В 25 лет я собирался умереть. Я просто хотел избавиться от боли. В тот день я сидел на ступеньках гаража с дулом пистолета во рту, в пьяном угаре, с ощущением горькой, убийственной безнадежности.
У меня было все, что можно пожелать. Но я все разрушил...
Я всегда хотел быть незаурядным, потрясающим, эксцентричным. Я хотел изменить мир и, несомненно, уже многого достиг.
К двадцати двум годам я был известен в вашингтонских деловых кругах как Вундеркинд — глава растущей компании, которая быстро расширялась по обе стороны Восточного побережья, ведя дела по всему миру. У меня была прекрасная жена, замечательный сын и дом, слишком большой для нас троих. И тем, кто не пытался заглянуть за ширму роскошных костюмов и беззаботного трепа, казалось, что у меня все в порядке. Однако внутри я был полон вины и неверия в собственные силы. Я устал.
Несмотря на страстную увлеченность экстремальными видами спорта и склонностью работать до потери пульса — нередко я проводил на работе по несколько суток подряд, — я утратил способность подчинять мир своей воле. Мой брак разбился вдребезги. На миллион мелких осколков. И я остро чувствовал, как осколки этой катастрофы впились в мое существо.
Я не уделял внимания жене, поэтому рядом с ней появился другой мужчина. Какое-то время я делал вид, что ничего не замечаю и мне безразлично то, что происходит. Но ощущение, что твое место кто-то занял, разъедает душу. Оно сводило меня с ума. Я обвинял жену. Проклинал ее. Пытался выбросить из своей жизни. Ну что с того, что у меня не было на нее времени?!
Но где-то в глубине души я ясно понимал, что мое эгоистичное поведение и неспособность проявлять любовь испортили наши прекрасные отношения. Я больше не мог притворяться, что эта драма не разрывает мое сердце на части.
Не то чтобы мне было впервой что-то терять. Я и до этого множество раз терпел неудачи, но, как правило, рассматривал их как очередную ступеньку к успеху. И всегда считал успех чем-то неизбежным. Похоже, так и было.
Только в этот раз неудача постигла меня в семейной жизни. И казалось, ничего нельзя было сделать.
Я сходил с ума, поскольку не мог ничего изменить своими силами. Мне всегда удавалось решать любые проблемы и задачи раньше других благодаря безудержному, целенаправленному, сверхчеловеческому энтузиазму. Но сделать что-либо в этой ситуации было мне неподвластно. Я не мог заставить жену верить мне. Или любить меня.