Его сатира вынужденная. Сатира от омерзения к миру. Это не жизнерадостный одесский смех Ильфа и Петрова. Это злобная насмешка провинциального – или не провинциального, окраинного мальчика, который смотрит из окна на этот закат зеленый, и ему распахивается какой-то безумный мир, надпись «Продукты» подмигивает ему, говоря о чем-то. Ну помните, как Степе семерка и тридцать четыре явились в зале обычного кинотеатра, на обшарпанном кресле?