Цитаты из книг автора «Дарья Донцова»

– В раю не умирают, но там очень не любят подлецов.

– Два года назад, в шесть вечера, десятого декабря ты у меня с тумбочки ириску без спроса взяла. – Не помню, – ошарашенно ответила Зефирка.– А мне до сих пор обидно, – отрезала Марсия. Вот такой у Марсии характер

но речь идет об ином. Мы рождаемся себялюбивыми, не являемся на свет с пониманием, что надо и о других подумать. Такие мысли возникают в процессе взросления, да и то не у всех.

Свой интерес есть всегда, – заметил Никита Павлович, – он появляется на свет раньше младенца. Люди эгоисты от рождения. Это наша сущность.

сидит, но если он встанет, я не смогу сесть на его место. Где юноша устроился? – Незамысловатая проблема, – хмыкнула Дюдюля, – он сидит на твоих коленях.

вкус. Слава богу, Анфиса нечасто балует нас бигосом, в основном она жарит яичницу и варит овсянку. Кстати, по тому, какой получилась еда, можно судить о настроении поварихи. Если утром у меня в тарелке оказывается бело-желтая болтушка, слегка подгоревшая снизу, а Димон пытается отковырнуть кусок овсянки, принявшей вид резины, значит, вчера вечером Анфиса поругалась с собратьями по партии, не пришла с ними к консенсусу в отношении того, когда в России победит коммунизм, и сейчас зла на весь белый свет. Аккуратная глазунья и нормальная каша свидетельствуют о великолепном расположении духа старушки. Омлет Фисе иногда удается, овсянка – никогда, и из нашей кухни до сегодняшнего вечера не доносилось упоительных запахов. Я бросила кофту в барабан, поставила переключатель на быстрый режим и задергала носом, пытаясь сообразить, что готовит Лапуля. Мясо? Язык? А может, запекает телятину? – Есть кто

Бонч-Бруевич улыбнулась. – Люди считают, что работа в агентстве недвижимости приносит огромные деньги, причем для этого много усилий тратить не придется. Подумаешь, ерунда, полагают многие, только выбрось объявление в Интернет, и к тебе сразу примчится армия клиентов. График работы будет свободный, можно показывать квартиры в любое время, когда душе угодно, и грести комиссионные лопатой. Женщины рассчитывают, что у них останется куча времени на семью и они быстренько заработают себе на особняк. Но в действительности все иначе. Маргарита побегала с клиентами, поняла, что работа отнюдь не легкая – надо подстраиваться под людей, терпеть их капризы, а доход невелик, и ушла. У нее как раз случился развод, нервы были на пределе.

– Узнать кое-какую информацию, – ответила я. Рая ухмыльнулась. – Ага, я даже знаю, какую именно. Дегтярев, запрещая помогать тебе, орал, что ты хочешь засунуть нос в дело об убийстве Прохора и Любови Ермаковых. Грозил сожжением на костре, если я подпущу тебя к папкам, поэтому я уже отыскала их.

Заварной крем… ооо… – простонала подруга. – Такой же, как в тех трубочках, что раньше продавали в булочной в Столешниковом переулке? – Через час, о’кей? – засуетилась Раечка. – Пришли эсэмэской адрес. Ведь от пары пирожных беды не будет, как ты думаешь?

Правда, потом, остыв, Элеонора назначит пенсию близким покойного, установит на могиле монумент, привезенный за бешеные деньги из Рима, устроит фестиваль памяти погибшего, – словом, отмучается совестью по полной программе, но это будет потом, после убийства.