Когда все поели, стали устраиваются на ночлег. Показал, где тут туалет, и пошёл на выход покурить.

Сижу курю самокрутку с махоркой, нашёл на складе. Сзади подходит пленница.

– Тебе лучше сдаться. О дочери подумай. Я понимаю, что ты воин и не из слабых. Меня будут искать и не улетят, пока не найдут. – говорит она.

– Ты что, дочь императора? – усмехаюсь я.

– Незаконнорождённая, но достаточно любимая. – говорит она.

– Что ж тебя в бой пустили?

– Никто не ожидал серьёзного сопротивления на киностудии. – говорит она.

– Разочаровал я вас, значит? – улыбаюсь я.

– Ты можешь хорошую карьеру в нашей армии сделать.

– Стар я для карьеры, но проблемы я вам ещё организую.

– Ты главное людей не убивай. За это тебя очень сильно накажут. – говорит она.

– Мы вас не звали. Так что, возможно, убивать я и людей буду, но постараюсь, чтобы без мучений уходили. – говорю я.

– Там все пилоты курсанты. Нас досрочно выпустили, проблемы серьёзные у империи. Так что там такие, как я. – говорит она.

– От них зависит.

– Я просто боюсь. У меня первая война.

– Молись, чтобы последняя. Война – это очень страшно. Не вешай нос, глупить не будешь, я тебя папке целой и невредимой отдам. Я прекрасно понимаю, что Землю вы захватили, но я солдат страны и останусь верен присяге до конца. Значит, буду гадить вам максимально. И это, когда меня убьют, о мелкой позаботься, ладно? Вроде я тебе зла не делал? – смотрю я на неё.

– Хорошо, позабочусь. Почему ты умирать собрался? – смотрит она мне в глаза.

– Пока я жив, я солдат. Так что прекратить мои действия – это значит убить меня. – пожимаю я плечами.

– Так твоего государства уже нет. – говорит она удивлённо.

– Моей страны нет уже давно. Её предали и разорвали. Но это не первый раз. Родина и государства – это разные понятия. Я присягал и служил Родине, хоть это и не всем нравилось. Я не могу иначе, меня с детства так воспитывали. Так что, я могу на тебя надеяться?

– Да. Полностью. Просто постарайся не убивать ребят.

– Хорошо. Иди спать. И не пытайся ночью угнать бот. Я тут всё заминировал. – треплю её по голове.

Утром бужу обнявшихся во сне пленницу и дочь. Кормлю их бутербродами с тушёнкой, выдаю по банке сгущёнки и по пачке галет. Сам тащу из склада Р-107, запускаю, работает. Слышу на одной из частот попискивание. Иду к боту и пытаюсь найти источник. Сам склад за счёт типа постройки экранирован. С трудом к обеду нахожу маячок. Притащил вольтметр, лежал на стеллаже, и замеряю напряжение. 20 вольт. Кормлю девочек найденным на складе «завтраком туриста». Сам извлекаю из корпуса ТАИ-43, мне его ящик нужен. Собираю туда блок батарей, они у ТАИ по 1,5 вольт, но большие. Запихнул и скоммутировал. Аккуратно извлёк и подключил к батарее маячок бота. Проверяю рацией. Работает. Чтоб девочки не скучали, выдал им два ТАИ и связал их кабелем. Они с восторгом сидели и перезванивались.

Вытаскиваю «Стрелу-2» ещё первых выпусков. Их на складе 3 штуки. Перетаскиваю их в овраг, где наметил себе точку засады, и, завернув в плащ-накидку, прячу под корни дерева. За вторую ходку притаскиваю коробку с маячком и ПКМ с заправленной лентой на 200, таких лент у меня всего 5. На складе с оружием полный голяк. Кроме пулемёта и «стрел» больше ничего.

Вот слышу свист, готовлю «Стрелу», целюсь, загорелась лампочка, пускаю ракету. Она быстро догоняет цель, и вижу взрыв на корпусе. Бот качнулся, я хватаю вторую, целюсь, пуск, и снова попал. Бот продолжает свой полёт. Запускаю третью и последнюю. Бот, дымя, пошёл на снижение. Бросаю пустую трубу и беру пулемёт и иду к месту падения.

Бот сидит на брюхе, возле него стоят пять роботов. Ставлю пулемёт на сошки. Делаю первую короткую очередь, роботы, похоже, на это не настроены, и я в четыре короткие очереди заканчиваю с ними.

– Эй, пилот, выходи, а то бомбу в салон кину. – кричу я.

Из бота выходит ещё одна девушка.

– Переводчик цепляешь на карман, пояс с оружием оставь там, где стоишь. – приказываю я.

Девушка выполняет команду и проходит вперёд.

– Садись. – приказываю я.

Спускаюсь, собираю винтовки и её пояс.

– Пошли. – говорю я.

Привожу её в склад.

– Встречайте, ещё одну вам привёл. – кричу я девочкам.

Те выбегают в «предбанник».

– Мисс Кама, пилот Мина, была захвачена противником, нахожусь в плену. – рапортует первая пленница.

– Так ты цела? Мы все переволновались. Так надо сигнал подать, и нас всех заберут. – затараторила новенькая.

– Кама, ты в плену. Поэтому пошла к девочкам и не отсвечиваешь. – говорю я.

– Ты не понимаешь, там на орбите все переживают. – говорит она, смотря на меня.

– Да мне по барабану, пусть хоть головой об стенку бьются. Мы вас не звали, и то, что ты ещё жива, просто моя добрая воля. – говорю я.

Она смотрит на меня с ужасом.

– Ты можешь убивать людей? – говорит она с ужасом.

– Я уже убивал, правда, не инопланетян, но это никогда не поздно начать. Вы, похоже, ничем от нас не отличаетесь.

– Прости, я не подумала. Только как теперь быть? Раз мы не вернулись, отправят штурмовиков с тяжёлой техникой. Мы уже на этом континенте потеряли много андроидов. Пришлось штурмовиков доставать. Вы, похоже, воевать умеете лучше нас, если смогли даже ракеты по нам запустить. Мы их сбили, но сам факт пугает. – говорит Кама.

– Мина, так вроде, иди покорми остальных, как это делать, ты видела. Я пока встречу штурмовикам приготовлю. – говорю я.

Сходил и принёс маячок, прикрутил его на место. Сходил в склад и перетащил все ленты. Взрывчатки нет. Приходится изобретать из подручных средств. Извлёк из винтовок и пистолетов пилотов блоки питания. Какой-то навороченный аккумулятор. Беру пистолетный и накручиваю короткие куски полевого провода на клеммы. Иду к оврагу и, замкнув концы, бросаю его вниз. Бахнуло не плохо. Вернувшись на склад, начинаю превращать аккумуляторы в осколочные бомбы. Накладываю железный хлам и приматываю его бинтом. Потом расставляю у входа в предполагаемых укрытиях и протягиваю провода в караулку. Устанавливаю пулемёт и готовлю ленты.

Прибежала дочь.

– Пап, пошли есть. Тебя все ждут.

Иду к остальным. Садимся за стол и начинаем есть поднадоевшую тушёнку.

– Через сколько ждать твоих штурмовиков?– спрашиваю я Каму.

– Ещё часа три. Потом прибудут. Потом возможно переговоры.– машет она рукой.

– Как прибудут, Мина, улетаете отсюда. Помни, что мне обещала. Так что ешьте и готовьтесь.– говорю я, иду на склад и беру запечатанный шоколад с красной полосой.

Штука это сильная, там шоколад смешан со стимулятором. Если съесть больше трёх плиток, перейдёшь в состояние «берсерка». Ты не будешь чувствовать боли, усталости. Но проживёшь ты после этого часа четыре. Организм сожжёт все резервы энергии. Посильнее этого только таблетки, которые применяют при попадании в эпицентр ядерного взрыва, там время жизни часа два, но ты полностью игнорируешь боль, разрушение тела, потерю крови и поражение радиацией. Такая вот боевая химия.

Беру ящик сгущёнки и несу девочкам.

– Это вам на память.– говорю я.

– Может, сдашься?– смотрит на меня с надеждой Мина.

– Нет, Мин. Я тут остаюсь. Это будет славная битва и достойный конец моей жизни.– говорю я.

Сидим, ждём у входа. Я курю махорку. Слышим свист тяжелого корабля.

– Всё, улетайте. Мин, помни, что обещала, а то я и с того света приду и спрошу за дочь.– говорю я.

Обнимаю дочь, надеваю ей на шею свой оберег.

– Пап, а как ты без него?– спрашивает она, смотря мне в глаза.

– Тебе нужней.– обнимаю её и толкаю к боту.

Они вылетают, я готовлюсь.

Вижу появившегося противника. Штурмовики – это андроиды, закованные в тяжёлую даже на вид броню. Оказалось, ПКМ спокойно пробивает её. Вышедшие пять андроидов рухнули от пяти коротких очередей. Программы у роботов примитивные, не уклонения, не прикрыться ландшафтом. Появились обычные андроиды. Эти быстрее и хитрее. Трачу на них полторы ленты. Вот слышу новый свист, похоже, новую партию привезли.

Эти пошли под прикрытием щитов. Только деревья вынуждали их поворачиваться, тут-то я их и ловил. Штурмовики уже кончились, добиваю обычных.

Жду тяжёлую технику, ну не может её не быть, и дожидаюсь. Это похоже на танки МС-1 или Т-18, как кому больше нравится, ползут эти машинки не слишком быстро, но пули их не берут. Штурмовики и простые прикрываются машинами. Первые уже дошли до первой закладки. Замыкаю провода. Через две секунды происходит взрыв. Оказалось, что при взрыве происходит выброс электромагнитного импульса. Накрыло большую часть штурмующих. Достреливаю оставшихся.

Но, похоже, подвоз их продолжается. Появились новые, эти идут осторожней, что ли, и танки начинают стрелять с хода, пытаясь нащупать или прижать меня огнём. Вот они подошли к первым и вынуждены начать маневрировать, чтобы объехать препятствия. Начинаю бить короткими очередями. Часть штурмовиков и обычных смог подстрелить, остальные дошли до второй и последней закладки. Замыкаю провода, и снова взрыв и застывшие фигуры.

«Странно, почему они не нанесли удар с воздуха или прямо с орбиты?» – думаю я.

Но противник не подвёл, вижу пронёсшиеся в небе быстрые машины.

«Ну вот и авиацию подключили» – успеваю подумать я.

Слышу сильный свист и грохот в складе, затем взрыв. Потом снова грохот, и снова взрыв. Свой взрыв даже не слышал, получив чем-то тяжёлым по голове. Последняя мысль была: «Шоколад так и не попробовал, быстро меня укатали». После темнота.