Я и не подозревал, что все ранние эксперименты со мной были засняты на пленку. Вот я за столом рядом с Бартом, смущенный и с раскрытым ртом, стараюсь пройти лабиринт электрической палочкой.
потом Барт сказал нечто такое, о чем я не знал. Оказывается, достигнув максимума разумности, Элджернон повел себя странно. Иногда он совсем отказывался работать, даже когда был явно голоден. Иногда же, успешно решив задачу, он, вместо того чтобы полакомиться, ни с того ни с сего начинал бросаться на прутья клетки.
Я диктую эти заметки, пережив ни с чем не сравнимый эмоциональный стресс. Я сбежал оттуда и сижу теперь в самолете, летящем в Нью-Йорк. Не представляю, что мне делать, когда окажусь там
Парадокс – «простой человек» вроде Немура посвящает жизнь тому, чтобы делать других гениями. Он мечтает войти в историю первооткрывателем новых законов обучения, этаким Эйнштейном от психологии. Но, несмотря ни на что, в нем жив извечный страх учителя перед талантливым учеником, страх мастера перед тем, что подмастерье обесценит его работу.
Ты именуешь ученых притворщиками, но разве кто-нибудь из них сказал, что он совершенен, что он – сверхчеловек? Нет, они – простые люди. Это ты – гений.
Притворщики – вот они кто. Оба. Как ловко изображали они из себя гениев! Обычные люди, работающие вслепую, но убедившие других в своей способности осветить тьму