ГЛАВА 2. КОНТРОЛЬНАЯ ТОЧКА

Антон уже отвёл взгляд.

Он сидел, прижав ладони к краю стола, и смотрел на распечатку обоими глазами. Коридора не было. Между колоннами снова находился бетонный простенок, перечёркнутый короткими диагональными штрихами.

Кира повернулась к Марку.

— Что должно было произойти?

— Я сказал только, чего не следует делать.

— Это не ответ.

— Другого у меня нет.

Леон посмотрел на часы. Было 17:23.

— Восемь минут, — сказал он. — Потом либо я получаю конкретное заключение, либо страница уходит под замену.

Кира не возразила. Она взяла распечатку за белые поля, развернула к себе и несколько секунд рассматривала станцию без всякого теста, последовательно переводя взгляд с колонн на лестницу и со световых панелей на платформу.

Изображение было неприятным, но пока не более того. Художник действительно построил несколько несовместимых перспективных систем. При прямом взгляде мозг выбирал одну и подавлял остальные; при переводе глаз конфигурация менялась, создавая ощущение внутреннего движения. Известный приём, доведённый до агрессивной точности.

Мигрень была возможна, тошнота — тоже, а паническая реакция после внушения выглядела ещё вероятнее. Даже коридор, которого не существовало на листе, не выходил за пределы физиологии. Когда часть сложного изображения попадала на диск зрительного нерва, кора достраивала её по соседним линиям. В таком паттерне результат мог оказаться неожиданным, но неожиданное ещё не означало сверхъестественного.

Кира положила страницу на свободную половину стола.

— Антон, мы повторим тест. На этот раз вы не будете ничего оценивать. Сообщайте только то, что непосредственно видите. Без «похоже», «кажется» и «как будто». Не называйте предмет, пока я не попрошу.

Антон кивнул.

— Сядьте ровно. Подбородок не двигайте.

Кира придвинула его кресло на несколько сантиметров и измерила расстояние от лица до листа лежавшей рядом линейкой. Получилось сорок четыре сантиметра. Регистрационный крест располагался справа от изображения; при закрытом левом глазе нужный фрагмент лестницы должен был попасть в слепое пятно правого.

— Закройте левый глаз. Смотрите только на крест.

Антон подчинился.

— Что видите на периферии?

— Колонны, лестницу, белое поле.

— Я двигаю лист к вам. Голову не поворачивайте.

Кира медленно сокращала расстояние.

— Сейчас?

— Край колонны пропал.

— Что появилось на его месте?

— Серое.

— Однородное?

— Нет. Полосы продолжаются.

Она придвинула лист ещё на два сантиметра.

— Теперь?

Антон ответил не сразу.

— Пропала часть лестницы.

— На её месте?

— Линии.

— Какие?

— Вертикальные.

Кира остановила страницу.

— Они продолжают колонну?

— Сначала да.

— А теперь?

Антон сглотнул.

— Нет.

— Не интерпретируйте. Только направление.

— Они уходят назад.

Кира отметила расстояние карандашом на чистом листе рядом с макетом.

Тридцать восемь сантиметров.

— Откройте оба глаза.

Антон открыл.

— Исчезло?

— Да.

— Что именно?

Он посмотрел на неё.

— Вы сказали не называть.

— Теперь можно.

— Коридор.

Марк сидел в прежнем положении, но указательный палец его правой руки медленно двигался вдоль шва брюк, словно отсчитывал секунды. Кира заметила это и пока ничего не сказала.

Она повернула распечатку на сто восемьдесят градусов.

— Ещё раз.

— Зачем?

— Если эффект связан с конкретной геометрией, он должен измениться вместе с ориентацией изображения. Если дело в ожидании, вы, вероятно, снова увидите коридор на прежнем месте.

Антон закрыл левый глаз. Кира восстановила расстояние и начала приближать лист.

— Что исчезло?

— Световая панель.

— Чем заполнилось?

— Потолком.

— Дальше?

— Чёрная линия.

— Ещё.

— Ничего.

— Прохода нет?

— Нет.

Кира вернула страницу в исходное положение.

— Теперь закройте правый глаз и смотрите левым.

На левом поле регистрационного маркера не было. Кира поставила карандашом небольшой крест на нужном расстоянии от изображения.

— Это не исказит результат? — спросил Леон.

— Нет. Нам нужна только точка фиксации.

— Вы рисуете на контрольной распечатке.

— У вас есть ещё две.

Леон посмотрел на папку, но спорить не стал.

Антон закрыл правый глаз. На этот раз выпадение возникло с другой стороны изображения: исчез фрагмент платформы, и мозг заполнил его продолжением плитки. Никакого коридора не появилось.

Кира повторила тест трижды. Правый глаз давал проход, левый — ровную платформу. Она изменила расстояние: на тридцати пяти сантиметрах коридор исчезал, на сорока одном не возникал вовсе. Только в узком диапазоне от тридцати семи до тридцати девяти сантиметров линии в слепом пятне складывались в структуру, отсутствовавшую на бумаге.

Необычно, но пока объяснимо.

— Для правого глаза в слепое пятно попадает другой узел линий. Именно эта конфигурация даёт коре материал для ложного продолжения перспективы; левый глаз получает более однородный участок. В определённом положении соседние контуры дают достаточно информации, чтобы кора построила ложное продолжение перспективы.

— Насколько ложное? — спросил Антон.

— Любое изображение в слепом пятне ложное. Там нет данных.

— Я понимаю.

— Судя по выражению лица, не вполне.

Антон отвернулся от листа.

— Я увидел не просто линии. Там было расстояние.

— Восприятие глубины тоже конструируется.

— И темнота в конце?

— Контрастное заполнение.

— Она была дальше, чем могла быть страница.

— Так работают иллюзии глубины.

Марк тихо произнёс: