– Его надо показать в Музее современного искусства! – Это не скульптура! – не сдавался я, открывая дверцу клетки и выпуская Элджернона в лабиринт.– Боже мой! – прошептала она. – Скульптура с одушевленным элементом! Чарли! Это величайшее произведение со времен разбитых автомобилей и приваренных друг к другу консервных банок!Я открыл было рот, но она заявила, что одушевленный элемент введет это творение в Историю, и, только заметив пляшущие в ее глазах огоньки, я понял, что она дразнит меня.– Это можно классифицировать как самообновляющееся искусство. Своего рода созидательный подвиг. Достань еще одну мышь, и, когда у них появятся маленькие, одушевленный элемент начнет воспроизводить сам себя. Твоя работа обретет бессмертие, и все бросятся доставать копии, чтобы было о чем поговорить. Как мы назовем это чудо?– Ладно… – сказал я. – Сдаюсь!– Ну нет! – фыркнула она, похлопывая по пластиковому куполу, внутри которого Элджернон уже нашел путь к цели. – «Сдаюсь» – уже приелось. Как насчет «Жизнь – ящик с лабиринтом»? – Ты рехнулась, – сказал я.