Цитаты из книг автора «Дарья Трайден»

Чтобы оказаться в другом городе, мне не понадобилось уезжать. Я оказалась в новом месте, потому что осталась.

Вот я делаю двухминутную зарядку от холки и венериных колец. Вот я съедаю на завтрак тарелку сырных чебуреков с кока-колой. Вот мои болящие колени, напряжение в челюсти и истонченная после лазерной коррекции сетчатка. Вот моя любовь к американским драмам периода восьмидесятых и девяностых, вот моя любовь к броской сексуальности, интригующей музыке и загадкам. Вот моя наивная душенька, вот мое обнаженное глупое местечко. Елена обо всем этом не знала.

Я помню, как раньше двигался взгляд, как пространство сообщало ему совсем другую траекторию. Я помню, как мысль заострялась от вида простирающейся вперед улицы, как уточнялось и дисциплинировалось все внутри. Я не была атакована вывесками, завитушками псевдобарочных скамеек, избыточностью заборчиков, угодливых кланяющихся мусорок, где пепельница притворяется шляпой, и бессмысленных памятничков, объектов, скульптурок и символов.

В телевизоре было полно женщин, которые источали власть, имели такое же, как у Елены, двойное тело: человеческое, созданное из органов и тканей, и представительское, сплавленное из функций и ролей.

одежда была не просто поношенной и немодной. Она была пестрой, привлекающей внимание, она напрашивалась и нарывалась.

В том, чтобы махать руками, не было никакого проку. Советские речи не притворялись спонтанными и задушевно-личными, как учил Дейл Карнеги. Ораторы несли себя на волнах своего положения, наступая на слушателей, и все тела были захвачены звуком, льющимся из неподвижного тела в костюме.

Елена Ивановна была совсем другой — гневливой, грозной, монументальной

Она не стала чиновницей от образования, не вскарабкалась наверх. Елена была слишком мечтательной и возвышенной для кооперативных дел и торговли, но это не сделало ее неуверенной.

Елены я ни с кем не говорила в том смысле, в каком речь разрывает связь с окружающим, насущным, бытовым, обращаясь к тому, чего здесь не существует. С матерью мы обсуждали еду, уборку и деньги, с другими учителями — логику установления определенного знания, с приятелями — фильмы, желания и страхи. Говоря первое слово, я уже знала, чем закончу. За словами