здешнем моем существовании и неужели он не находит, что мне стоит рискнуть жизнью ради своего избавления.
– И где же, сударь, – сказал я, – ваша уверенность, что я сохранен здесь для спасения вашей жизни, – уверенность, которую вы выражали несколько времени тому назад? Что касается меня, то в предстоящей нам задаче меня смущает только одно.
– Что такое? – спросил он.
– Да то, что, как вы говорите, в числе этих людей есть три или четыре порядочных человека, которых следует