«Роза Мира» читать онлайн книгу📙 автора Даниила Леонидовича Андреева на MyBook.ru
image
image

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Премиум

4.35 
(89 оценок)

Роза Мира

873 печатные страницы

2011 год

16+

По подписке
549 руб.

Доступ ко всем книгам и аудиокнигам от 1 месяца

Первые 14 дней бесплатно
Аренда книги
84 руб.

Доступ к этой книге на 14 дней

Чтобы читать онлайн 

или возьмите книгу 
в аренду

Оцените книгу
О книге

Даниил Андреев, русский поэт и мистик, десять лет провел в тюремном заключении, к которому был приговорен в 1947 году за роман, впоследствии бесследно сгинувший на Лубянке. Свои главные труды Андреев писал во Владимирской тюрьме: из мистических прозрений и поэтической свободы родился философский трактат «Роза Мира» – вдохновенное видение мирового единства, казалось бы, совершенно невозможное посреди ужаса сталинского смертельного конвейера.

читайте онлайн полную версию книги «Роза Мира» автора Даниил Андреев на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Роза Мира» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация

Год издания: 

2011

ISBN (EAN): 

5699194428

Объем: 

1573148

Правообладатель
17 408 книг

Поделиться

Teya805

Оценил книгу

Гипнотическая книга, которая, на мой взгляд, лучше слышится, чем видится. Постоянные закольцовывания мыслей, повторы одних и тех же тезисов... Она была бы отличным, очень глубоким и образным языком написанным образцом визионерского исповедального текста, рассказывающего о знакомстве с духами и силами природы, если бы автор не взялся делать более глобальные обобщения. Потому что они показывают его, на самом деле, не полную к ним способность.

Во-первых, автор никоим образом не в состоянии отрешиться от своего собственного жизненного опыта: при декларируемом "благом стремлении" к всеобщей религии, видит ее исключительно монотеистической и христианской, при резкой критике любой и всяческой диктатуры -

Решающая ступень к этой цели (достижению Розы Мира - Thea) – создание Всемирной федерации государств как независимых членов, но с тем, чтобы над Федерацией была установлена особая инстанция, о которой я уже упоминал: инстанция, осуществляющая контроль над деятельностью государств и руководящая их бескровным и безболезненным преобразованием изнутри."

, то есть тоже диктатура, но "хорошая", которая каким-то образом решит проблему объединения без насилия и крови.

Во-вторых, при внешней масштабности и будто бы связности, картина мироустройства в "Розе Мира" собрана из настолько пестрых обрывков и лоскутов, надерганных из мировых религий, да еще разбавлена личным духовным опытом автора, что выглядит не то как фэнтези-произведение, не то как в чистом виде "модерное сектанство" (что интересно, Православная церковь решительно от идей Андреева открещивается, весьма подробно их разбирая и критикуя. Видимо для многих прихожан упоминание Троицы относит эту книгу к церковной литературе)

Ну и, розочкой на торте

Сложившись из пёстрых этнических элементов, как в своё время народ Египта, русская нация оказалась, как и он, сильнейшей творческой силой в кругу сочетавшихся с ней в единой культуре меньших народов. (Речь идёт о прошлом и настоящем. Не исключена возможность, что в будущем положение изменится.)

Это, конечно, лестно для принадлежащих к русской культуре, но прискорбно то что Андреев мыслит в общем границами империй (древних и распавшихся в начале ХХ века), отказывая менее крупным народам в праве на самобытность и влиять на большее чем они сами, а не наоборот.

Таким образом можно сказать что "Роза мира" глубоко родственна и трудам Владимира Соловьева о Вечной женственности, которая в его понимании

образ всеединства мира, созерцаемый богом

и трудам Льва Гумилёва (с Андреевым его роднит идея о том что "официальная" версия истории не полна и не объясняет всего), но в целом этот труд остается по большей части именно "памятником эпохи", который сегодня читается с большим скепсисом.

Поделиться

Myrkar

Оценил книгу

Настолько двойственное впечатление от книги, что не хотелось ее оценивать вообще никак. Она настолько же правдива, насколько и лжива, настолько же полезна, насколько и опасна. Эта книга является и отражением эпохи, в которой была написана, и той изнанкой, которой этой эпохе так не хваталo для пущей целостности. "Розу мира" можно охарактеризовать как психоз, порожденный временем и местом, неизбежный и достаточно разумный в своем безумии. Но при этом ее можно посчитать мусором и больше не прикоснуться после первой попытки прочтения, даже в том случае, когда она удалась.

Даниил Андреев - второй сын великих писателей Серебряного века, которого сильно заинтересовали исторические течения. Но если у Гумилева с его теорией пассионарности дела сложились очень даже неплохо, то Андреев, заглянув в метафизические измерения, выдал не дотягивающую ни до научного, ни до художественного произведения книжонку - не то дневник, не то неудавшийся реферат с элементами сочинения. "Роза мира" - почти что апокалипсис: Даниила Андреева посещали видения, и были они, помимо прочего, о конце света. Но, кажется, даже не конце, а перевоплощении земного царства в небесное после второго пришествия Христа - Андреев назвал это вторым эоном. И ладно бы, если автор действительно мыслил в русле христианского мировоззрения или выдумал собственное цельное учение, которое называет Розой мира. На самом деле книга больше похожа на сборник черновиков, не исключающих противоречия друг с другом и объединенных только признаком наличия слоеной брамфатуры Земли.

Описание слоев (сакуалов) может показаться интересным только поначалу. Здесь даже встречались увлекательные моменты появления в демонических мирах созданий, которым самое место в темном фэнтези. Доставили видения реальных исторических деятелей, оказавшихся по ту сторону привычного бытия, где происходят драматические события уровня героических мифов или эпической фантастики. Если бы Андреев не настолько сильно верил в то, что увидел в своих фантазиях, могло бы получиться неплохое жанровое произведение, возможно даже на стыке альтернативной истории, фэнтези и ужасов, может даже сатиры. Но нет - не верить он не мог.

В последнем как раз и состоит важность этого произведения: его бредовость раскрывает психологическое состояние советского человека того времени, у которого отняли веру в Бога и размазали по разбавленным сведениям о духовном наследии человечества. Духовным же назвали интеллектуальное достояние и художественное искусство. Андреев проглотил плацебо, но подсознание понимало две вещи: что таблетка как будто не работает и что как будто бы она должна быть опиумной. О подсознании в своей книге написал, что в него каждую ночь залазят щупальца уицраоров (демонических начал государственного тела), чтобы подчинять гражданским идеалам. Но на деле опиум обернулся дозой ЛСД (не усключено, что Лучей Советского Демонизма, но википедия даёт более интересную версию). Андреев даже решил, что проблема не в его замутненном начитанным разбодяженным продуктом уме, а оттого, что он после своего жизненного перевоплощения из Индии пару-тройку раз прогульнулся босиком по травке вокруг русских православных храмов. Именно по этой причине мир приобрёл метафизические пространства планет и закон кармы, а в будущем наука, по мнению Андреева, просто обязана изучить влияние хождения босиком на человеческие энергии - в Индии ж так норм было. И, самое забавное, что именно законченные советские материалисты только и могли заниматься чем-то подобным и верить во все что угодно, лишь бы шло против Церкви и официально объявленных врагов коммунизма. Гумилёв описал практически то же самое в материалистических терминах (солнечная радиация вызвала мутации, и так образовались новые этносы), и это схавали. Андреев же случайно втянул в свои взгляды чуть больше доброго христианства и злого Сталина.

Автор, хоть и верит в ненаучные способы объяснения мира и что у человека иное бытие - что он способен и без всяких технологических усовершенствований к полету и прохождению сквозь стены, но все равно постоянно возвращается и к постулату первичности материи над сознанием (и потому считает, что можно сделать очеловеченных животных, если создать им руки и голосовые связки) и эволюционной теории в отношении развития социо-экономических строев государств (поэтому он проворачивает этот финт с религиями, расставив их эволюционно от мифологического язычества через христианство и философские течения к идеальной Розе мира)

Имеет значение и тот факт, что описываемая Андреевым религия - именно этим словом он называет Розу мира - по сути практически ничем не отличается от КПСС и ее устройства. Называя коммунистическую партию квазирелигией и обличая ее худшие черты, лучшие он присваивает Розе мира, причем синклиты (советы) и цензура принадлежат именно к светлым начинаниям. И раз уж государственность у Андреева - от демонов, то Розе мира остается стать аполитичным негосударственным объединяющим началом. Но по идее здесь нет ничего, описывающего идеал Розы мира, только фрагментарные пейзажи да указания, как бы выглядел новый мир, к которому зачем-то нужно прийти, но который ждёт извращение антихристом и разрушение, как и в любом вообще случае, если ты приверженец христианской эсхатологии. Коммунизм же хотя бы предполагался бессмертным результатом эволюции. Именно в этом месте виден провал духовной теории Андреева: он не признает вечность Божественных законов, говорит об эволюции духовных сфер и создании новых слоёв в метафизических пространствах. Коммунизм хотя бы предполагался детищем человеческих сил. И эта приземленность творения объединяет у Андреева мейнстримовое мировоззрение с его личным.

С пафоса единства народов и их культур как раз и начинается книга. Андреев говорит о толерантности, о разработке такого учения, которое сблизит догматики нынешних религиозных течений, но при этом после фразы о том, что главное не заниматься абсолютизацией своего мнения, на протяжении всей книги продолжает заявлять, что прав именно он, а в Библии все напутали с самого начала. Причем учение Розы мира похоже на смесь мировоззрений гностических сект: есть у него и противобог, и третья ипостась троицы в виде Приснодевы Марии (она же воплощение великой Женственности), и списки людей, попавших в затомисы (идеальные миры высшего порядка) и, конечно же, в них каша из культурных деятелей различных народов. Все это я однажды прочла в микроскопической брошюрке какой-то нелепой секты, а тут восемьсот страниц, половина из которых - баттхерт по поводу произвола властей, издевательства над животными и неподобающего отношения к природе вообще. Потому что речки, например, пронизаны стихиалиями - репликой фей и эльфов в интерпретации Андреева.

Кстати, метафизическими началами в мире пронизано вообще все. У любого объединения найдется эгрегор, у художественного образа - даймон, у государственности - уицраор, а у сверхнарода - демиург. Наличие демиургов при этом не ясно - просто Андреев решил кого-то считать сверхнародами, а кого-то нет - озарило же человека, так что можно ничего не объяснять. Зато можно придумать то, как реальные исторические события теперь можно рассказать с участием демиургов и уицраоров, а также монад, способных к перевоплощениям в зависимости от сакуалов, в которых они занимаются расплетением своих кармических узлов. И в этом был бы смысл, будь книга полность из подобных сюжетных перипетий. Сидящий в ночи Сталин, чьи черты обретают безмятежность при взгляде в демонические пространства, действительно ощущается ужасающим. Или Ленин, преодолевающий соблазн овладевания эфирным демоническим разумом. По мне, это было невероятно круто и живописно, если учесть, что Даниил Андреев обращает особое внимание на ландшафт и архитектуру. Но все это среди разделов с сухими объяснениями устройства мира, перекликающимися с эмоциональной публицистикой, где автор обезоруживает своей непреклонной верой во все, что приходит на ум.

А пришло ему всего лишь отражение действительности, соцреализм, которому присущи сектантский эклектизм, равенство противоположных начал и непременный пафос победоносности своего. В Розе мира выразился психологический недостаток духовной истины, пытающийся найти исцеление в расширении эрудированности по вопросам культуры, и кризис настоящей национальной идеи для русских, которые в своем отечестве имели только ЦИК партии тогда, когда их советские соседи - национальные правительства. Андреев дал русским демиурга и назвал их сверхнародом, а некоторые государства всего лишь объединил под одним, назвав их сверхнароды тупо Северо-Западным или Романо-Католическим, где у Франции уж точно никакого демиурга он в видениях не усмотрел.

С этой книгой все могло бы быть намного лучше, возьмись автор переработать текст, а не возводя его в необсуждаемое и неприкосновенное откровение. И ладно бы Андреев верил в единственного Бога, от которого оно могло поступить, но в последней части он настроил храмов всем, кому не попадя: и каждой из ипостасей своей интерпретации троицы (Солнечному богу, Иисусу Христу и Женственности), и стихиалиям, и Матери-Земле... Каждому придумал цвета (как ранее эмблемы затомисов) и мистический культ. Противобогу только не поставил. В получившемся виде книга - просто психоз, наталкивающийся на важные мысли и идеи и тут же вновь растворяющийся в фантазийных видениях.

Поделиться

num

Оценил книгу

Александрус вышел из своих комнат в превосходном настроении. Ранняя осень, легкая дымка, воздух, напоенный ароматами леса. Все было так, как надо - жизнь в гармонии с миром и самим собой. Сегодня по плану у него были творческие мастерские по изготовлению мебели, и он знал, что его ждет многострадальное кресло, которое вот уже не первый месяц все никак не обретет нужные формы. Тяжело быть креслом из натурального дерева... ведь у каждой породы свои нравы, свои вкусы. Каждый изгиб будущей ножки о чем то говорил Александрусу, но тот упорно не слышал. Совет Мудрейших определил для него оптимальный круг работ и творчества - в идеальном мире каждому было найдено идеальное дело. Для Александруса это были столярные мастерские, уход за лошадьми и библиотечное дело. Да, библиотечное дело, именно в Хранилище Знаний, отсеке 73, разделе Мифотворчество Руси он и встретил Алису...

Дальше...

Но то было давно. Так давно, что он уже и разлюбил. Казалось, что и не любил, только вот кресло все никак не получалось, и лошади не радовали. А отсек 169 встречал Математическим Анализом и Алевтиной. Но утро было великолепным, и Александрус шел в столярные мастерские. Ему было уже 26, старейшины, соединившие в себе три наивысших одаренности - праведность, дар религиозного вестничества и художественную гениальность, определили оптимальный возраст для брака мужчины в 24-26, а значит это, что ему надо заключить брак. Лучше всего ему подходила Алевтина. Совет Мудрейших по брачным вопросам определил для них оптимальную совместимость в 83%. Это много. Брак разрешают уже с 70%. А с Алисой было 67.
Всего 3% определили все их будущее. 3%, которые давали за межрасовый брак, к примеру. Или за знакомство со школы. И (Бог мой!) даже за любовь к чаю без сахара. Кто ж виноват, что Алиса любит сладкий чай? А с Алевтиной было 83. Ведь и знали друг друга с ясель, и программы творческие вместе проходили. И чай она несладкий пьет, и по соотношению рост/вес подходит. Последние 30 лет много процентов добавляли за смешанные семьи, вот и Алевтина была русской китаянкой, как сказали бы раньше. Совет Мудрейших по брачным вопросам не ошибается. Если они сказали, что Алиса ему не подходит, значит так и было. Нельзя сомневаться в совете мудрейших. Вот только кресло все никак не выходит, и Радуга не встречает ласковым ржанием... А ведь творчество - залог гармоничного мира. Акт творения приближает нас к Всевышнему.

Александрус шагал по улице, каждый кирпич которой был ему знаком. Вот там он маленьким учился малярному делу. В том закоулке - магазинчик с книгами. Старейшины определили, что ему подходит работа с книгами, но стихи слагать - нет. Вот и сидит Александрус в своем отсеке, подальше от стихов. Решение было принято с перевесом в 1 голос, ведь трое из Старейшин перед тем не были выбраны на празднике. А мать Александруса - была. И все блокноты, все тетради, даже листики с первыми четверостишиями были торжественно и беспощадно сожжены - как символ Правильного Пути, как символ Подчинения. Его мать, такая сильная, такая волевая, вытирала слезы, но жгла, жгла, жгла... И ушел Александрус, дитя от не межрасового брака, дитя людей с процентом ровно 70%, дитя Новой Эры, в столярные мастерские. Ведь людям нужна мебель, нужны стулья и столы, и даже кресла-качалки, которые так хорошо ему удавались. Вот только последнее, самое последнее кресло - все не так.

Александрус шел по городу, и видел улочки, где они с Алисой гуляли вечерами. И снова Алиса, и снова она в каждом прохожем. 3%... До боли знакомая куртка мелькнула впереди. Но обладательница этой куртки была и ростом меньше, и фигурой покруглее. Куртка остановилась и обернулась. Алевтина. Зачем ей такая куртка? Зачем она ждет?

- Здравствуй, да осветит твой путь Роза Мира!
- Да благословит тебя Всевышний!

Стандартное приветствие, так всегда. Вот только Алевтина была страшно возбуждена, глаза горели желанием выдать какую-то страшную тайну. Но начала она, конечно же, издалека. Я узнал, как обычно, все результаты Совещаний по Брачным контактам (то, что меня раздражал ее голос и манера общения - в процентах не считали). Я узнал даже о том, что в следующем году освободится отсек 18, Религия ранних периодов. Туда переедут непомерно разросшиеся отсеки трактовок Розы Мира. И потом она перешла к главному. К тому, что Алисе утвердили брак. Небывалое совпадение, 97%, и с кем! с одним из Старейшин. Их мудрость будет прославлена в веках, они никогда не ошибаются. Ведь только сейчас, в период всеобщего процветания, когда люди получили достойный человека материальный достаток, житейское благополучие и нравственный отношения между людьми, мы можем жить с теми, кто нам больше всего подходит, заниматься тем, что нам лучше всего подходит, есть и пить то, что оптимально для нас... Только сейчас мы достигли этого, хвала Всевышнему, хвала Совету Творческого Надзора, утвердившему в этом году моду на красно-зеленую гжель... Конечно же, ведь они обе посещали студию керамики, обеспечивали кухни города расписными тарелками и кружками.
Мир закружился перед глазами Александруса. Мир, полный гармонии, раннего осеннего утра, счастливо щебета Алевтины, искренне радовавшейся за коллегу по творчеству и за себя. Щебета, который раздирал Александруса изнутри. Он развернулся и ушел домой.
Знал, что будет наказан, но не видел наказания более, чем обман. Знал, что будет лишен своей ступени в Храме. Но не видел смысла в посещении Храма. Обратный путь был неузнаваем. Со всей отчетливостью Александрус понял, что он никогда, слышите! никогда не ходил обратной дорогой утром. Он не видел, как солнце окрашивает стену Дома Песнопений, он не видел даже того, как оно продирается через ветки плодового сада, проникает в каждое яблоко, в каждый лист. Он много чего не видел ранее в этом мире, полном гармонии с природой.

Дома Александрус неожиданно застал мать. Старейшина по Творческому надзору отчаянно пыталась спрятать от взгляда сына тетрадь. Такую знакомую синюю тетрадь, куда он писал последние месяцы перед Творческим Определением. Минутная пауза... и она протянула тетрадь сыну.

Без цели, без дорог, сквозь сумерки Земли
Ведет нас скорбный Бог, весь бледный от любви.
Наш путь лежит во мгле и тянется в туман,
Он вьется по холмам, петляет тут и там...

А между тем - на всей Земле, на всей Земле
Не хватит места нам.

Руки матери дрожали. В ее глазах было все, что надо было знать Александусу. В них была боль за сына, в них было знание, что мир, такой совершенный и гармоничный, такой жестокий. Она знала все. Боль, боль, неизбывная боль за жизнь, в которой выбор совершают старейшины, живущие по завету Пресвятого Андреева: надо уметь пренебрегать чужим мнением, если чувствуешь свою правоту.

Но где-то за холмом - разгадка тайн Земли,
Как птица, бьет крылом в сияньи и в пыли.
И блещет на крыле то слава, то смола,
То пламя, то зола ссыпается с крыла...

А между тем - на всей Земле, на всей Земле
Не будет нам тепла

Они сидели рядом. Сын и Мать. Нежный осенний ветер, такого светлого, такого многообещающего утра, листал тетрадь. Впереди у них была еще долгая-долгая жизнь со знанием того, что их мир - не совершен. Что делать с этим - они не знали. Они не знали, как унять боль от потери, не знали, как молиться. Но знали одно - в их руках изменить будущее.

И каждый поворот мы помним до седин.
И тяжкий мрак болот, и гордый блеск вершин,
И спящий на заре в долине темный храм,
И нечто в глубине таящееся там...

А между тем - на всей Земле, на всей Земле
Не выйдет счастья нам.

Поделиться

Еще 1 отзыв
нарушение нравственных законов влечет за собой утяжеление эфирного тела совершившего. Пока он жив, утяжеленное эфирное тело остается как бы на поверхности трехмерного мира: при этом тело физическое играет роль спасательного круга для утопающего. Но как только связь между ними разрывается смертью, эфирное тело начинает погружаться глубже и глубже, из слоя в слой, пока не достигнет равновесия с окружающей средою.
23 марта 2021

Поделиться

Гагтунгр и его стан наложили свою лапу на законы этой жизни. Изменить законы средних слоев Шаданакара им не удалось, но многие виды и классы животного царства и некоторые слои стихиалей подпали их владычеству – полностью или частично. Отсюда и двойственность того, что мы называем природой: красота, одухотворенность, гармоничность, дружественность – с одной стороны, всеобщее взаимопожирание живых существ – с другой.
20 марта 2021

Поделиться

Творческий труд, ведущий к просветлению Вселенной, – задача каждой монады, кроме демонических; среди же людей демонических монад нет. Человеческие монады осуществляют этот труд в низших мирах, подлежащих их просветляющему творчеству, создавая там для себя материальные облачения и через эти облачения воздействуя на среду соответствующих слоев.
9 марта 2021

Поделиться

Еще 153 цитаты

Автор книги