Цитаты из книг автора «Денис Пилипишин»

В следующий раз я задумался об этой ситуации через день, когда в Лондоне мусульмане устроили серию терактов, были взорваны метро и автобусы. Возможно, нежелание выходить на улицу было связано с предчувствием беды, которая уже наступала на город. Но дело даже не в деталях. Фактически я выбрал рациональный подход, не оставляющий место ни таинственному, ни необъяснимому и втискивающий мир в свои узкие логические рамки. Этот подход направляет человека на цель, но таким образом, что цель начинает заслонять мир. Из жизни вычеркивается огромный пласт того, что не вписывается в линейную картину мира рассудка, а вместе с ним – и чудесные возможности. Ведь ситуации, связанные с бессознательным, не исчерпываются только предчувствиями!

В результате я подчинился уму и отправился домой. Однако как только добрался до улицы Mall, откуда ни возьмись, налетел сильный ветер и стеной пошел дождь. Зонта у меня не было, т. к. по прогнозам (которые я разумно проверил накануне) обещали сухую погоду. Попытки спрятаться в Джеймс-парке под деревом успехом не увенчались, поскольку от таких потоков воды вообще спрятаться было невозможно, и в конечном итоге, мне удалось добраться до кафе, основательно при этом промокнув. «Да, и правда не надо было идти домой!» – подумал я, «не первый уже раз убеждаюсь, что в спорных ситуациях нужно слушать интуицию, внутренний голос, а не разум!».

Фактически она означает, что бразды правления передаются рассудку. Рассудок отвечает за житейскую, обыденную, прагматическую составляющую сознания, в отличие от разума, ответственного за высокое теоретизирование, схватывание не лежащих на поверхности закономерностей, построение метафизических схем. Это определение из институтского учебника. Но с какой это стати рассудок стал претендовать на верховного главнокомандующего всей жизни? Она что, исчерпывающе открывается ему, и в ней нет непостижимых для рассудка вещей? Полагаю, не требуется доказывать, что это не так. Даже обыденная жизнь представляет для человека таинство, где полно неясностей и неожиданностей.

Прекрасный пример того, как такой человек утрачивает свободу, дал сам упомянутый выше Николай Козлов, отвечая на вопросы в одном из своих интервью. Когда ему предложили заняться одним Интернет-проектом, потому что это интересно, он ответил: «”Интересно” – это понятие из серии детства, душевно взрослые люди заняты обычно делами». Может это и правильно, но не слишком радует такая свобода «душевно взрослого» человека. Теперь он уже не может делать то, что интересно, то, что нравится – только то, что нужно. Но становясь рабом своих задач, не утрачивает ли человек своего высокого предназначения, не деградирует ли?

Профессор МГУ С. А. Лебедев не случайно сказал, что слишком рациональный «человек неминуемо редуцируется к рациональной и полностью социально детерминированной системе». Действительно: если я всякий раз исхожу из того, что в данном случае будет целесообразно, т. е. действую сообразно цели, то теперь я могу выбирать только то, что меня к этой цели приближает, а что не приближает – не могу. Значит, все мои действия будут определяться, во-первых, теми обстоятельствами, в которых я оказался – ведь именно они характеризуют мое положение относительно цели, а во-вторых, принципами и правилами игры, которые здесь приняты – ведь именно их я использую для решения своих задач. И обстоятельства, и правила есть плод внешнего мира. Таким образом, моя активность становится реакцией на мир, а моя стратегия – производной от воздействия внешнего мира. Мир в данном случае – общество, другие люди, начинают определять мое поведение, и я превращаюсь в то самое полностью социально детерминированное существо. Я больше не творец себя, я отражение окружающего.

Но представляется, что сомнения у народа возникают не зря. Интуитивно люди чувствуют ограниченность предлагаемой им позиции. Потому что у нее есть две стороны. С первой, поверхностной стороны – действительно, человек, реагирующий на происходящее инстинктивно, стереотипно, а не разумно, осознанно, теряет значительную долю своей человечности. Подчиняющийся поведенческим шаблонам и правда напоминает машину. Или животное. Но чтобы соблюсти меру, необходимо помнить и о другой стороне – ведь если взглянуть на ситуацию, принимая во внимание сложность и глубину происходящих в мире процессов, становится ясно, что излишне рациональный человек теряет спонтанность, а вместе с ней и свободу – а именно эти качества отличают его от машины. Давайте посмотрим, почему.

Например, затронутая выше идея, что правильный человек полностью регулирует себя исходя из соображений целесообразности. Регулирование охватывает не только внешние проявления, но и внутренние восприятия, переживания и не исчерпывается мелкими вопросами, но распространяется на задачи любого масштаба. То есть, человек управляет не проявлением, например, эмоции или чувства, а их возникновением. Находишься рядом с партнером – и включаешь в себе любовь. Партнер уехал – тебе без него скучно – чтобы не скучать любовь выключаешь. И так же со всем остальным.

Помню, на тренингах такой подход первоначально вызывал недоверие слушателей, поскольку человек, полностью лишенный естественных реакций, напоминал им машину. На это заготовлен стандартный ответ. «Кто из нас машина? – спрашивал в ответ ведущий. – Ты, который на оскорбление можешь только или обидеться, или разозлиться, или я, свободно определяющий свою позицию? Ты, чьи переживания следуют за событиями так же однозначно, как звуки при нажатии клавиш фортепьяно, или я, сам пишущий мелодию своей жизни? Так кто из нас механический, а кто живой и свободный человек?» При таком отпоре сомневающиеся обычно стушевываются.

крупными руководителями, и имели возможность убедиться, что указанными качествами среди них обладает меньшинство, на фоне которого хороший коммуникатор кажется приятной неожиданностью. Соотношение примерно такое же, как и среди обычных людей. Большинство же имеет типичный набор человеческих недостатков и слабостей, которые только усугубляются (и порой – резко), когда их носитель обретает властные полномочия. Следовательно, тезис о значительной роли психологии в достижении жизненного успеха неверен, в его основе лежит все же что-то иное. Самоорганизация в рамках традиционной модели может лишь поспособствовать успеху.

Выше мы сказали, что если бы рекламируемые методики бизнес-ориентрованной психологии действительно хорошо помогали бы достигнуть успеха, то от миллионеров и эффективных руководителей уже некуда было бы деваться – ведь тиражи книг, описывающих эти методики, и количество выпускников всевозможных курсов и тренингов очень велики. А, главное, имело бы место и обратное: большая часть миллионеров и начальников являлась бы весьма профессиональными людьми, в совершенстве владеющими собой и блестящими мастерами человеческой коммуникации. ТО, ЧТО ПОСЛЕДНИЙ ТЕЗИС НЕВЕРЕН, СОВЕРШЕННО ОЧЕВИДНО! ПОРОЙ ЭТО ДО НЕПРИЛИЧИЯ ЯРКО БРОСАЕТСЯ В ГЛАЗА!