Отзывы на книги автора «Даниэль Дефо»

Счастливая куртизанка, от самого названия веет чем-то лёгким, чувственным. Возможно, так оно и было бы, будь автором романа француз. Но перед нами вместо этого – обстоятельная, неспешная, подчёркнуто далёкая от легкомыслия проза Дефо. Хотя героиня, замечу в скобках, как раз француженка. Наверное, национальность – пикантный штрих, призванный объяснить то ли «греховность» Роксаны, то ли ее неувядающую способность кружить мужские головы. Иначе впрямь осталось бы непонятным, а что любовники находят в этой скучной особе. Ну, то есть, пару эпизодов, которые с натяжкой можно счесть за эротику, я заметила. Но главное ведь не в них, дамы и господа. На первом плане всегда – красота раскаяния (выражение Дефо), коей Роксана размахивает, точно боевым знаменем. Раскаяние описывается тщательно и любовно, чтобы читатель никак не мог пройти мимо. И тут же рядом – качества, которые не так выставлены напоказ, но удачно дополняют портрет героини. Её расчетливость, например. Ни на мгновение красавица не забывает о деньгах и каждый раз радостно сообщает, сколько она вытянула из очередного спонсора и насколько выгодно поместила капитал. Ее любовь или нелюбовь тоже всегда находит денежное выражение. Вот один самых эмоционально заряженных эпизодов книги. Она выходит замуж, предлагает мужу свое состояние и трепещет, и волнуется: а ну, как он согласится! О, здесь она поднимается до высот истинной поэзии, вы только послушайте: «Несчастная, — говорила я себе, — неужели ты допустишь, чтобы неправедными путями пришедшее к тебе богатство — награда за блуд, распутство и прелюбодейство, плод гнусной и многогрешной жизни — смешалось с имуществом, честно доставшимся этому добродетельному человеку». Какое изящное сочетание высокой морали и корысти! Правда, тут надо отдать должное романисту: эту черту характера Роксаны он замотивировал железобетонно. После пережитых ею передряг как не стать скупердяйкой! Ещё один штрих к портрету неожидан и автору несимпатичен. Роксана в ряде ситуаций выступает как феминистка. Её речи в защиту женской независимости и равноправия (в обязательном порядке уравновешенные рассуждениями о красоте раскаяния) меня развлекали и несколько спрашивали в целом весьма унылый роман. Собственно, в повествовании только самое начало и самый конец приковывают внимание. Весьма драматична завязка, где молодая женщина с пятью детьми оказывается на грани голодной смерти. И не менее ярок финал, когда обезумевшая от ужаса постаревшая Роксана мечется по Англии и Голландии, пытаясь уйти от неминуемой развязки. Между завязкой и финалом – что-то вроде приходно-расходной книги, череда безымянных мужчин, не менее безымянные дети. Вопреки заглавию, сложилось полное ощущение, что Роксана очень одинока и на самом деле не счастлива.

От художественной литературы, посвященной пиратству, мы ждем романтики. В воображении оживают благородные подонки и подлые мерзавцы, морские сражения, изящество и мощь кораблей, экзотика дальних краев, сундуки, набитые сокровищами, и попугаи, пьяные от рома.
Исторические произведения, освещающие тот же предмет, как правило, способствуют развеиванию этого романтического мифа путем документально подтвержденных фактов. Воображение грустно вздыхает при виде подлых мерзавцев, через одного пораженных сифилисом, залатанных посудин, улепетывающих от таких же посудин большего размера. Воображение утешается экзотикой далеких берегов и тоскует по пьяным попугаям.
В этом плане "Всеобщую историю пиратства" нельзя с полным правом отнести ни к одной из категорий.
Впервые опубликованная в 1724 году за авторством некоего капитана Чарлза Джонсона (впоследствии известном как псевдоним Даниэля Дефо) книга носила название в столь любимом в ту пору "лаконичном" стиле - "Всеобщая история грабежей и смертоубийств, учинённых самыми знаменитыми пиратами".

Однако, современный читатель, прельщенный посулами о жизнеописаниях известнейших пиратов, с удивлением обнаружит, что среди них нет ни одного, чье имя было бы знакомо даже тем, кто ходил под пиратским флагом только с Джеком Воробьем. Среди десяти биографий выделяется разве что посвященная Эдварду Тичу, известному как Черная Борода. Не совсем ясно, почему такие личности как Фрэнсис Дрейк, Генри Морган, Франсуа Л'Олоннэ, Уильяма Кидд не попали в число "самых знаменитых пиратов", хотя активность их приходится на тот же временной период.

Книга изобилует фактами, как то: места, где разбойничал пират, тип судов, захваченных им, количество орудий, размер награбленного, количество взятых заложников и тому подобное. В большинстве своем персоналии "Всеобщей истории" лишены харизмы, да и кровожадными разбойниками их вряд ли назовешь - хулиганье. Впрочем, личность пирата теряется за описанием и подсчетом количества пушек на его корабле. Справедливости ради надо сказать, любопытных фактов книга тоже не лишена. К примеру, интерес представляют эпизоды с заселением Мадагаскара, где каждый из пиратов стал мелким царьком, забавы и острастки ради сталкивающим лбами племена туземцев. Или история о том, как капитан Дэвис брал укрепленные форты без единого выстрела и как впоследствии ему это аукнулось.

Документальная основа книги то и дело бывает подорвана изрядной долей авторской фантазии, что идет во вред достоверности. Так, две биографии женщин, ставших пиратами, практически полностью выдуманы Дефо. Получается ни рыба ни мясо: для исторического произведения чересчур много вымысла, а с другой стороны все упирается в череду цифр и сухой статистики, что несовместимо с художественной частью.