Глава 2. Дружба – это круглосуточно

Удовольствие для интеллектуалов

Всю прошедшую неделю поздняя осень демонстрировала свои капризы. Порывистые влажные ветра сочетались то с холодными дождями, то с густыми туманами, то с играющим в прятки ярким солнцем. И вот, наконец, в это воскресенье ускользающей золотой осени установилась на редкость тёплая и сухая погода.

Егор неспешно шёл к своему давнему приятелю, наслаждаясь излюбленным маршрутом. Уже наверное тысячу раз он ходил по этой ухоженной, не широкой, весьма уютной улице центра города, полностью отданной во власть пешеходам. Подобно прогулочной палубе большого круизного лайнера, эта улица являлась неизменным центром притяжения людей, идеальным местом для променада в любое время суток. Здесь проходили деловые и дружеские встречи, молодёжные тусовки, посиделки праздной публики в прилегающих многочисленных кафе или просто на лавочках. Для городской души это был своеобразный рай.

Егор поравнялся с уличным музыкантом. Он часто здесь встречал этого с виду простого, жизнерадостного человека, виртуозно владеющего гитарой. На вид музыканту было лет пятьдесят. Но, как бывает с людьми искусства, возраст неуловимо прятался за одухотворённостью.

Гитарист заметил Егора, весело подмигнул ему и заиграл «Утомлённое солнце». Егор остановился напротив. «Узнал, узнал наше старое русское танго», – про себя проговорил благодарный слушатель, кивнув в ответ. Некоторые прохожие, подобно Егору, остановили своё движение и замерли, задумавшись о чём-то. «Как мало порой нужно для счастья! Настолько мало, что даже не замечаешь мгновения общения с ним – этим самым счастьем», – подумал Егор и отправился к другу в гости…

– Ну как провёл эту неделю, какие новости принёс другу? – с улыбкой спросил Геннадий, приветствуя Егора в коридоре своей квартиры. Молодой, но с глазами помудревшего от несчастий человека в самом цветущем и активном возрасте, обаятельный парень сидел в инвалидной коляске перед Егором и подавал руку другу, как и подобает в мужской среде.

Геннадий жил вместе с родителями в большой квартире, был их единственным ребёнком, и отношения внутри этой семьи можно было назвать образцовыми.

Егор и Геннадий познакомились, когда были студентами мехмата. И, в отличие от многих других молодёжных дружеских союзов, ребята сохранили дружбу даже после несчастного случая с Геннадием.

То, о чём не поговоришь с родителями, Гена мог обсудить с Егором, и даже признаться в каких-то мечтах и мужских фантазиях. К тому же их профессиональные интересы совпадали и с годами только крепли, создавая основу для постоянного общения.

Егор искренне ценил их отношения и старался, как мог, поддерживать Генку (как он его называл по-дружески) в его непростой жизненной ситуации. Он часто приходил к нему в гости, созванивался, покупал какие-то вещи по просьбе друга и был с ним откровенен, как, пожалуй, ни с кем другим. Дружба не зависит от обстоятельств, если это настоящая дружба…

Несмотря на их внешние различия, они всегда сходились на внутреннем понимании и уважении друг к другу. Егор был складным, худоватым, довольно высоким молодым человеком. Из-за своего роста чуть сутулился, хотя и проявлялось это лишь в минуты усталости или грустной задумчивости. В свои тридцать четыре года он выглядел бодро и молодо. Что-то игривое и по-мальчишески живое в его выражении лица выдавало лёгкий характер. Умные вдумчивые глаза на фоне мелких черт лица создавали вид современного молодого интеллигента.

Его друг Геннадий был в противовес – коренастым, крепким в плечевом поясе, с короткими сильными руками, мощной шеей и большими ладонями. Его короткостриженая крупная голова выделялась необычной подвижностью. При этом движения рук отличались плавностью и особой степенностью. Открытое улыбчивое лицо озарялось светом душевной доброты и ума. Оба друга были одного возраста. Только жизненные ситуации разные…

Друзья пожали руки, Егор снял куртку и прошёл в комнату.

– Слушай, Генка, у тебя так приятно пахнет пирогами! Что за праздник?! – первым делом выпалил Егор.

– Да это мама испекла очередное кулинарное творение нам с отцом, – засмеялся Геннадий. – Сейчас будем угощаться. Тебя ждал!

– Хорошо, это я люблю… Насчёт новостей – сейчас расскажу. Вот сбросил тебе на почту ключ от новой программы, которую ты просил. Как установишь и разберёшься, не забудь мне показать.

– Да, спасибо! Очень нужно!

– А ещё вчера культурно отдыхал, был на концерте в нашем театре. Мой любимый артист приезжал на творческий вечер из столицы.

– Ну-ка, про театр – мне любопытно! Я видел в интернете афишу. Так и думал, что ты не пропустишь его концерт. А ты один ходил? Или с Оксаной?

– Угу… Один… Будешь смеяться, но одному, оказалось, такой кайф ходить в театр! Вообще концерт понравился. Отключился от всех забот полностью. Он там и стихи читал! И с юмором рассказывал всякие истории про театр! И вообще… Талант!!

– Класс! Рад за тебя. Но, смотри, привыкнешь делить праздники только с самим собой. Лучше бы кого-то из своего танцклуба в театр пригласил. Кстати, как там у тебя успехи?

– Да учусь понемногу. Настоящая отдушина в рабочей суматохе! На работе завал, начальство давит, требует сроки соблюдать, а мы не успеваем, – и всегда нужно срочно! Хотя танцы – тоже труд. Но это совсем другое. Когда прихожу в клуб, полностью переключаюсь.

– Показал бы другу, как ты там уже умеешь фигуры вытворять. Когда видео будет?

– Будет-будет! Правда, пока нечем гордиться. Но для тебя отсниму немного из наших занятий. Но не надо потом подсмеиваться. Сам же говорил – без увлечений личность деградирует!

– Так я и не собираюсь смеяться, – сказал Геннадий и тут же рассмеялся.

Егор избегал подробных рассказов о своём новом увлечении, ставшем теперь уже ощутимой частью жизни. Жалел чувства друга, понимая всю горечь ситуации, в которой тот оказался.

А Геннадий, наоборот, как будто в пику, очень часто интересовался этой темой и регулярно осаждал друга своими расспросами. Егор всячески отшучивался, сводил все ответы либо к необходимости бороться с гиподинамией и сколиозом, либо к возможности поиска себе новой невесты. А чаще – просто менял ход разговора. Хотя тема-то довольно любопытная.

Дело в том, что ещё осенью прошлого года Егор случайно оказался у входа в танцевальный клуб, на рекламной вывеске которого красовалась пара танцующих людей в милом объятии и с озорным огоньком в глазах. А ниже – призывная надпись «Парные танцы – удовольствие для интеллектуалов!» Егор не знал, будет ли это для него удовольствием. Но в тот момент решил не пройти мимо. Просто зашёл узнать…

Егор вошёл на кухню, наполненную ароматами печёностей и приятной чистотой. Следом въехал на коляске Геннадий. Егор понимал, что дружеская болтовня – это необходимая отдушина для его друга-инвалида, значимая часть ограниченного бытия. Делиться умными мыслями давно стало их доброй традицией. Беседуя, они как будто приглашали друг друга в свидетели своей жизни.

– А где родители? Снова на даче? – спросил Егор.

– Как всегда – в выходные. Приедут только вечером. Тебе привет передавали. Просили оставить отзыв о пирогах и варенье. Давай, размещайся… – Гена всегда с любовью и явным уважением относился к родителям. Это было незыблемо для него в любых ситуациях.

– Как мама чувствует себя? Не тяжело ей на даче работать?

– Ну, получше уже… Отец рядом – благо, отпуск длинный. Поэтому он там ей во всём помощник и опора. Пусть потрудятся и отдохнут заодно… Так, нарезаю большими кусками… Это тебе… – расплылся в своей неотразимой улыбке Геннадий.

Через несколько минут чай был на столе, пироги – на тарелочках, рядом варенье, сметана, мёд и яблоки. И за столом понеслась беседа двух близких по духу людей.

«Как мало надо человеку для счастья! В который раз убеждаюсь в этом», – не скрывая задумчивой улыбки, мысленно проговорил сам себе Егор, с наслаждением откусывая от большого куска пирога…

Глава 3. Ещё один шанс

Недостатки мужчины притягивают женщину

Свистнув, чайник отключился. Даша налила кипяток в чашки с заваркой и села за стол напротив гостьи.

– Ты пьёшь очень крепкий чай! – удивилась Даша. – А как потом спишь? Нормально?

– Аха! – кокетливо улыбнулась Ира.

Ирина всё делала кокетливо: улыбалась, брала чайную ложку, усаживалась на табурете, поправляла волосы, как будто постоянно заигрывала с миром вокруг. Кухня, отражения в ночных окнах, булочки на столе – всё превращалось в декорацию там, где она появлялась. Ирина актёрствовала всегда, для всех и прежде всего для себя. С ней часто происходили какие-нибудь странные истории, и она умело подавала их, то закатывая глаза, то понижая голос до шёпота. С Ириной хотелось общаться, задавать вопросы, выслушивать откровенные ответы. Следовало только направлять поток её рассказов своим удивлением и восклицаниями. Даша с интересом внимала, Ирина охотно разливала своё остроумие, делясь подробностями столичной танго-жизни, демонстрируя опытность.

– Ты же с мамой живёшь? – аккуратно отпивая горячий чай, поинтересовалась Ирина.

– Да. Но она сейчас в санатории.

– Слушай, вкусный чай! – похвалила Ирина. – А парень улыбчивый такой, симпатичный, всё время за столиком сидел и не танцевал. Алехандро, кажется. Иностранец что ли?

– Да. Представляешь, он из Аргентины! – Даша пожала плечами, как будто тоже удивлялась.

– Что он тут делает? Почему не танцевал? Он танцующий вообще?

Даша, обрадовавшись вниманию, поспешила ответить.

– Алехандро учится здесь в университете. Он начал изучать танго у нас в клубе. У себя на родине не интересовался танго, а в России пришёл в танго-клуб. Вот так бывает!

– Наверное, он скучает по своей родине. Вот и пришёл к вам, потому что вы изучаете культуру его страны.

– Да, вполне может быть, – согласилась Даша. – А как тебе наша милонга? Сильно отличается от московской?

– Хорошо, что я в командировке и в понедельник уеду, – загадочно ответила гостья.

– Тебе у нас не понравилось? Радуешься, что скоро уедешь?

– Наоборот! – усмехнулась Ира. – Ваши партнёры – милашки! Всех приглашают! Просто молодцы! Не сидят, не важничают. Если у вас ещё немного поживу, расслаблюсь, не смогу вернуться в наш «жестокий мир», – с пафосом произнесла она последние слова.

– А у вас разве не приглашают?

– У нас, хм…, – складывая салфетку пополам и ещё раз пополам, Ирина продолжила. – У нас, если партнёрша потанцует один раз за вечер – всё, счастье! Милонга состоялась!

Ира откинулась на спинку стула, закинула ногу на ногу и, обхватив пухлыми ладошками колени, продолжила.

– Я, когда иду на милонгу, за вход плачу, за такси плачу. И если ни разу не потанцую за весь вечер, как-то обидно, знаешь ли, – она грустно вздохнула. – Но вашим мальчикам надо ещё подучиться. А преподаватель классно танцует! Стройный, гибкий. Хотя он невысокого роста, но умеет подстроиться под партнёршу. И с ним интересно. Остальные пока слабоваты. А партнёрша постоянная у вашего гуру есть?

– Да, ты её видела. Она сегодня диджеила.

– Припоминаю… Худенькая, неяркая, по росту Владу подходит. Кстати, музыку она хорошо составила. – Ирина взмахнула чайной ложкой и переключилась на другую тему. – А вообще не понятно, что лучше: приятный человек, но слабый партнёр, или вздорный сноб, но хорошо танцующий, – она отхлебнула чай и смачно укусила булочку. – Вот почему так? Когда партнёр начинает более-менее нормально танцевать, сразу становится важничающей персоной. Перебирает – с этой танцую, а с той нет.

Поставив чашку на стол, Ирина резко встала.

– Так, всё. Хватит есть. Хочу быть как ты – такой же стройняшкой. Пойду в душ. Я же гость, мне положено первой.

Даша улыбнулась, согласно кивая в ответ. Ира остановилась и, оглянувшись, то ли в шутку, то ли всерьёз произнесла.

– А ты неплохо танцуешь, подруга. У тебя определённо есть потенциал. Учиться, конечно, ещё нужно, но в целом…, – Ирина подошла к зеркалу, посмотрела на себя и, не договорив фразу, отправилась в душ.

«Вот значит как получается. Ещё неизвестно, как себя поведут наши партнёры, когда станут опытными тангерос*. Неужели наши галантные ребята способны зазнаться?» – не верилось Даше.

Пока Ирина, что-то напевая, наслаждалась купанием, Даша пошла в свою комнату. Там достала из книжного шкафа большую папку, раскрыла. В ней лежали рисунки разных размеров. Это были её рисунки: наброски, этюды. Даша не бралась за кисти несколько лет. Ей захотелось с кем-то поделиться своим прошлым творчеством. Услышав, что вода в ванной перестала шуметь, Даша отобрала несколько рисунков и положила их на стол, перевернув лицом вниз.

То, что Ирина сейчас находилась в гостях у Даши, было немного странно. Даша не предполагала раньше, что к ней вот так запросто может приехать малознакомый человек из другого города. И она пустит его ночевать только потому, что этот человек из мира танго.

Когда она получила от Ирины письмо, то с трудом вспомнила, кто это и где с ней пересекалась. Они познакомились полгода назад в Москве на семинаре для программистов. Даша приезжала учиться, а Ирина являлась представителем организующей стороны. Они тогда мило поболтали и выяснили, что у них есть общее увлечение – танго. После этого даже вместе пообедали в кафе. Вернувшись домой, Даша забыла об этой встрече. А Ирина, направляясь в очередную командировку на юг страны, решила на обратном пути посетить какой-нибудь город, в котором есть танго-клуб. Её выбор пал на городок, где жила Даша. Ира отправила письмо с просьбой о бесплатном ночлеге. Поразмышляв, Даша согласилась принять у себя Ирину.

После выпитого чая и тёплого душа, уютно расположившись в своих кроватях, приятельницы вернулись к задушевной беседе. Выключенный свет, неясные тени на шторах и отсутствие прямого взгляда располагали к откровенности.

– Даша, а почему твой парень не ходит на танго? – спросила Ира.

Даша хотела отшутиться, но почему-то, слово за слово, рассказала новой знакомой о неудачном замужестве и о том, что пока не встретила «своего человека».