Цитаты из книг автора «Дана Стар»

А он вдруг на колени упал. Обнял меня сильно-сильно, носом прижался к животу. Целовал его, что-то шептал на арабском, гладил… И рыдал.

Ненавидишь – ненавидь. Но тебе меня не сломить.

Сука не захочет – кобель не вскочит.

Те твари, что осмелились хоть раз поднять руку на женщину, заслуживают зверской кастрации и пожизненной инвалидности.

Бойся своих желаний. То, что мы ненавидим… Напротив. Хотим. © Дана Стар

Ибо лучшая награда за боль, унижения, страхи – конечно же деньги.

Любовь – больная выдумка наивных глупцов. Любви нет. Есть лишь одержимое влечение. Любимые не предают. Не бьют с маху ножом в спину. Они лучше сами себя ударят. Сами подставят свою грудь под острое лезвие кинжала. Жертвуя собой… Но никогда не предадут любовь. Никогда…

Ибо тайное, рано или поздно, становится явью.

ноги. Войдя в палату к матери, я увидел её сидящей у окна. Она смотрела в одну точку, будто истлевшая мумия, и что-то тихо бормотала. – Я пришёл к тебе! – окликнул её зло. – Твой сын! Вздрогнула, но не стала оборачиваться. – Которому ты испортила жизнь… Она выглядела ужасно. Просто животное, запертое в клетке. Но, в то же время, смогла ответить на мои вопросы. Это единственное, что я её попросил хотя бы, чтобы у меня о ней осталось хоть что-то человеческое в памяти. – Покайся. Раскрой всю правду и признай вину! Разговор был долгим, изматывающим. Я рассказал матери о Снежане, как она получила свою карму, когда лгала о болезни. Как она умирала в боли и муках, потому что даже обезболивающие ей не помогали. Потом о детях рассказал… Один малыш погиб, второй родился больным и непонятно выживет или нет. – Довольно? Или продолжать? Ты этого хотела? Такую ты жизнь хотела для своего сына? Снежана стала достойной женой? Оправдала твои надежды? – Что ты ещё хочешь от меня? Я ошиблась. Я поступила чудовищно! Я никогда не найду успокоения после того, что совершила… Почему вы меня просто не убьёте? Она так и продолжала сидеть ко мне спиной. Ей было стыдно обернуться! Стыдно посмотреть своему сыну в глаза! – Потому что смерть – это просто. Ты будешь мучиться долго здесь, за решёткой, в окружении себе подобного сброда. Теперь расскажи мне ваш план со Снежаной. Как я и думал, они договорились заранее, тщательно всё продумали, проиграли, проработали. Где надо врачей подкупили, где надо подделали документы. Свидетельство о рождении Стёпы, вместе с анализами и заключениями, тоже бы поддельным, потому что я не изменял Кате, когда мы начали встречаться. Снежана на тот момент была за границей. Крутила роман с моим знакомым – влиятельным человеком, к которому от меня к нему сбежала, выдав моего ребёнка за его. Я мог бы сделать тест! Тест на всех своих детей. Но я этого не хочу. Пусть будет, как будет, смысл уже всего этого? Снежаны нет, мать наполовину овощ, я должен искупить вину. В качестве этого буду поднимать и ставить на ноги детей. Потому что мне понадобится много сил и терпения! Всё, что я хотел услышать сегодня, я услышал. Я распутал клубок полностью. Вышел из здания больницы и поехал к своему ребёнку. Наденька до сих пор лежала в боксе, под наблюдением врачей, но сегодня мне разрешили взять её на руки. Врачи сказали, ей намного лучше. Она открыла глаза, я увидел, какие они у неё красивые… мои копии. Надя посмотрела на меня, и в этот миг внутри меня многое изменилось. Это был какой-то человеческий такой взгляд, полный смысла и надежды. Она смотрела на меня так, словно всё понимала. Каждое моё действие, каждое слово, взгляд… Я наклонился к ней и поцеловал её в лобик. Меня опять пробило на слёзы. И тогда я понял, что не брошу её. Никогда. Малышка крепко ухватилась своими маленькими пальчиками за мой палец и не хотела меня отпускать – это был знак. За моей спиной

остроты ощущения. Не выдержав властного напора, отскочила спиной назад, врезавшись в ствол дерева. Амиру пришлось сбавить обороты. – Дай-ка посмотрю на тебя… – Оторвался, отстранился, прошёлся по мне неким воодушевлённым взглядом. – Красивая. Мышка, какая же ты всё-таки красивая! А я был полным долб*ёбом, когда посмел тебя оскорбить, касательно внешности. – Не стесняясь, выругался. А мне почему-то захотелось рассмеяться. Но в этот миг, я не испытывала к нему ненависти. Я не злопамятна. А чересчур нежная и до жути ранимая. Внезапно, Амир прижал меня к себе. Стоячий, как кол член, воткнулся в живот. Ох, мамочки! И как он только поместился в меня, такую узкую и мелкую, тогда, в клубе? Не порвал. Не причинил особой боли. Вывод – просто Амир достаточно опытный мужчина. – Обхвати меня ножками, девочка. – Горячий выдох в ухо. Мурашки рассыпались по всему телу. – Сейчас тебе будет безумно приятно. И очень, очень жарко, милая! Шлёпнул обеими ладошками по попке, а затем сжал. Господи! Там, в области лона, уже не покалывало, а, блин, горело, кипело, дымилось! Влага текла по ногам. А он эту влагу размазал по своим умопомрачительным бёдрам, когда, одним ловким движением, посадил меня на себя, заставляя обхватить его талию ногами, скрестив их на упругих мужских ягодицах. Одной рукой – держал на весу, другой – поправил член, направляя его в мокрое, на всё готовое лоно. – Ах! Я не хотела, но стон вырвался сам по себе! Амир лишь коварно улыбнулся, и… настойчивым толчком насадил меня на себя, прижимая спиной к дереву, сминая ягодицы пальцами. Господи! Какой он сильный, какой страстный, властный и порочный! Чёртов демон… Искуситель. Заморил меня до граней. Даже немного было больно от его размеров, хоть и не девочка вовсе, хоть уже и было до этого с ним несколько раз! А всё равно… Секс с Дьяволом как будто каждый раз первый и непредсказуемый. То грубый, то дерзкий, то хлёсткий, то резкий. Честно, я бы с удовольствием попросила бы его ещё раз, чтобы демон меня как следует отшлепал. Толчок за толчком… Поцелуй за поцелуем… Вдох и выдох… Дыхание частое. Пульс зашкаливает. Сердце, и моё, и его, пропускает удары, на миг замирая. Амир принялся заполнять меня собой, двигаясь плавно, приподнимая мою попку, осторожно насаживая до самых яичек. Эта поза была неудобной. Но безумно интересной. Острые ощущения не заставили себя долго ждать. Вот сейчас стало воистину душно! Амир был прав. Я окончательно согрелась, за какую-то там ничтожную минуту, забыв о том, что, часом ранее, чуть-было не утонула, разбившись о скалистый берег. * * * Где-то там, вдалеке, шумит бурная река. Над нашими головами, высоко, у самых крон елей, слышится пение лесных птиц. Свежо. Хорошо. Пахнет хвоей и грибами. Никогда! Никогда я себя ещё так здорово не ощущала! Мне нравилось смотреть в его глаза, когда он входил в меня. Мне нравилось быть собой и заниматься с ним сексом без маски, без лжи, в постоянном страхе быть разоблачённой. Мне нравилось стонать громко. Просить его сделать так, или иначе. Говорить с