Глава 1

Июль в этом году выдался особенно жарким, даже кондиционеры в Нижнем городе гудели на пределе. Асфальт становился мягким, как пластилин. Вместе с ним плавилась в своём синтетическом костюме и Катя. Её заставили его надеть на званый вечер.

Торжественная часть закончилась, и бдительность отца ослабла. Катя смогла ускользнуть на улицу, чтобы не слушать нудные и скучные разговоры взрослых.

Катя брела по тенистой стороне улицы, пинала камешки и смотрела в небо. Там за слоем смога в космосе вращалась орбитальная станция «Горизонт», с искусственной гравитацией, улицами и парками. Она выглядела как серебряное кольцо. Туда уезжали на летние каникулы все её одноклассники. А она оставалась здесь, в бетонной коробке города, потому что папа снова был занят.

Вернее, не занят, а ему нельзя. Врачи запретили перегрузки, а от невесомости он весь зеленел. Катя прозвала это «космической болезнью».

А их домашних андроидов, которые могли бы поехать с ней, он загрузил расчётами до отказа.

«Важный контракт, Катюш, понимаешь? Следующим летом — обязательно», — сказал он, даже не оторвавшись от голограммы с чертежами.

Первый раз без сопровождающего на «Горизонт» не пускали, а взять ей больше некого.

Кате так хотелось побывать на орбитальной станции! Хотя бы одним глазком увидеть по-настоящему, хотя бы на денёчек! Но ей ещё ни разу не довелось побывать там за свои двенадцать лет.

Однако, чтобы не показывать друзьям, что ей завидно, она всегда отзывалась о лагере как о самом скучном месте во Вселенной — мол, ей и тут, в Нижнем городе, всегда есть чем заняться. Например, можно андроидов в окне считать. С её высокого этажа, правда, плохо видно, что там внизу, но можно обойтись транспортными дронами, перевозящими грузы по воздуху.

Катя свернула за угол, где стоял старый рекламный голопроектор. Он мигал и выдавал помехи, но всё ещё транслировал яркую картинку лагеря: солнечные оранжереи, прозрачные купола, смеющиеся подростки.

Напротив проектора на скамейке сидела девочка. Она выглядела обычной (светлые волосы, собранные в строгий узел, и однотонный комбинезон), но её спина была неестественно прямой. А ещё она не моргала.

Катя присмотрелась — дыхание девочки было настолько ровным, что грудная клетка почти не поднималась. На шее едва заметно светился индикатор.

Андроид.

Она смотрела на рекламу так, будто хотела войти в неё.

— Красиво, да? — спросила Катя, подойдя ближе.

Девочка вздрогнула, хотя андроиды не должны так делать. Они же роботы.

— Вероятность попадания в лагерь составляется менее двух десятых процента, — ответила девочка. В голосе андроида слышалась странная тоска, свойственная скорее человеку. — Я Лиза.

— А я Катя. — Девочка присела рядом на скамейку. — Ты хочешь туда?

Лиза поразмыслила и кивнула. Её пальцы нервно теребили лямки рюкзака.

Катя вздохнула — в её сумочке лежала путёвка в лагерь на станции «Горизонт». В приглашении значилось: «Человек + 1 компаньон».

— У моего папы нет времени оформить мне сопровождение. Каждое лето у него горячая пора: выставки, встречи… — с горечью сказала Катя.

Они помолчали. До девочек с космодрома донеся рёв транспортного шаттла, направляющегося на «Горизонт». Они посмотрели на быстро удаляющуюся в небе машину и ещё помолчали.

— Робот из подворотни постоянно забирает мою подзарядку и не возвращает её. У него, похоже, что-то с микросхемой памяти, — Лиза скривилась. — А этот болван, — она проводила взглядом высокого худого, как шпалу, металлического робота-строителя, — даже не знает, как менять термоэлектрические модули. Просит меня ему помочь, а я только на зарядку встала, — поделилась Лиза в ответ на признание Кати.

Робот брёл после смены и делал длинные паузы между шагами, давая системе время охладиться. Иначе он перегреется.

Выглядело это забавно. Катя улыбнулась.

— У них не очень удачная конструкция. Обучаются только после годового цикла.

Внимание девочки вновь приковалось к голопроектору, где ребята за обедом смеялись.

— А мой папа всегда покупает морковный сок — говорит, «он полезнее»., — Катя передразнила назидательный тон отца. — А я люблю апельсиновый.

Лиза с пониманием кивнула. Её взгляд тоже был направлен на экран, где стройные ряды андроидов играли в шахматы.

Вероятность того, что Катя попадет однажды в лагерь, была не больше, чем у Лизы. Не видать ей ни апельсинового сока, ни оранжерей, где можно наблюдать за выведением космических видов растений и вести селекционный дневник. И профессиональную ориентацию ей там не пройти…

Стойте!

Катя резко повернулась к Лизе. Та слегка склонила голову, выражая любопытство. Это опять выглядело по-человечески, хотя все жесты андроидов подчинялись строгой программе искусственного интеллекта.

— А хочешь поехать со мной? — Глаза девочки светились надеждой. — Папа наших двух андроидов превратил в своих помощников по работе. И никому не даёт их. Они вечно с ним, делают что-то для него, — с лёгкой обидой проговорила она. — Представляешь, они теперь даже программы друг другу ставят. А ты можешь составить мне компанию!

Видя, что Лиза задумалась, продолжая что-то вычислять, Катя загрустила. Сейчас она откажется.

— А что мы скажем твоему папе?

Катино лицо озарилось улыбкой. Она почувствовала, как сердце забилось чаще. Идея казалась безумной.

— Что ты моя сервисная единица.

Дорогие читатели, посмотрите какая яркая обложка будет у рассказа после завершения конкурса «Инженеры слова»: