Глава 5

Прижимаясь к стеночке, стараясь быть как можно более неприметным, ты осторожно преодолеваешь коридоры. Даже Алексей Петрович – твой смертелюбивый бетоноед – напугано пищит у тебя за пазухой, враз позабыв о своих суицидальных грезах.

У тебя только одна надежда – выбраться с этажей чистых незамеченным. Из историй бывалых лифтоходов, что рассказывались в лифтфлотских столовых за кружкой самогона из сахарного борщевика, ты знаешь, что даже с одним чистым не всегда может справиться штурмовой взвод одетых в броню элитных ликвидаторов, при огнеметах и гравижерновах. А у тебя не то что гравижерновов нет, ты даже грабли свои потерял еще в блоках холодного синтеза. Впрочем, для собственного успокоения ты вскоре вооружаешься забытой в коридоре крепкой шваброй, тряпка которой нестерпимо пахнет карболкой и кровью. Крепко зажав в руке свое новое оружие, ты продолжаешь путь под пронизывающей белизной струящегося с потолка света.

Удача оставляет тебя на девятом по счету этаже. Ты встречаешься с чистыми нос к носу. Их сотни. Светящиеся фигуры, закованные в керамическую броню, заполняют коридор от начала до конца. Кажется, все эти нелюди чего-то ждут и при виде тебя в их рядах возникает видимое замешательство. Наконец ближайший к тебе чистый, откладывая хирургическую пилу и стараясь не спугнуть тебя резким движением, начинает подманивать тебя рукой, пока остальные незаметно достают железные кожечистки и бутылки с отбеливателем. Ты, тоже не делая резких движений, начинаешь тихонечно отступать назад.

Напряжение в воздухе нарастает.

А затем, в одну секунду, вам с чистыми уже становится не до друг друга. Откуда-то сверху доносится глухой раскат орудий и стены пробивают тяжелые бетонобойные снаряды, складывающие взрывами межэтажные перекрытия. С воем мимо проносятся объятые пламенем лифты, а где-то под вами разрываются в шахтах глубинные бомбы. Туда-сюда, визжа несмазанными колесами, носятся коридорные торпеды. Чудовищные, покрытые слизью и желемышем порождения прут из лифтовых шахт, размахивая абордажными граблями и однозарядными ружьями системы «Пугач». На головах у них сшитые из человеческой кожи треуголки, увенчанные чудовищной, знакомой всему Гигахрущу эмблемой: черепом с растущей из него бетонной бородой.

Битва чистых и порождений захватывает весь этаж. Орудуя шваброй, ты героически отбиваешься и от тех и от других, всячески пытаясь выжить, но раздавшийся рядом скрип колес ставит эти планы под сомнение. Прямо рядом с тобой, упершись в кафельную стену тупым носом, останавливается начиненная тринитротротилом коридорная торпеда. С криками ты вместе с несколькими чистыми делаешь единственное, что было возможно: вы вламываетесь в ближайшую жилъячейку и спешно запираете толстенную герму на все обороты. В следующий миг этаж потрясает чудовищной силы взрыв. В глазах темнеет и ты падаешь на пол, чувствуя, как начинает рушиться потолок.