Когда он добрался до центральной балки, безликая фигура с фонарем обошла смотровую площадку и, остановившись у низких перил, направила луч света прямо ему в лицо. Моментально ослепнув, Лэнгдон поднял руки, показывая, что сдается. В его положении – на узкой балке на высоте потолка Зала пятисот, да еще ослепленного ярким лучом фонаря – ничего другого не оставалось.
