Цитаты из книг автора «Дана Делон»

– Все нормально, – говорит Артур тихим добрым голосом, – тебе что-то нужно? Ты хочешь что-то спросить? – Я хочу тебя увидеть, – вырывается у меня, и я зажмуриваюсь, – увидеть и поговорить. – Когда ты свободна? – мгновенно спрашивает он. Я подхожу к окну и открываю створку, холодный ветер бьет в лицо, и я вдыхаю полной грудью свежий воздух. Это действует успокаивающе. – Если честно, я свободна сейчас. Я не дома, поэтому могу выйти в любой момент. – А где ты? – У Августина, это друг моего дедушки, долгая история, – поясняю я, и Артур хмыкает: – Я имею в виду, где ты находишься территориально? Чтобы я мог подъехать. Я замираю и взволнованно отвечаю: – Ты сейчас приедешь? Ты можешь? – Если ты поделишься со мной адресом, то да, – насмешливо говорит он, и уголки моих губ приподнимаются в улыбке. – Я на улице Риволи, напротив сада Тюильри. – Мне нужно минут тридцать, чтобы добраться туда. Встретимся около входа в сад. – Это все происходит по-настоящему? Артур на том конце тяжело вздыхает: – По-настоящему. – Тогда до скорой встречи? – Мне все же не верится. Должен же быть какой-то подвох, в моей жизни ничего не бывает так просто. – До скорой, Адель. – Он вновь произносит мое имя как-то по-особенному. С такой нежностью, что по коже бегут мурашки. Я сбрасываю вызов, кладу руку на

– Ты сейчас приедешь? Ты можешь? – Если ты поделишься со мной адресом, то да, – насмешливо говорит он, и уголки моих губ приподнимаются в улыбке. – Я на улице Риволи, напротив сада Тюильри. – Мне нужно минут тридцать, чтобы добраться туда. Встретимся около входа в сад. – Это все происходит по-настоящему? Артур на том конце тяжело вздыхает: – По-настоящему. – Тогда до скорой встречи? – Мне все же не верится. Должен же быть какой-то подвох, в моей жизни ничего не бывает так просто. – До скорой, Адель. – Он вновь произносит мое имя как-то по-особенному. С такой нежностью, что по коже бегут мурашки.

– Это Адель. Повисает пауза. – Подожди секунду, – наконец просит он и, прикрыв ладонью телефон, кому-то кричит: – Андре, я выйду на пару минут! – Я отвлекаю тебя? – неловко вырывается у меня. Не представляю, как вести с ним диалог, стеснение в груди мешает мне говорить. – Не бери в голову, – спокойно отвечает он. И я вновь молчу. – Адель, – зовет он, и мое дыхание учащается: он назвал меня по имени, и оно прозвучало… шепотом, нежно, с трепетом. Хотя, быть может, мне просто показалось. – Я не знаю, как начать этот разговор. Все как-то странно… – Слова звучат нескладно, и я начинаю на себя злиться. Что со мной не так? Почему я растерялась?

что хочу услышать его голос. И увидеть… Я решаю больше не тратить нервы на глупые переживания и звоню абоненту, записанному в телефонной книжке как «тот, кто тебе нужен», себя Марсель записал: «на всякий случай». Я закатываю глаза. Агент 007 – Марсель де Флориан. В трубке появляются гудки, и у меня так сильно бьется сердце в груди, словно силится выпрыгнуть, а в ушах бьется пульс. Три гудка, и на том конце снимают трубку. – Алло, – раздается хриплый голос. И я теряюсь, молчу – так сложно выдавить из себя хоть слово, ком встает в горле. Фоном до меня доносятся звуки ударов и шум мужских голосов. – Да, – повторяет Артур, и в его тоне проскальзывают нотки нетерпения. Я тихо выдыхаю остатки воздуха и шепотом говорю:

извиняюсь я. и испытываю благодарность, потому что никто не начинает допытываться, кому и зачем я хочу позвонить. – Если тебе необходимо уединиться, можешь поговорить в моей комнате. Самая последняя дверь внизу по коридору, – добродушно предлагает Сесиль, и я готова обнять ее за чуткость. Я так нервничаю, такое чувство, что сейчас бухнусь в обморок. В комнате Сесиль много розового, а еще в глаза сразу же бросаются балерины. Они повсюду! Несколько картин, миллион статуэток и даже светильники! Грациозные, тоненькие, гибкие, красивые. Даже странно, что девочка таких габаритов окружила себя именно ими. Я плотно закрываю дверь и делаю медленный вдох. Из кармана джинсов достаю одноразовый телефон и нервно кручу его в руках. Ловлю себя на мысли,

Я тихонько встаю из-за стола. – Мне нужно сделать один звонок, –

Рана до сих пор болит, и это странное ощущение, но я получаю удовольствие от этой физической боли. Внутри меня все настолько разрушено, переломано, моя душа до такой степени потеряна, что я не знаю, где искать ее и найду ли я вообще ответы на не дающие мне покоя вопросы. А эта боль реальна. В отличие от всего остального в моей жизни она настоящая.

смотрела, как красные капельки стекают вниз по животу, и не могла оторвать взгляда от собственной крови. Это зрелище загипнотизировало меня. В нем было некое животное наслаждение.

Две недели назад в приступе безысходности или скорее умопомрачения я порезала себя. Мое тело казалось мне не родным. Я так отчаянно хотела добраться до сути! Мне казалось, что под кожей скрываюсь настоящая я. Я лишь жаждала вспомнить, понять, принять и убедиться. Я взяла канцелярский нож, встала перед зеркалом и медленно, с каким-то диким удовольствием вонзила его в кожу, а после миллиметр за миллиметром разрезала ее. Под ней была кровь – значит, я жива. Я чувствовала боль – значит, я живу. Я

Пару недель назад она резала себя. Видел только я… но ты понимаешь? Она резала себя канцелярским ножом.