Цитаты из книг автора «Дмитрий Бовыкин»

его основу был положен принцип разделения властей: законодательная власть закреплялась за Национальным собранием, исполнительная — за монархом. Король больше не мог объявлять войну и заключать мир, но сохранял за собой право назначать министров и послов, командовать армией, руководить администрацией.

2 ноября 1789 года по предложению Талейрана Учредительное собрание передало все церковные земли в распоряжение государства, то есть фактически национализировало их. Эти «национальные имущества» были выставлены на продажу и стали обеспечением новых бумажных денег — ассигнатов, выпущенных в оборот для покрытия государственных расходов.

я. На смену ему пришло «Общество друзей конституции», имевшее гораздо более открытый характер и принимавшее в свои ряды уже не одних только депутатов, но и всех желающих. Этот политический клуб разместился на улице Сент-Оноре в бывшем монастыре св. Якова, отчего и стал называться Якобинским.

Конституционалисты — таким достаточно условным термином обозначали всех сторонников конституции, призванной обеспечить радикальный разрыв со Старым порядком и формирование нового, основанного на ценностях Просвещения. С

События 5–6 октября стали для этой «партии» моментом истины. Еще вечером 5 октября Мунье во главе делегации депутатов убеждал испуганного короля санкционировать августовские декреты и Декларацию прав, а уже поутру, узнав о ночном нападении на королеву и убийстве ее защитников, он проникся таким отвращением к происходящему, что вскоре покинул не только Собрание, но и страну, влившись в неуклонно расширявшиеся ряды эмиграции. Остальные монархисты, оставшиеся в Собрании, сблизились с роялистами.

выступили за абсолютное вето короля и двухпалатный парламент по образцу английского

Роялистами называли тех, кто противился какому бы то ни было ограничению королевских прерогатив.

Ночью какие-то люди из вновь прибывших проникли внутрь дворца (говорили, что кто-то из придворных открыл им дверь), прошли к спальне Марии-Антуанетты и попытались ворваться туда. Два дворянина, дежурившие у дверей, встретили нападавших со шпагами в руках и ценой своих жизней задержали, позволив королеве спастись бегством.

Депутаты принялись объяснять Людовику, что на самом деле народ недоволен его отказом санкционировать августовские декреты и Декларацию прав человека и гражданина. Король поверил им и утвердил все эти акты.

А уже в первые дни октября революционные журналисты как большую сенсацию преподнесли «известие» о том, что офицеры прибывшего охранять Версаль Фландрского полка на своем банкете якобы демонстративно топтали трехцветные кокарды. Эта, как сегодня известно, чистой воды выдумка была рассчитана на то, чтобы возбудить средние слои, читавшие прессу и симпатизировавшие Учредительному собранию.