Когда я вижу ее… все меняется. И оказывается, что в этом мире меня держит не магия. А она. И я сделаю что угодно. Стану тем, что ей нужно. Другом. Братом. Защитником. Кем угодно. Ради нее, – тихо ответил Астарт.
И вообще, братья всегда говорили, что женщине в мужские разборки влезать можно только в двух случаях: если она может надавать по ушам всем причастным или если она – наша матушка.
вздохнул. Тяжело так, чисто по-мужски. У меня так папа иногда вздыхал, когда мама сезонно бесновалась. Мол, я тебя, конечно, дорогая, очень люблю, но держусь изо всех сил, чтобы не овдоветь.
Так что я решила действительно переодеться, благо у меня было одно отличное платье, абсолютно мятое. Мы в него как-то в общаге заклинанием вечной зажопицы попали.