– Что он делает рядом с ними?

– С кем?

– С футболистами и Королёвым! – рассерженно произношу я.

Аня усмехается и выдает:

– Так это… вроде его друзья.

У меня тотчас округляются глаза. Только не это! Весь флер загадочности, которым я окружила этого парня, вмиг улетучивается. Он казался мне таким таинственным, а на деле с самого начала открыто демонстрировал свою сущность.

К футболистам подходят Лена и Ира, присаживаются на подлокотники дивана.

– Прям картина маслом – короли и их куртизанки! – ядовито выплевываю я и отвожу взгляд.

– Да уж, – смеется Аня, продолжая попивать из стакана.

Внутри меня закипает злость. Стоя в толпе и прячась за танцующими, я наблюдаю за Максимом. Мне абсолютно не нравится, что одни из самых красивых девушек университета трутся рядом с компанией футболистов и ненавязчиво беседуют. Почему я вообще ревную? Я его даже не знаю!

Максим сидит, развалившись на подушках, словно принц. Голова откинута на спинку дивана, тело, будто ватное, лениво распласталось, рука сжимает пластиковый стаканчик, а глаза с интересом рассматривают тусовщиков. «Какая мерзость», – думаю я, но все еще продолжаю таращиться в его сторону, ловя каждое движение.

Стрельцов поворачивается к Лене, она хихикает и размахивает руками.

– Дурак, Макс! – наигранно, по-девичьи взвизгивает она.

Парень смеется в ответ и снова оборачивается в сторону танцующих. В этой темноте меня вряд ли можно увидеть, но реакция Стрельцова кажется неоднозначной. Продолжая смеяться, он смотрит будто прямо мне в глаза. С таким вызовом и с такой показушностью. Не верю в происходящее.

– Давай хоть потанцуем, что ли? – говорит Аня, ставя на стол уже пустой стакан.

– Давай.

Я медленно перебираю ногами, в то время как Аня бурно размахивает руками и двигает всем телом под ритмичную музыку. Хотелось бы мне позаимствовать у нее хотя бы каплю спокойствия и уверенности. Вспоминаю, что все еще держу в руке стакан, и практически залпом осушаю его. Прохладный напиток освежает и я стараюсь расслабиться в разгоряченной толпе. Повторяя за Аней, я начинаю танцевать так, словно никто не видит. И мне это нравится.

Прикрываю глаза, а воображение рисует безумные картины. Мне мерещится, что прямо сейчас Стрельцов наблюдает только за мной, оценивая смелые движения. Кофейные глаза становятся еще выразительней в этом мраке, парень похож на оголодавшего демона, высматривающего жертву. Я прихожу в себя и оборачиваюсь. Как и ожидалось, Максим смотрит совершенно в другую сторону.

– Я принесу нам еще, – произносит Аня, указывая на пустой стакан в моей руке.

– Хорошо.

Она испаряется, и я вновь остаюсь одна. Вскоре танцпол начинает пустеть, и постепенно я ощущаю себя голой. Остановившись, принимаюсь высматривать Аню среди гостей и вижу, как она общается с незнакомым мне парнем около стола с напитками. Я решаю подойти к ним.

– Что-то ты долго, – произношу я, врываясь в разговор, словно вихрь.

– Ой, прости, заболталась, – улыбается Аня. – Это Кирилл, мы вместе сидим на истории.

– Кира, – говорю я, протягивая новому знакомому руку.

– Приятно, – отвечает парень, тряся мою кисть. – Первокурсница? Как тебе здесь?

– Да не знаю… – бурчу невнятно, но приятель Ани решает взять инициативу на себя и продолжает:

– Ой, поначалу у всех так. Ты, главное, не заморачивайся по пустякам и на всяких придурков не обращай внимания. А если захочешь оторваться, то приходи в местный бар «Шум». Мы с ребятами там частенько выступаем, у нас рок-группа. Rush называется.

Я рада такому позитивному знакомству и обещаю Кириллу, что обязательно приду на концерт. Взяв у Ани один стакан, робко отхлебываю. Соседка и рокер продолжают что-то бурно обсуждать, при этом громко и заливисто смеясь. И это не остается незамеченным.

Я снова подношу стакан ко рту, когда замечаю, что в нашу сторону теперь пристально смотрят. Королёв улыбается и что-то говорит Максиму, указывая в нашу сторону. Стараюсь полностью закрыть лицо стаканом в надежде скрыться от неприятного внимания, но не помогает.

– Эй, Аня! Кажется, к нам кто-то идет… – это все, что я успеваю произнести до того, как Королёв оказывается перед нами.

Моя соседка оборачивается, и улыбка мгновенно стирается с ее лица. Вместо нее приходит уверенность и, возможно, злость.

– Какие люди! – начинает Королёв. – Федорчук, ты ли это?

Стою немного в стороне и боюсь, что рано или поздно футболист заметит мое присутствие.

– Ну я, и что? – с вызовом отвечает Аня.

– Да так, просто хотел проверить, в каком ты состоянии, – произносит он и оглядывается по сторонам, ища поддержки. – А то вдруг опять меру превысишь и начнешь людей склонять к тому, чего они не желают.

Все вокруг смеются, но знают ли они, о чем идет речь? Это же вечеринка для новичков. Понятно, почему старшекурсники поддерживают Королёва, но почему первогодки делают то же самое?

– Смейся сколько угодно, меня это не задевает, – твердо произносит Аня.

Королёв гудит, и толпа подхватывает. Боже, что происходит? Ира и Лена подходят к футболисту и встают позади него. Их ликующие взгляды говорят о многом – потешаться над Аней для них общее дело.

– А я не смеюсь, меня это просто забавляет, – ухмыляется Королёв. – Лично я бы еще раз на это представление посмотрел.

В его голосе и этой фразе столько подтекста, что даже я, не знающая, о чем речь, начинаю догадываться, к чему футболист клонит.

– Господи, ты что такое несешь? – вклинивается Ира, игриво ударяя Королёва в плечо. – Этому никогда не бывать. Или ты моей смерти хочешь?

Толпа вновь хихикает. Аня смотрит на Иру с такой откровенной ненавистью, что кажется, будто все сейчас полыхнет огнем. Брюнетка с неприязнью смотрит в ответ.

– Лучше пусть со своей новой подружкой развлекается, – добавляет Лена, жестом указывая в мою сторону.

Я вздрагиваю и в тот же момент ощущаю на себе взгляды всех в комнате. Опять это чувство. Десятки пар глаз смотрят на меня, словно перед ними музейный экспонат. Различие только в том, что экспонатом восхищаются, а меня почему-то презирают. Но что я успела им сделать, чтобы вызвать подобную реакцию?

– Кстати, – хитро говорит Королёв, – на это я тоже бы посмотрел, особенно после того, как всему ее «научил».

Он подмигивает мне, приводя заранее подготовленную бомбу в действие. Я краснею от стыда и хочу перестать существовать. Прямо сейчас. Пожалуйста.

– Это неправда, – слышится откуда-то сзади, за пределами толпы.

Королёв оборачивается, за ним повторяют и остальные. На диване все еще сидит Максим и размеренно стучит по коленке пустым пластиковым стаканом.

– Дружище, не стоит ее защищать, – фыркает футболист, явно пытаясь замять прозвучавшее возражение. – Наоборот, такие, как она, только так и зарабатывают себе имя. У меня кружится голова, перед глазами стелется туман, комната плывет. Что он говорит? Какие «такие»?

– Хватит уже, – грубо пресекает Стрельцов и, кажется, даже не собирается успокаиваться. – Я был там. И с этой девчонкой ты не спал.

Слова Максима вызывают у собравшихся бурю эмоций. Королёв сжимает кулаки и недовольно смотрит на приятеля. Похоже, его маленькая легенда рушится прямо у всех на глазах.

– Брось. Думаешь, я бы стал «учить» ее при тебе? – смеется он, изо всех сил пытаясь спасти положение. – Мы уединились чуть позже.

В горле встает ком, который я не в силах проглотить. Стою у всех на виду и держусь из последних сил, пытаясь не разрыдаться.

– Не гони, – продолжает Максим. – Мы весь вечер торчали на стадионе. Когда бы ты успел? Или ты такой быстрый, что тебе нужна всего лишь минута?

Не в силах больше терпеть, Королёв с вызовом шагает к дивану. Стрельцов лениво поднимает голову и смотрит приятелю прямо в глаза.

– Ты что бормочешь там?! – рычит Королёв. – Хочешь сказать, что я вру? Не веришь мне?

Аня подходит ко мне и незаметно берет за руку, отчего мгновенно хочется разреветься в голос со всеми вытекающими последствиями. Внимание толпы приковано к парням и завязывающейся потасовке.

– Я просто хочу понять, зачем тебе это, – не отступает Максим. – Ты намеренно хочешь испортить этой новенькой жизнь. Ради прикола? Заврался до невозможности.

– А зачем тебе прикрывать ее? Влюбился? – усмехается Королёв и расслабляется.

Максим подрывается с места и теперь в упор смотрит на Королёва. Их лбы чуть ли не касаются друг друга, глупая толпа подоставала модные телефоны и принялась снимать. Парни перешли на откровенную ругань.

– Давай уйдем? – шепчет Аня мне на ухо.

Я судорожно киваю, и она быстро ведет меня к выходу, пытаясь спасти.

Чем дальше мы уходим от злополучной квартиры, тем легче становится дышать. Ком, вставший поперек горла, рассасывается и уходит вниз, но, как только я слышу шум и отчетливые крики, доносящиеся сзади, вновь поднимается. Я оборачиваюсь. Слышу девичьи визги и глухие звуки, словно что-то без конца падает на пол.

– Они дерутся? – испуганно спрашиваю я.

– Кажется, да, – кривится Аня и ускоряет шаг. – Пошли отсюда быстрей.

Вновь обернувшись, я еще раз смотрю в сторону отдаляющейся квартиры и мысленно говорю спасибо.