. В результате наша жизнь во многом стала суррогатом. Мы слишком увлеклись преобразованием жизни, вместо того чтобы просто наблюдать ее», – писал Ванька, и Таня думала, что он стал гораздо серьезнее.

Я вру другим, но не вру себе. Ты не врешь другим, зато обманываешь себя. Хотя, в общем, почему нет?

Faber est suae quisque fortunae

Всякая вербальная коммуникация в идеале имеет ментальный смысл. Не будешь ли ты столь любезен, плиз, подсказать мне смысл твоего вяка?

Ревность – это как жидкость для разжигания костров, которую покупают неопытные туристы. Когда человек начинает подливать ревность в огонь любви, значит, огонь сам по себе уже едва горит. Или пламя не греет и хочется его усилить

Ханжество – это когда говоришь правильные вещи, не подключая голову и не касаясь их сердцем. Доспехи из ханжества самые прочные. Их невозможно пробить. Хуже ханжества ничего нет.

Эдя долго думал, что сказать своему запоздало найденному счастью. Он ощущал, что должен произнести нечто безумно важное. Что-то такое, что станет программой развития их рода на сотню лет вперед. Запомнится детям и внукам. Эдю просто колбасило от ответственности. И вот слова пришли, ясные и точные. Они войдут в анналы. Запишутся россыпью звезд на небосклоне. Станут основой новых созвездий. Он сунул руку в карман. Из кармана возникло нечто смятое, завернутое в капустный лист. – У меня есть аргентинская котлета. Я хочу разделить ее с тобой! – сказал он.