Цитаты из книг автора «Дэвид Релин»

То, что мы пытаемся сделать, может показаться каплей в океане, – сказал он, улыбаясь слушателям. – Но без этой капли океан был бы гораздо меньше».

Не удары молота, а танец воды доводит гальку до совершенства.

Нет другого места в мире, где человек чувствовал бы себя настолько одиноким, заброшенным, полностью безразличным природе, совершенно неспособным вступить с ней в союз».

«В тот день Хаджи Али преподал мне самый важный урок в моей жизни, – вспоминает Мортенсон. – Мы, американцы, считаем, что всего нужно добиваться быстро. Америка – страна получасовых обедов и двухминутных футбольных тренировок. Наши лидеры считали, что кампания «Шок и трепет» может положить конец войне в Ираке еще до ее начала. Хаджи Али научил меня пить три чашки чая. Я понял, что не нужно спешить, что построение отношений так же важно, как строительство школ. Он показал, что мне есть что почерпнуть у тех, с кем работаю. Они могли научить меня намного большему, чем то, чему мог научить их я».

Норберг-Ходж с восхищением приводит слова короля гималайского государства Бутан. Тот говорил, что истинный успех страны измеряется не валовым национальным продуктом, а «валовым национальным счастьем». Глядя на соседей Хаджи Али, Мортенсон был уверен: несмотря на отсутствие удобств и достижений цивилизации, эти люди, пожинавшие плоды собственного труда, вполне счастливы. Сидя на крышах, они лениво переговаривались между собой – так же, как парижане в уличных кафе. Им была доступна естественная радость простой жизни.

На горе он потерял в весе четырнадцать килограмм; и теперь, как бы ни поворачивался, голый камень жестоко давил на исхудавшее, измученное тело. То приходя в себя, то теряя сознание, он слушал ворчание таинственного внутреннего механизма ледника. Грег уже смирился с тем, что не смог почтить память Кристы. Его подвело тело, а не дух. Да, у каждого есть свой предел… Впервые в жизни Грег Мортенсон дошел до этого предела.

машина должна стоять таким образом, чтобы в случае опасности можно было мгновенно сорваться с места.

«В армии моими лучшими друзьями были черные, – вспоминает он. – В Миннесоте это выглядело бы странно, но на службе о расе не думаешь

Это была Организация Объединенных Наций в миниатюре. У нас учились дети двадцати восьми национальностей, и мы отмечали все праздники: Хануку, Рождество, Дивали и Ид

«Я прошу Америку заглянуть в наши сердца, – продолжил Аббас. Голос его звенел. – Вы увидите, что подавляющее большинство из нас – не террористы, а нормальные люди. Наша страна погрязла в бедности, потому что дети не получают образования. Но сегодня зажглась еще одна свеча просвещения. Во имя Аллаха всемогущего, пусть осветит она путь из мрака, в котором мы находились». «Это была необыкновенная речь, – вспоминает Мортенсон. – Когда Сайед Аббас закончил, все вокруг плакали. Я хотел бы, чтобы рядом с нами оказались все американцы, которые считают слово «мусульманин» синонимом слова «террорист». Истинный ислам учит справедливости, терпимости и милосердию. Сайед Аббас красноречиво и образно высказал саму суть умеренного мусульманства».