Цитаты из книг автора «Дарья Донцова»

– Отвяжись! – Случайно выпил, кореша встретил, больше ни-ни, никогда, ежели чего… – Ежели чего, – злобно прошипела я. – Никакого «Ежели чего!» не будет. Увижу еще раз пьяным, выгоню назад на помойку, усек? – Ага, – попятился Ленинид, – злая ты какая! – Да, и несправедливая, так и знай, очутишься вновь в бачке, – отрезала я, хлопнув дверью.

Наконец фонтан информации иссяк, но Вадик никак не отреагировал.

В три у меня урок с Настей. Кстати, ее гадкая бабушка Элеонора Михайловна стала теперь тише воды, ниже травы.

В пене!!! Утром в субботу! Когда все порядочные мужья отправились за картошкой! Да, чудные дела творятся в Датском королевстве.

Тут же обнаружился и Ленинид, насвистывающий песенку. Увидев меня, папенька вздрогнул и съежился, но мне сейчас было не до него, убью мужика чуть позже.

В конце концов, сама виновата, нечего давать приятелям хорошие советы. Ни одно доброе дело не остается безнаказанным.

одиннадцать, значит, в Екатеринбурге около двух ночи, неудобно звонить в такое время даже с радостной вестью о нашедшейся племяннице. Ладно, завтра, все завтра… – Ты не знаешь, где Ленинид? – поинтересовалась Тамара. Я вновь вынырнула из сладкой полудремы и попыталась включить разум. – Понятия не имею, поехал в «Бауклотец» за пружинами утром. – Не случилось бы чего, – забубнила Тамара. Я вновь закрыла глаза. Тут же кто-то забарабанил в дверь. Интересно, куда подевалась кнопочка от звонка? – Вила, открой, – попросила Томуся, – у нас руки в тесте. Собрав всю силу воли в кулак, я сползла с дивана и распахнула дверь. В прихожую вошел папенька… на четвереньках. – Вот, блин, дела, – заплетающимся языком произнес папуля, пытаясь принять вертикальное положение. – Встречайте, девки, папка вернулся, ставьте чайник… – Неожиданно он громко икнул, по квартире разнесся жуткий запах, похоже, папуля съел на закуску дохлую крысу

– Мы тебе не мешаем? – спросила Томуся, наблюдая, как я вытягиваюсь на диване. – Нет, – пробормотала я. Ну не говорить же им правду, что надоели до одури и больше всего мечтаю остаться хоть на часок одна.

– Мне не нравится содержать нахлебников, – несся дальше Никита, которому шлея попала под хвост. – Мужик в сорок лет обязан трудиться. А ты, Альбина, лучше помолчи. Знаю великолепно, что потакаешь милому братцу, денег даешь, вещи покупаешь. Пойми, ты его портишь! Он и так желеобразный субъект, а из-за вашей чрезмерной заботы…

Однако они все тут старше меня, а выглядят намного моложе, наверное, жизнь в достатке консервирует.