Цитаты из книг автора «Дэниел Киз»

догадавшись, что она все видела, он пришел в восторг. Е

Ему хотелось порвать с окружающим миром раз и навсегда. Он как будто намеренно оскорблял всех и каждого, потому что хотел остаться совсем один.

любой способен переносить страдание ради какой-то цели: мать – ради рождения ребенка; мужчина – ради борьбы за то, во что он верит, презрев заточение, голод и побои за благое дело. У боли много личин, но, если научиться видеть ее смысл и цель, можно вознестись до уровней, где все возможно.

Боль, которую мы разделяем, служит нам путем, ведущим от бессмысленного страдания к осмыслению боли как особого рода благодати.

После того как их обоих подвергли процедуре обеззараживания, они чувствовали такое взаимное отвращение, что им было неприятно даже прикасаться друг к другу. Они как будто все еще боялись подцепить заразу друг от друга.

Стоит ли оценивать время одинаково, что бы вы ни делали? Или можно вычислить его среднюю величину? Равноценен ли день жизни Пикассо, успевающего создать настоящий шедевр за столь короткий срок, дню жизни дворника, единственно способного подмести опавшие листья?

Засыпает он долго, уткнувшись лицом в подушку, чтобы свет не резал зудящие, горящие огнем глаза. И в подушке видит образы, от которых мог избавиться только во время работы. Но подушка плохая защита от прошлого.

и пусть он будет одинок, неудовлетворен и лишен общения с собратьями-художниками, он выбрал свой путь, какой бы тот ни был. И пока ему еще удается делать что-то руками, он в силах жить плодотворно – браться за новую работу с надеждой довести ее до конца.

стены – где мелом, где красно-белой краской – были испещрены знаками и девизами вроде такого: ХРАНИ, ГОСПОДЬ, – под которым кто-то приписал: СТАВКА – 2 %.

Странно, что когда-то мир стал нереальным, все дни оказались похожими один на другой… и вдруг в один прекрасный день все перевернулось вверх дном, вывернулось наизнанку – такое впечатление, будто ты неуверенно прошел сквозь зеркало из сказки про Алису[47] и попал в мир, живущий совсем по другим правилам. Лежа в постели, Барни ощущал себя в мире, где разрушалось все, к чему бы он ни прикоснулся. И становилось заразным все, что бы он ни задел… «Прикосновение Старка»… Он видел, как хватается за все подряд в доме, пытаясь отыскать дверь, которая вернула бы его в действительность, но от его прикосновения все рассыпается в белую пыль