ESET_NOD32

Цитаты из Булгаков. Воланд вчера, сегодня, завтра

Читайте в приложениях:
271 уже добавил
Оценка читателей
4.33
  • По популярности
  • По новизне
  • русские писатели – это как нефть, понимаете? Они не кончатся никогда.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • гений – это тот, кто не выносит ни малейшего заказа, ни малейшего насилия над собой.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • У этого романа много выдающихся достоинств, но говорить о хорошем вкусе совершенно невозможно. Роман написан очень неровно.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Я говорил в лекции о "Войне и мире", что плохая книга развивается в одном плане, хорошая – в двух, замечательная – в трех, а гениальная – в четырех. Как "Война и мир", где есть план политический, личный, народный и метафизический. Вот в "Мастере" есть три таких плана: мистический, религиозный, не имеющий отношения к мистическому (история о Иешуа Га-Ноцри) и бытовой, сатирический.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Конечно, это история параллельная, совершенно очевидно. Конечно, Козлевич – Коровьев, они даже восходят к одному животному корню. Понятно совершенно, что Паниковский и Кот – это два трагифарсовых атрибута. Ну и Балаганов и Азазелло похожи даже внешне. Рыжие такие ребята. Очень понятная аналогия, и она-то лишний раз и доказывает второсортность некую булгаковского романа, потому что, во-первых, Ильф и Петров были раньше, во-вторых, у них смешнее и, в-третьих, у них это не имеет привкуса демонологии. Потому что, если свита нечистой силы обладает такой же пошлостью вкусов, как Паниковский, все время ждешь, что кот скажет: "Я уважаю вас, мессир, но… Но тем не менее вы – жалкая и ничтожная личность". Стилистика общения Воланда со свитой – это абсолютно один в один стилистика общения Бендера с этими ребятами. Других прототипов нет. Тем более, что атрибутом нечистой силы является и черный кот, и козел. Так что здесь это параллельно.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • По Вашему мнению, кто стоит за образами Азазелло, Коровьева и Бегемота?
    – Тут к бабке не ходи: Паниковский, Балаганов и Козлевич.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • собственно, весь вой, весь вопль Булгакова в этом романе: ты только вот нас не трогай, а уж мы тебя полюбим! Это не формулируется внятно, но это чувствуется. Это же письмо королю. Точно так же, как каждая пьеса Мольера – письмо королю. Как "Тартюф" – письмо королю. Ты этих ханжей-то топи как угодно, а там сияй нам, Солнышко наше. Очень чувствуется.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Вопрос школьного учителя литературы. Мои старшеклассники категорически не признают в Иешуа и Мастере главных героев. Почему?
    – Совершенно правы ваши старшеклассники. Главные герои книги – это Понтий Пилат и Воланд. А Мастер и Иешуа – это те цели, те объекты, на которые им пытается указать Булгаков: храни Художника и защити святого. Они есть у тебя обязательно, они всегда есть в твоем тоталитарном режиме. Не трогай их, не надо их распинать, при этом защити, пожалуйста, Мастера, потому что только с Мастером твое правление останется в истории. А уж мы тебя напишем, дорогой ты наш. Это очень чувствуется, к сожалению.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Маргарита идеально вписывается в типаж советской кинозвезды. Именно такой она и сделана. Из-за чего она такой сделана? Наверно, не только для того, чтобы Елене Сергеевне было приятно. Наверное, для того, чтобы Сталину было приятно читать про эту женщину. Я же говорю: роман написан для узколобого читателя с примитивными взглядами с теологическим образованием.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Но Маргарита, хотя и этого сравнения не выдерживает, она, тем не менее, героиня совершенно замечательная, по крайней мере, по двум параметрам: во-первых, ей присуща изумительная смелость в абсолютно рабское время. Она единственная, про кого нельзя сказать, что трусость как-то ею владеет. Помните, даже Коровьев ей говорит: "Никогда и ничего не бойтесь, это неразумно". Но она и так ничего не боится. У нее сердце трепещет, когда она входит к Воланду, но она не боится его. Вот это удивительно. Замечательная смелость, дерзость: "Я хочу, чтобы мне вернули Мастера, моего любовника". Прекрасно звучит.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Почему история "Мастера и Маргариты" трактуется как история великой любви? Ведь оба они довольно посредственные люди, особенно Маргарита. Что она такого сделала? Букву на панамке вышила и на скучном корпоративе помучилась. Там же нет никакой истории любви. Если на то пошло, то скорее показательна история второй пары героев – Пилата и Иешуа
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Мы можем вспомнить: "Тогда луна начинает неистовствовать, она обрушивает потоки света прямо на Ивана, она разбрызгивает свет во все стороны, в комнате начинается лунное наводнение, свет качается, поднимается выше, затопляет постель. Вот тогда и спит Иван Николаевич со счастливым лицом. Наутро он просыпается молчаливым, но совершенно спокойным и здоровым".
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • о пошлости зла, о пошлости богемы, о пошлости всякого рода оправданий и всякого рода этических двусмысленностей. Но ничего, кроме пошлости, в этой книге, к сожалению, нет, хотя есть при этом (я говорю сейчас о материале) высочайшие образцы литературного стиля, который парит над этим страшным морем терроризированной России, иногда взмывая на невероятную высоту. Но, разумеется, не в таких чудовищно написанных сценах, как бал у сатаны, это просто очень плохо, никакой Мережковский не писал так аляповато, так грубо, так жирно, так не смешно – потому что остроты все затянуты страшно и не смешны… Ну, чего стоят фразы типа "Все смешалось в доме Облонских, как написал бы Лев Толстой", когда, как вы помните, все смешалось в глазах у Поплавского. И так далее. Множество там провалов вкусовых. И никто никогда не говорил о том, что Булгаков – писатель с хорошим вкусом.
    Но иногда самой трагической стилистике этого романа удается прорваться в те невероятные сферы
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Обратим внимание на то, что любовь, столь часто описанная, столь прокламированная, в ней отсутствует. Мы не видим этой любви. Мы слышим разговоры о ней. Мы не видим в книге ни одного человека, вызывающего умиление, сострадание, настоящую жалость. Ни одной эмоции высокого порядка здесь нет. Мы слышим либо площадной грохот, либо площадной смех, либо видим абсолютно бутафорское величие Воланда, про которого, кстати говоря, сказал один, уж не буду называть его имени, крупный писатель: "Это не Воланд, это Гафт". И действительно здесь очень много величия актерского, картонного, позерского. Но, как говорила та же Матвеева: "Но чтоб до истин этих доискаться, не надо в преисподнюю спускаться".
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • никакого победителя, кроме победителя нравственного, быть не может – это мысль, которой нет в булгаковском романе, мысль, которая абсолютно отсутствует у него, но думаю, что эта мысль появилась бы, доведи Булгаков работу над романом до конца.
    В мои цитаты Удалить из цитат

Другие книги серии «Прямая речь»