Девушка, которая искала чужую тень

4,1
354 читателя оценили
342 печ. страниц
2017 год
Оцените книгу
  1. thosik
    Оценил книгу

    Я абстрагировалась от того, что Лагеркранц стал "приемным отцом" этого цикла. Главное, что герои продолжают жить., продолжают бороться, продолжают делать свое дело. Поэтому книга мне понравилась, как, впрочем, и предыдущая.
    В этой части снова приходится возвращаться к "темному" прошлому Лисбет. Казалось бы, все - уже разобрались с ее тяжелым детством, ан нет, там еще, оказывается, много загадок и тайн.
    Из этого вот копания в делах давно минувших дней вырисовывается довольно интересная сюжетная линия, основанная на любопытнейшей, по сути, теме - что влияет на становление личности человека: гены или среда.
    Интересная тема, особенно учитывая то, что изучалась (а, возможно, и сейчас как-то изучается) на близнецах и двойняшках. Наука, как всегда закрывает глаза на моральную сторону вопроса, но результаты поражают, хотя и остаются очень и очень спорными.
    Ну и плюс ко всему в книге будет женская тюрьма, мусульманская тематика, много драк и преследований. Все как положено.
    Надеюсь на продолжение.

  2. wondersnow
    Оценил книгу

    Я отчётливо помню тот жизненный период, когда длинными зимними вечерами я впервые погружалась в мрачный и жестокий мир «Миллениума», мир Лисбет Саландер и Микаэля Блумквиста, мир, созданный Стигом Ларссоном. До того момента я не являлась поклонницей скандинавской литературы, но уже тогда питала симпатию к детективам, и благодаря этой трилогии я погрузилась в эту среду куда более основательно, найдя очень много достойных авторов и интересных произведений. Возможно, именно поэтому я питаю к творению Стига такую отчаянную привязанность. Не забыть тот миг, когда я, дочитав «Девушку с татуировкой дракона», полезла в Интернет, дабы ознакомиться с автором, и увидела, что Ларссона уже нет в живых. Это было оглушающе. Каждый раз, берясь за «Девушку, которая искала чужую тень», я с тоской вспоминала те дни, когда читала «Девушку, которая играла с огнём» и «Девушку, которая взрывала воздушные замки»: тогда я понимала, что это конец, что продолжения не будет, и потому растягивала эти страницы, погружалась полностью, и это было потрясающее время, ибо проделанная Стигом работа восхищала (и восхищает до сих пор). Книга, которую я только что прочитала, подобных чувств не вызывала.

    Я всегда считала, что Стиг на протяжении всего повествования аккуратно ведёт нас к пониманию того, что семья – это не кровь, семья – это нечто более глубокое. Какой бы дикой отшельницей ни была Лисбет, те отношения, которые она смогла построить с другими героями, были настоящими. Именно поэтому финал третьего романа являлся для меня правильным финалом истории этой необыкновенной девушки: она открыла Микаэлю дверь, тем самым окончательно впустив его в свою жизнь. Я много размышляла на тему того, как бы сложилась их судьба: эти двое точно не будут жить спокойно, на их пути встретится ещё много трудностей, но эта мысль дарила какое-то особое, очень воодушевляющее чувство, чувство того, что они будут и дальше бороться, только уже за гранью страниц, строк и букв. Закрывая книгу с пониманием, что никакого продолжения больше не будет, мне было очень грустно, но вместе с тем у меня было чёткое и очень правильное ощущение завершённости этой истории. Это продлилось до тех пор, пока суд не встал на сторону официальных наследников Ларссона, которые в скором времени сообщили, что журналист Дэвид Лагеркранц взялся писать продолжение.

    Раньше я любила фанфики. Теперь я уже отошла от этой темы, но я хорошо помню, с какими порой рассказами приходилось сталкиваться: там были и откровенно ужасные, и поистине великолепные работы. Темы, жанр, стиль, – всё было разным, но кое-что всё-таки объединяло авторов: они действительно любили своих героев и те истории, что творили. После знакомства с «Девушкой, которая застряла в паутине» я не могла избавиться от навязчивой мысли, что что-то здесь не так, и вот сейчас, после прочтения второго романа Лагеркранца, я наконец-то поняла, что же меня так смутило: он совершенно не любит ни эту историю, ни её героев. Абсолютно. Я могла бы смириться с тем, что автор игнорирует атмосферу первых книг, ведь такое воссоздать практически невозможно, да и свой собственный стиль хочется продемонстрировать. Я бы могла простить автору какие-то огрехи в сюжете и несостыковки. Но как можно оправдать человека, который взялся за такую потрясающую историю и начал писать такие скучные, безжизненные, сухие книги, выдавая их за официальное продолжение? Практически в каждом важном моменте сюжета было видно, как сильно Лагеркранц боится решиться на какой-то серьёзный шаг: у всех его героев в итоге всё хорошо, никакой жестокости (настоящей жестокости, которая была в книгах Ларссона) нет и в помине, всё разрешается самым благополучным образом. Я ничего не имею против хэппи-эндов, но дело-то не в этом: когда писатель боится оступиться и следует шаблонам, сюжет теряет всю свою привлекательность. Впрочем, не это самое страшное. Истинная горечь заключается в том, что сделал этот человек с Лисбет и Микаэлем. Это не те люди, которых нам подарил Стиг. Все те мельчайшие, но очень важные детали, коими одаривал нас главный (и единственный) создатель и творец этой истории, просто-напросто стёрты, будто их и не было. Герои стали картонными. Герои стали неинтересными. Героев больше нет.

    Днём я пыталась представить, каким был бы четвёртый роман, если бы отец Ларссона всё-таки разрешил музе его сына, Еве Габриэльссон, с которой он прожил тридцать лет бок о бок, закончить свои черновики, ведь Стиг советовался с ней, рассказывал, что будет с его героями дальше (к тому же, она ему очень помогала в писательстве). Ещё я думала о том, на сколько книг ещё хватит Лагеркранца (думаю, на две-три уж точно). Их я из-за своей упёртости прочитаю, но я уже научилась отделять эту писанину от первых трёх романов, так что финал этой истории мне уже известен. Но при всём при том мне всё равно очень горько. Нельзя, чтобы с детищем по-настоящему талантливого человека так неуважительно обращались после его смерти. Это неправильно.
  3. Mauri_Sakurai
    Оценил книгу

    Прочитана пятая книга о Лисбет Саландер, и я поняла, что продолжаю читать это только потому, что просто не хочу отпускать героев. Звучит жестко, но это похоже на фанфик.

    Я не хочу сильно ругать 2 последние книги Лагеркранца, скажу,что в них потрясающая динамика - у Ларссона, например, такого не было. Реально, оторваться невозможно. Но на этом всё. Динамика сама по себе не делает лучше эти книги, складывается ощущение, что Лагеркранц спешил, как будто в это книге ему надо было охватить все.

    Тема там серьезная, большая, но я так "пробежала" сквозь нее, что даже не поняла. Нет чувственности, нет погружения, чего только стоит смерть одного из главных героев (это не спойлер - в аннотации так и написано!) - я не почувствовала ничего! А, наверно, должна была.

    Почему трилогия Ларссона цепляет? Почему именно она отзывается в сердце? Неужели, Лагеркранцу нельзя было чуточку проникнуться историей? Микаэль и Лисбет в этой книге совсем другие. Это не те люди, которых я полюбила. Отношения не раскрыты, мотивы неясны...

    Я увидела в этом предательство трудов Ларссона. А будет ведь еще шестая книга... Нет, я прочитаю, только ради общего смысла истории - ведь Ларссон это задумывал. Сначала я хотела поставить книге 4/5, но потом решила, почему я должна ставить этой плохо слепленной скомканной неэмоциональной истории такую хорошую отметку?

    Просто хочу сказать, что нет ничего лучше первой трилогии. Лично мое мнение, а в остальном - решать вам.

  1. Джанго Рейнхардта и выучил весь его основной репертуар. «Minor Swing», «Daphne Belleville», «Djangology» необратимым образом повлияли на его игру. Распрощавшись
    2 марта 2018
  2. наследственные факторы плюс индивидуальная среда – вот что в первую очередь формирует нашу личность.
    20 января 2018
  3. выводы результатами конкретных исследований, которые проводились среди школьников и демонстрировали обратную зависимость между показателями самооценки и интеллектуального развития.
    15 июля 2019
Подборки с этой книгой