Глава 2. Я – твой друг, ты – мой враг

Палата выглядит жутковато в темноте, даже свечение настольной лампы и уличных фонарей, не красит её. На диванчике рядом с моей кроватью мирно посапывает Игнат. Взяв трёхдневный отгул, он примчался на всех скоростях и с тех пор не отходит от меня, лишь изредка отлучается в туалет, либо за едой.

Попытка встать с кровати провалилась на корню во второй раз. Живот охватила сильнейшая боль, от которой я замерла. Восстановив дыхание, легла обратно, уставилась на человека, который скрючившись лежал рядом и вновь уснула.

Сквозь сон я услышала голоса, потом ощутила прикосновение тёплой руки и лишь спустя пару минут смогла открыть глаза. На диванчике никого не было, обратив взгляд в сторону своей руки я наткнулась на Игната, который сидел уже на стуле, обхватив мою ладонь. Улыбнувшись ему, я заговорила хриплым голосом:

– Привет.

– Привет, – Игнат ответил мне тёплой улыбкой и интенсивным поглаживанием ладони.

– Как спалось? – спросила я, пытаясь привстать.

– Нормально, – ответил Игнат, подхватив меня. – Понял, что я уже не молод. Болит шея и спина.

– Могу уговорить медсестру поставить моё обезболивающее тебе.

– Не буду отбирать твой кусочек счастья, – отозвался он, когда я села.

Игнат сел обратно на стул, придвинув его немного ближе, и некоторое время смотрел на меня не отводя глаз.

– Чего? – наконец спросила я.

– Как ты себя чувствуешь?

Глаза напротив бегали по моему лицу. Он паникует и волнуется.

– Нормально, – помедлив продолжила: – Правда. Я в порядке. Живая и почти здоровая.

– Он…я…не могу представить, как тебе было страшно, – я кротко кивнула. – Когда мне позвонила Карина, думал сойду с ума. Глупо говорить о моей панике, извини. Тебе намного хуже.

– Это не означает, что на твои чувства можно не обращать внимания, – пригладив его волосы, я легко улыбнулась. – Сейчас всё позади. Можем выдохнуть спокойно. Через недельку меня выпишут и будем с тобой гулять вечерами или засматриваться фильмами.

– Или рубиться в гонки.

– Я конечно же буду тебе поддаваться.

– Непременно, – заключил Игнат, поцеловав меня.

В дверь палаты постучали и не дожидаясь ответа отворили дверь. Растянув губы в тонкую полоску, Аврора в три широких шага оказалась у моей кровати, глянула на Игната и заговорила:

– Добрый день!

В ответ я лишь кивнула.

– Добрый, – ответил Игнат.

– Как вы себя чувствуете? Не против? – спросила Аврора, указав на стул у тумбочки.

– Садитесь. Я более-менее. Вставать ещё не могу.

– Не торопитесь. Не стоит беспокоить швы. Не могли бы вы нас оставить? – спросила она у Игната.

Он повернулся ко мне, принялся интенсивно гладить ладонь.

– Пусть останется, – воскликнула я, перебив его.

– Близким людям не стоит слышать некоторые подробности, – безэмоционально парировала Аврора.

– Мне с ним спокойней.

– Вы уверены? – спросила она у Игната.

– Да, я останусь. Больше её не оставлю одну, – решительно заявил он, вызвав у меня улыбку.

– Хорошо. Мы многое с вами уже выяснили, осталось прояснить всего несколько вопросов, – она достала маленький квадрат бумаги, который оказался фотографией. – Вы знаете его?

На фото был изображён Руслан, лицо его не было опухшим, видимо снимок сделан в лучшие его годы.

– Эм, – сощурив глаза, я взяла снимок в руки. – Знакомое лицо. Не могу вспомнить, – несколько раз тяжело выдохнув, я подняла глаза. – Точно! Мы с ним учились в школе.

– Как близко вы с ним знакомы?

– Не близко. Я даже не припоминаю его имени. Учился в параллельном классе. А почему вы спрашиваете про него?

– Вы не виделись в день вашего похищения? – не унималась Аврора.

– Нет. А что случилось?

– Мы предполагаем, что он тоже жертва «Скорбящего убийцы».

Затаив дыхание, я приложила ладонь ко рту.

– Кошмар. Он жив? Почему вы предполагаете?

– Он пропал. Его ещё не нашли, – забрав у меня снимок, Аврора продолжила. – Вы смогли ещё что-нибудь вспомнить?

– Нет. Извините.

– Похититель говорил с вами, после пробуждения?

– Нет.

– Какая маска была у него на лице? Тканевая, как балаклава? Или пластиковая с изображением.

– Тканевая, но без вырезов для глаз. Я же уже говорила вам.

– Вы пытались кричать?

– Он приказал мне молчать, когда я проснулась.

– Вы же сказали, что он не говорил с вами.

– Он указал пальцем, – на глаза я напустила слёзы. – Пригрозил ножом. Потом заставил ветку зажать между зубами.

– Сквозь ветку вы же всё равно кричали.

– Конечно. Но когда я кричала слишком громко, он опять тряс пальцем у рта, – пара слёз скатились по моим щекам.

Я чертовски хорошая актриса!

– Когда вы собирали букет, не заметили никакой машины?

– Нет. Я услышала его только, когда он уже стоял за спиной.

Рука Игната дёрнулась и вспотела.

– Сколько времени прошло, как он оказался около вас, до потери сознания?

– Ох. Я не могу точно сказать. Время как будто вечно тянулось, – тяжело выдохнув, я продолжила. – Минут десять или двадцать. Сложно вспомнить.

– И больше вы не приходили в себя до пробуждения в лесу утром?

– Нет, – отрезала я.

– По результатам анализов, вечером в день похищения вы должны были быть в сознании. Вы точно ничего не припоминаете? – не унималась Аврора.

Лицо её было непроницаемо.

– Нет, – я судорожно замотала головой.

– Может звуки вокруг, или запахи?

Разревевшись, я закрыла лицо руками. На плечах моментально появились руки Игната, его трясло и окатывало жаром.

– Может хватит? Вы как будто обвиняете её! – почти рычал он.

– Я лишь пытаюсь выяснить факты, которые могут помочь в поимке преступника.

– Доведя её до истерики?!

– Алана. Я зайду позже. Извините. Отдыхайте.

Я подняла глаза и поймала её спину, которая скрылась за дверью. Смахнув слёзы, я повернулась к Игнату.

– Нужно было тебе всё-таки выйти.

– Нет. Я тебя не оставлю, – отозвался он, крепко обняв. – Она бы тебя сожрала.

– Чувствую себя бесполезной.

– Это не так.

Игнат долго гладил меня по голове и плечам, мельком покачиваясь. Через пару часов мы с ним пообедали, и он повёз меня на прогулку, где нас поймала Карина. Она принесла с собой кучу игр и еды, которую проредили на входе. Устроившись под молодой сосной, мы прекрасно провели время.

– Гриша сказал, что возможно придёт сегодня, – обмолвилась Карина, убирая цветные карточки в коробку.

– Как у них продвигается работа? – спросил Игнат, глянув на меня.

– Пока никак. То есть статьи то пишутся, расследование ведётся, но обвинять никого не обвиняют.

– Они ждут официальных подтверждений? Я слышал был случай, когда, опираясь на слухи они там что-то понаписали и человек в итоге был убит соседями, а он оказался невиновен.

– Да, но в этом участвовал Кирилл. Гриша не прикладывал руку к той статье. Да и он ещё только устроился в Д.К.С. в то время.

– Понятно, – заключил Игнат.

– Скажи, если тебе тяжело говорить на эту тему или слушать, мы перестанем, – обратилась ко мне Карина, заглядывая в глаза.

– Нет. Всё нормально. Замалчиванием или попыткой избежать всего, что произошло, можно сделать только хуже.

– Ты ещё не ходишь к психотерапевту? – опустив глаза на коляску Карина поменялась в лице. – То есть… она к тебе…

Я хихикнула.

– Чуть позже. Родители уже договорились… А если его не поймают? – спросила я обеспокоенным голосом, решив посмотреть на реакцию Игната и Карины.

– Он же должен оставить какие-то улики, почти год прошёл… Мне кажется его скоро вычислят. Все когда-нибудь ошибаются, – ответил Игнат неуверенно.

– Вот именно прошёл год, а он на свободе. Надеюсь, он кокнет себя, – прошипела Карина.

– Вряд-ли. Если человек совершает преступление в состоянии аффекта, вот тогда, да, зачастую самовыпиливаются, а этот не такой, – разочарованно выдохнув сказал Игнат.

– Ублюдок. Вышибить бы ему мозги.

Карина скрипнула зубами, подняла на нас глаза и смущённо улыбнулась. Она не часто крепко ругается.

Спустя час они ушли, оставив мне пакет фруктов и затискав на прощанье. С завтрашнего дня Игнат выходит на работу, поэтому бывать он у меня сможет только по часу вечером. Оставшись одна, я открыла статьи о себе – Скорбящем убийце. Множество предположений пестрят на страницах, кем я могу быть, каковы мои мотивы и кто следующий попадёт под мою руку. Полиция наконец начала общаться с людьми и давать интервью о своей работе, но спускаясь в комментарии, понимаю, как люди злы на них. И это огромный плюс. Интересно, сколько времени мне понадобится для полного восстановления? Сколько месяцев спустя я смогу опять облачиться в Скорбящего убийцу? Пролистав пару статей от Д.К.С. меня начали посещать мысли о том, что у них завёлся крот, либо в больнице, либо среди полицейских есть очень разговорчивые ребята.

В дверь постучали, от неожиданности я вздрогнула. В проёме появилось лицо Гриши, встретившись с моим взглядом он просиял, только хотел что-то сказать, как практически оказался на полу.

– Долго стоять будешь? – раздражённо рявкнул ему Кирилл, заходя в палату.

– Дебил! – бросил в его сторону Гриша, поправляя куртку.

– Привет!

– Привет. Шумно вы пришли.

– Привыкай, – ответил Кирилл, поставив стул рядом с кроватью.

Гриша сел рядом, одарив мягкой улыбкой:

– Как ты?

– Нормально. Сегодня даже на улице была.

– Сама ходишь? – голос Кирилла смягчился.

– Нет. В боку швы ещё не затянулись.

– С погодой повезло тебе. Всю неделю будет светить солнце, дуть тёплый ветерок, – обволакивающий и мягкий голос окутал меня, серые глаза Кирилла как будто приобрели желтоватый оттенок, а на лице появилась лёгкая улыбка.

– Ты и со мной это делаешь? – в ответ он вздёрнул брови. – Тон голоса, улыбочка.

– Привычка.

– Я удивлена, что вы пришли только сегодня. Четыре дня прошло.

– Мы дали тебе время прийти в себя, – отозвался Гриша, отведя взгляд.

Он не поворачивался ко мне, не смотрел в глаза как я начала разговаривать с Кириллом. Стыд?

– Кто даёт вам информацию? Я пролистала некоторые статьи, – после небольшой паузы продолжила. – Карина? Как удобно иметь в партнёрах подругу жертвы, – с издёвкой процедила я.

– Не строй из себя обиженку, – отмахнулся Кирилл.

– Она не нарочно. Я сам её разговорил, – поспешил оправдаться Гриша.

– И что же? Сразу к делу? Рассказать вам всё в красках и деталях? Выехать с вами в лес, показать, где он меня схватил?

– Можем начать с малого. Твои чувства и эмоции, которые тебя переполняют, – Кирилл проигнорировал мой гнев в голосе.

– Сейчас я бешусь. С тебя!

– Я выполняю свою работу не будь дурой.

Напустив на глаза слёз, я застыла.

– Прости, Алана. Он идиот. Можешь не рассказывать ничего пока не будешь сама готова. Видимо расслабился, раз ты одна из нас то и чувство такта потерял, – Гриша ударил Кирилла кулаком в бок.

– Да-да, – опять отмахнулся Кирилл.

Раз идёт такая пьянка, то можно пойти во все тяжкие!