Но всё это впереди, а пока капитан Сохранов смотрел в чистое голубое небо, отдаваясь полету. Полету в «спокойном» небе. До летного училища он ни разу не был на борту самолета, ни разу не поднимался в воздух. Сколько новых ощущений открылось ему в том первом вылете! Пусть рядом сидел опытный инструктор, но, даже не обладая полной властью над машиной, Алекс испытал подлинный восторг – небо сверху, снизу, небо со всех сторон! Оно поглотило его, заключило в ласковые объятья, подарив умиротворенность и ощущение отрешенности от земной суеты. Это было подлинное ни с чем не сравнимое спокойствие. Ни за какие деньги новоиспеченный пилот не отказался бы от возможности снова и снова принимать эту ласку. Так было до первого боя. Тогда Алекс узнал, что ласка эта сиюминутна, а умиротворенность в любую секунду может быть нарушена сигналом тревоги и легким электрический разрядом – на случай, если пилот слишком уж поддался ложному спокойствию. Частенько первый боевой вылет вспоминался Алексу во всех деталях. Звено подняли ночью на перехват группы бомбардировщиков – в каждом две тонны бомб. Две тонны железа – на военный завод где-то в глуши, а может, на город или поселок, на спящих? Куда именно – не угадать. Шли бомбовозы, конечно же, не одни. Ночные охотники всегда рядом, всегда ведут до цели и обратно… Резкий звук сирены и голос в наушниках: «Обнаружена группа целей, удаление тысяча метров, перейти в боевой режим?». И началось… Численный перевес был на стороне противника. Пользуясь им, нападали американцы подло, хотя то, что в мирное время называется подлостью, для войны – естественная вещь. Двое отвлекали маневрами, третий заходил в хвост. И догорать бы Алексу вместе с зарывшимся в землю самолетом, если бы не подстраховал опытный товарищ, не снял с хвоста хитрого «полосатика». Обошлось.

Голос «мозга» отвлек Алекса от созерцания неба:

– Запрос сеанса связи со стороны сопровождаемого объекта. Принять?

– Да.

– Выполнено.

– Капитан Сохранов, с вами будет говорить господин Соломатин.

После небольшой паузы Алекс услышал:

– Александр Константинович, здравствуйте. На связи Валентин Сергеевич Соломатин. С этого момента вы полностью переходите в мое распоряжение, если хотите, можете запросить подтверждение у начальства. Вам придется выполнять мои приказы, и, в случае необходимости, оказывать возможное содействие. Договорились?

– Так точно, – ответил Алекс. Про себя же подумал, что не хватало еще подчиняться дурацким приказам штатского!

– Вот и славно. Считаю необходимым сообщить, что целью полета является обмен военнопленными. На борту моего самолета находится генерал американской армии. Так что, смею заверить, бояться нападения не стоит. Не та это птица, чтобы янки ей жертвовали. После обмена некоторое время проведём в расположении «Дельты». Дня два, я думаю, подождем, пока организуют безопасный воздушный коридор. Войну ведь никто не отменял? Ха-ха! – Соломатин рассмеялся своим словам, будто хорошей шутке. – А потом полетим мы с вами, как говорится, в родной дом белыми лебедями. Вам всё ясно?

– Всё.

– Тогда до связи, – сказал Соломатин и отключился.

– Настроить постоянный сеанс связи с объектами «Эскорт-2», «Эскорт-3», «Эскорт-4» на выделенном канале, включить шифрование! – приказал Алекс, желая ускорить общение с подчиненными. Но «Посланнику» такой привилегии не дал, чтобы на его борту не смогли прослушать, о чем говорят истребители.

– Выполнено, – отрапортовал «мозг».

Начало темнеть. И откуда только взялся этот белый лебедь на мою голову, – недовольно думал Алекс, лишь краем сознания контролируя работу системы. Зачем все подробности выложил, на кой мне знать про обмен? Махнулись бы без свидетелей и по домам. А вообще, вот ведь сволочи! Наверное, не на рядового Ваньку генерала менять будут, на «шишку» какую-нибудь. А рядовой что? Пушечное мясо, нуль без палочки. Бабы еще нарожают. Ну, подумаешь, что у него семья, дети, мать старушка больная. Не припомню я, чтобы хоть одного рядового или лейтёху выменяли. Сплошь стратегов да тактиков. Хоть и тайком меняются, но шила в мешке не утаишь. Свинство, конечно. Но, может, действительно иначе никак? Командовать грамотно некому, вот и выменивают?

Постепенно небо заволокла ночная мгла. Зажглись звезды. Тихо потрескивая, они холодно взирали с недоступной высоты на земную суету: на рождение и смерть; на признания в любви и измены; на клятвы в верности и последующую череду предательств. Они не порицали и не одобряли ничего из земной тщеты, а просто наблюдали и ждали. Ждали чего-то лишь одним им известного. Возможно, зарождения на них самих еще неведомых Вселенной форм жизни – тех, что будут разумнее и гуманнее человека или же наоборот превзойдут его в безумстве? А, может быть, грядущей гибели своих ныне существующих детищ, вышедших за рамки дозволенного? И они дождутся, непременно дождутся, ведь впереди у них вечность.

Заработали приборы ночного видения, и группа перешла на режим ночного полета, требующий от человека большего внимания, чем дневной. Правда, и тут можно отдать всё на откуп «мозга», скрупулезно отслеживающего курс и окружающую обстановку, но не многие на такое решаются. Как говорил один знакомый Алекса: на Аллаха надейся, а ишака привязывай. А иначе на войне нельзя, если, конечно, хочешь попытаться дожить до ее конца.

Полет проходил спокойно. Лишь раз глазастый «мозг» сообщил о появлении на солидном расстоянии самолетов противника. Четыре Эф-ки на меньшей высоте проследовали по своим делам, не обратив на группу Алекса ни малейшего внимания.

– Шугануть бы их, а, капитан? – выдал «Эскорт-2».

– Отставить! Ты что, белены объелся?! – выпалил Алекс. Такой выходки от «Второго» капитан ну никак не ожидал, хорошо, что канал закрытый. Действительно и на старуху… – «Второй», еще одна такая реплика, и ты сгниешь на гауптвахте!

– Командир, не серчай, скукотища, чуть не засыпаю.

– Ладно, проехали, но чтобы больше никаких намеков на самодеятельность.

В других условиях перелет занял бы меньше времени, но максимальная скорость пассажирского лайнера гораздо меньше скорости МиГа и приходилось равняться на нее. До самого рассвета ничто не потревожило группу. Когда за бортом занялся день, Алекс увидел далеко внизу океан. На спокойной водной поверхности даже невооруженным глазом удалось различить разбросанные то тут, то там точки – корабли ВМС США.

Чем ближе становилась береговая линия Штатов, тем чаще система беспокоила пилота сообщениями об активности американцев в воздушном пространстве. К счастью, как и было обещано, активность эта происходила на значительном удалении.

– Обнаружение системой ПВО, – предупредил электронный напарник, когда берег открылся под ними.

Алекса тряхнула нервная дрожь. Он тут же представил себе, как где-то внизу раздается сигнал тревоги, ракеты наводятся на цель, а на ближайшем аэродроме пилоты занимают места в истребителях, чтобы выполнить перехват, если оплошают ракетчики. Всё по стандартной схеме. И никто не узнает, где могилка моя, подумал он. Если бы не чёртов «Ту», то в принципе ничего страшного, прорвались бы как-нибудь, да и назад развернуться можно. А так, если, не дай Бог, внизу с перепуга что-то напутают или забудут, или окажется, что по обычной безалаберности кого-то не предупредили, дела наши выеденного яйца не стоят.

– Расчетное время до запуска ракет – три минуты.

– Установить связь с сопровождаемым объектом! – скомандовал Алекс.

Спустя несколько секунд из динамика раздалось:

– «Посланник» на связи.

– Мы обнаружены системой ПВО противника, через три минуты возможен запуск ракет, наши дальнейшие действия?

– «Эскорт-1», держитесь указанного курса. Связь с землёй установлена, разрешение на полет над территорией Соединённых Штатов по известному вам маршруту получено. Всё в порядке.

Ну и почему сразу не сообщили, что всё нормально?! – мысленно возмутился Алекс. Если бы не спросил, никто так и не соизволил бы поставить в известность? Мол, пусть дурачки подергаются, подумаешь, ПВО какое-то!

– «Посланник», прошу в следующий раз немедленно сообщать мне все подробности, касающиеся безопасности полета, – раздраженно процедил он в эфир. – Мы тут не в игрушки играем!

После этой «содержательной» беседы Алекс связался с пилотами «Эскортов». Весть о том, что можно не опасаться стать мишенью для какой-нибудь американской новинки, принесла им существенное облегчение.

И всё же дальше они летели в постоянном нервном напряжении. Каждый из лётчиков прямо-таки шкурой ощущал, как его поочередно «ведут» станции наблюдения, и ощущения эти подтверждались сообщениями систем интеллекта. Каждый понимал, что сейчас на земле такие же как он солдаты небесного воинства не покидают боевых постов. От одного лишь смутного предчувствия боя кусают губы в кровь, до хруста сжимают кулаки. При малейшем признаке опасности готовы они сбросить с небосклона родины группку вражеских самолетов. Наверняка, именно на этот случай маршрут над Штатами прокладывали в обход густонаселенных районов. Чтоб уж если сбрасывать, то на пустырь…

– Расстояние до места назначения сто километров, начинаю снижение, – доложил «мозг», и Алекс облегченно выдохнул: – Кажется, обошлось…

От перепада высоты слегка заложило уши.

«Тушка» первой коснулась земли. Тяжело вибрируя, массивный лайнер пронесся по бетону взлетной полосы и остановился у самого ее края. Подоспевший тягач осторожно отбуксировал его на специально подготовленную стоянку. Истребители приземлились следом. Как только сопла МиГов перестали извергать струи пламени, самолеты оцепили вооружённые люди в военной форме.

– Запрос сеанса связи со стороны сопровождаемого объекта, – услышал Алекс. – Принять?

– Да.

– Выполнено.

– Александр Константинович, приказываю до моего распоряжения не покидать самолеты, – зазвучал голос Соломатина. – Вы меня поняли?

– Так точно.

– Не поддавайтесь ни на какие провокации, ждите. До связи!

Алекс передал приказ остальным и приготовился ждать. Солнце палило немилосердно, но система климатического контроля неплохо справлялась с обязанностями. Только вот от яркого света резало глаза.

– Включить затемнение на 50 процентов! – скомандовал Алекс.

– Выполнено, – отрапортовал «мозг».

Бронестекло тут же приобрело кремово-матовый оттенок, и в кабине воцарился полумрак. Интересно, какие могут быть провокации, – рассуждал Алекс, наблюдая за обстановкой за бортом. Шасси что ли начнут откручивать? Ну, а уж если убивать вы друг друга будете, так это пожалуйста, нам бы только взлететь. А там пусть попробуют догнать. А догонят, узнают, на что способны русские летчики-истребители, если еще не успели ознакомиться с перечнем предоставляемых услуг.

Поначалу за бортом ничего не происходило. Скорее всего, стороны обсуждали какие-то детали по радиосвязи. Затем к «Посланнику» подвезли трап, а следом подъехал массивный «Хаммер» в пустынном камуфляже и с открытым верхом. Из «Хаммера» выскочил поджарый высокий, как каланча, военный, по знакам различия – полковник ВВС США.

Первым на трап ступил Соломатин. Пристально посмотрел вдоль ступеней, словно ища какое-нибудь препятствие на пути вниз, затем переложил из руки в руку чёрный кожаный дипломат и с улыбкой во всё лицо, точно прибыл в гости к хорошим друзьям, начал спускаться. Следом, стараясь не отстать, поспешили двое плечистых парней в штатском. У подножия трапа состоялся короткий обмен приветствиями, и вся компания погрузилась в «Хаммер».

Оцепление тут же поредело. Солдаты выстроились в шеренгу по двое и куда-то потопали вслед за молодцеватым капралом. Охранять самолеты остались семеро. Один из них принялся расхаживать от истребителя к истребителю, при этом гладил каждую машину по обшивке и пинал колёса шасси, словно пробуя их на прочность. Ничего страшного в этом, конечно же, не было, но Алексу отчего-то стало неприятно. Стараясь быть как можно более дипломатичным, по громкой связи он сообщил бездельнику маршрут, которым тому необходимо проследовать во избежание неожиданных неприятностей. Английский Алекса был не без рязанского, как говорится, акцента, но всё же весьма неплох – не зря учил в универе, а потом и на ускоренных офицерских курсах. Солдат скорчил презрительную гримасу, но все же отошел к своим.