С каждым днем она привыкала ко мне всё больше и больше. Иногда мы перебрасывались парой интересных историй из жизни. Конечно, свои истории я придумывал. Кстати, я до сих пор не назвал ей своего настоящего имени.
С момента оргии в сарае прошла неделя. Естественно, я проголодался. Приходилось терпеть. К другим бабам тащиться не хотелось. Не было ни сил из-за раны, не желания из-за Али. Только и думал о Дюймовочке. Сутки напролёт. И никто теперь, нах, стал не нужен и не вкусен. Интуиция нашептывала, мол
Спустя несколько дней мне заметно полегчало. Рана заживала поразительно быстро и практически не беспокоила. Каждый день, утром и вечером, Алечка делала перевязки.
Почувствовала мой жар. Мою власть. Силу. Но главное, своей доминирующей хваткой я с абсолютной уверенностью дал ей понять, что она теперь не одна в этом мире, что её больше никто и кончиком ноготка не посмеет тронуть.
Осторожно приподнялся на кровати, придерживаясь за раненый бок. Вытянул руку навстречу и уверенно переплел наши пальцы друг с другом. Крепко сжал. Взгляд – глаза в глаза. Мне показалось, или малышка растаяла? Превратилась в обмякшую, желейную лужицу.