Глава 3

Барон стоял у распахнутого окна и задумчиво смотрел вдаль. Шпионы докладывали, что Скумринг, новый правитель Моркорда, развернул бурную деятельность по усилению военной мощи: производил неведомые до этого орудия, в два раза увеличил численность войск. Ходили слухи, что у него появилось секретное оружие. Что-то таинственное, а то и вовсе магическое. Граница Моркорда проходит по хребту гор, вид на которые открывается из окон замка и которые находятся от города всего в нескольких милях. Горы всегда считались надёжной защитой. Провести через них большую армию незаметно невозможно. Вторая линия обороны – лес, посаженный много веков назад предками барона. Правитель Моркорда, как было известно, с древних времен избирался из числа сильнейших лидеров городов тёмной империи. Новый правитель обязательно начинал своё правление с попытки захватить Лисверден. Несколько лет назад трон Моркорда занял новый хозяин, а значит скоро надо ожидать очередной войны. Всё шло именно к этому.

И вот сейчас умирает его, барона, ближайший помощник, а в городе появляется чужак, пришедший из Моркорда. Это не могло быть просто совпадением. Всему должно быть объяснение, но барон не находил его. Где связь? Конечно, проще всего казнить чужака, как всегда поступали его предки. Как всегда поступал он сам. Но неведомая сила сейчас останавливала его. Внутренний голос, не раз спасавший ему жизнь, говорит не делать этого. Почему?

У барона была причина для тяжёлых дум. В городе находится лишь небольшой гарнизон. И, если Скумринг решит напасть, и напасть именно здесь, то потребуется организовать отражение атаки и вызвать помощь. Однако если это окажется пустой паникой, и противник нападет в другом месте, он может отвлечь войска от действительно опасного направления.

«У Грегори были мысли по этому поводу. Перед смертью он говорил о том, что у него есть важная информация, которую надо проверить. Проверил ли он её? Она подтвердилась? Теперь уже Грегори не скажет об этом. Грегори, Грегори, что же с тобой произошло? Почему ты умер? И именно сейчас. Может быть, что-то можно найти в его записях? Грегори был довольно щепетильным в таких вопросах. Как же поступить?»

После долгих раздумий барон принял решение. Первым делом допросить чужака, привлечь Хелера. Потом уже можно будет и казнить. Если он действительно окажется шпионом Скумринга.

– Приведите пленника, – приказал барон стражникам. – И позовите Хелера.

В заточении человек не терял время даром. Необходимо было найти, придумать причину, по которой барон оставит его в живых. Разумную причину.

«Как избежать казни? Доказать барону, что я могу быть полезен… Чем? – человек думал, перебирал в голове возможные варианты. – Поклясться в вечной преданности. Кто поверит подозреваемому в шпионаже? И чем я могу поклясться? Обещать сделать то, что для него важно. Что для него важно?»

«Для него важно выяснить, кто убил придворного», – подсказал внутренний голос.

«И как я это выясню? Я не знаю, как проводить расследование».

«Знаешь…»

«Откуда?»

«Просто знаешь и всё…» – внутренний голос не спешил делиться своими тайнами.

«Допустим, знаю. Как убедить в этом барона? Или он вот так скажет, да, конечно, расследуй! Ты же шпион, почему бы не доверить тебе расследование?»

«Так и скажет. Почти так».

Лязгнули засовы, и дверь с душераздирающим скрипом отворилась, впуская в камеру тусклый свет факела. Человека подняли на ноги, приказали выходить. Та же троица в том же порядке повела его назад.

Настроение барона было ещё мрачнее, чем при первой встрече. Он указал пальцем перед собой, и стражники посадили пленника на пол.

– Продолжим нашу… беседу, – голос барона глухой, не выражает ничего. – Сейчас рассказывай всё. Не скрывая ни малейших деталей.

Человек долго смотрел в пол, вспоминая, что он скрыл. Поднял голову, посмотрел барону в глаза.

– Я очнулся на горе… – начал он.

Барон скривился.

– Выслушайте меня! – быстро заговорил человек. – Я действительно потерял все воспоминания. Когда я пришёл в себя, на мне была эта одежда, рядом валялся мешок, в нём немного еды, оружие. Меч, арбалет, ножи. Когда я попытался вспомнить, передо мной появилось видение, как я иду по пустыне…

– Стой! – перебил его барон. – Когда тебя задержали, меча при тебе не было. И арбалета тоже. Мне доложили, что при тебе вообще не было оружия. Если не считать палки.

– Я спрятал их у леса, после того как вышел из него, – человек не стал ничего скрывать. Чем откровеннее он сейчас расскажет, тем больше доверия к нему будет. Может это и сработает. – Могу показать где.

– Допустим, – барон внимательно смотрел на пленника. – Зачем спрятал?

– Я решил, что вооруженный человек вызовет больше подозрений, чем безоружный. Хотя я всё же кое-что я взял с собой, на всякий случай. Для защиты.

– Что?

– Небольшой нож. Он и сейчас при мне, спрятан за голенищем сапога. Никто не обыскивал меня. Как видите, я честен с Вами, не замышляю ничего дурного.

Барон жестом приказал обыскать пленника. Стражник извлёк из сапога нож.

– До чего же безответственные люди, – вздохнул барон, глядя на нож, который лежал перед ним. – Спокойное время плохо влияет на них, – барон вновь вздохнул. – Но продолжим. Когда ты пришёл в себя, было утро или вечер?

– Вечер, солнце уже садилось, – человек наморщил лоб, вспоминая.

– Хорошо. Дальше.

– Это всё. Я переночевал на горе, утром прошёл через лес и вышел к деревне, где меня оглушил и связал Альдест. Это было вчера…

– Ты сказал, что, если бы хотел, легко перебил бы охрану. Почему ты так сказал?

– Я сам не знаю. У меня было такое чувство, – пленник помолчал. – И сейчас оно есть… даже безоружный я могу постоять за себя, обладаю навыками, умениями.

– Интересно… – барон встал с кресла, прошёлся по зале. Подошёл к пленнику. – О себе ты ничего не помнишь? Ни как тебя зовут, ни чем ты занимаешься? Но уверен, что обладаешь навыками. Судя по арсеналу, который спрятал, с оружием обращаться ты действительно умеешь. Если только не украл его… – барон посмотрел в глаза пленнику.

Тот не шелохнулся. Не отвёл взгляд. Барон продолжал.

– Меч. Оружие воина. Бой честный, выявляет сильнейшего. Арбалет. Здесь уже убийство на расстоянии, исподтишка. Нож… тут больше разбойник, бандит, чем рыцарь. А твоя одежда? В ней ты действительно больше похож на нищего бродягу, чем на солдата. Что нам это даёт?

Пленник молчал.

– А даёт нам это вот что. Ты или шпион, вполне сносно разыгрывающий потерю памяти, – барон вернулся в кресло. – Или разбойник. И в том, и в другом случае судьба у тебя одна, незавидная. А именно, виселица.

Пленник молчал.

– Есть одно но… – барон встал, подошёл к окну и распахнул его.

Он долго смотрел в сторону гор.

– Есть одно но, – задумчиво повторил он, закрывая окно и возвращаясь в кресло. – Шпионы есть не только в Моркорде, но и у нас, в Лисвердене. Даже я время от времени пользуюсь их услугами. И я не тешу себя мыслью, что знаю их всех. Ты можешь быть одним из них.

Пленник молчал.

– Молчишь… – они смотрели друг на друга. Барон продолжал. – Ты спрашивал, есть ли способ вернуть тебе память.

Пленник кивнул.

– Возможно, способ есть. Не уверен, что он безопасный, но это в любом случае лучше, чем болтаться на виселице. Как считаешь? – барон криво усмехнулся.

– Согласен! – не раздумывая, ответил пленник.

– Хорошо… Хелер, – обратился барон к тёмному углу у дверей, – что скажешь?

– Ты прав, – ответил тёмный угол. – Это будет занимательно.

Человек оглянулся на голос.

На свет вышел молодой мужчина с острыми чертами лица и серыми волосами, грязными сосульками, спадающими до шеи. Его худое длинное тело обтягивал узкий серый камзол, который придавал и без того бледной коже землистый, болезненный оттенок. Глаза его, карие, большие, светятся загадочным огнëм. Говорил он тихо, медленно, делая паузы между словами, подбирая каждое слово к предыдущему. Как мастер нанизывает янтарь на нитку бус. Хелер подошёл к пленнику, внимательно посмотрел на него. От этого взгляда повеяло таким холодом, что человек невольно сжался. Взгляд барона, по сравнению с этим, сейчас кажется тёплым лучом весеннего солнца. Собрав всю свою волю в кулак, он ответил на взгляд Хелера. Открыто, уверенно, дерзко. Так они смотрели друг на друга, не отрываясь, несколько минут. Барон с интересом наблюдал за дуэлью, не прерывая её.

– Это будет занимательно, – повторил Хелер, не обращаясь ни к кому конкретно. Отвёл взгляд, улыбаясь. Складывалось впечатление, что он успел позабыть о том, где находится, о присутствующих, и витал где-то в своих мыслях. Не произнеся больше ни слова, быстрым шагом он вышел из залы. Пленник непонимающе посмотрел на барона, а тот, как ни в чем не бывало, продолжил:

– Если уж тебе суждено пока оставаться среди живых, для облегчения общения, нам стоит познакомиться. Ты же не против?

– Нет, – ответил пленник.

– Хорошо. Для облегчения общения… не называть же тебя и в самом деле всё время шпионом. Какое имя тебя устроит?

– Я не знаю. Выберите сами, – человек пожал плечами.

– Кому ты служишь, мы пока оставим в покое, – барон рассматривал пленника. – Ты привычен к оружию… Воин, стало быть… Как тебе имя Кригер? Годится?

– Годится, – сухо ответил человек.

– Хорошо… Моё имя, конечно, тебе ничего не скажет. Тем не менее. Я владею городом, он именуется Грансер, замком и всей округой, вплоть до соседнего владения, Хардхеда. Мой род живёт здесь сотни лет, охраняет границы королевства Лисверден. Величают меня, как и всех мужчин в роду, Гранселан, – барон помолчал. – А сейчас о том, как я вижу настоящую ситуацию. Посвящу тебя, так сказать, в политику. Чтоб ты понимал, – барон помолчал. – Грансер находится на границе Моркорда, тёмной империи, и Лисвердена, светлого королевства. Мы пограничный город. За всё время нашего существования, ни один враг не сумел захватить Грансер. А попытки были, поверь мне, были и неоднократно. Мы умеем сражаться. Несколько лет назад на престол Моркорда сел новый правитель, Скумринг. Умный, талантливый. Этого у него не отнять. В то же время он жестокий, не знающий жалости ни к своим, ни к чужим, тиран. В настоящее время Моркорд готовится к войне с Лисверденом. Это подтверждено неоднократно, – барон, не отрываясь, смотрел на пленника. – Это, так сказать, общая картина мира. Теперь частное. При невыясненных обстоятельствах умирает мой ближайший помощник. Загадочно, неожиданно. Во время подготовки города к обороне. И тут, ну надо же, в городе появляется чужак. Приходит из-за гор, с земли врага. И что он рассказывает? – барон прищурился. – Я ничего не помню? Как бы ты поступил на моём месте? Что бы подумал? А, Кригер?

Кригер не ответил.

– Вот и я не знаю, – продолжил барон. – А подумал я, первым делом, что Скумринг решил взять Грансер не силой, как это делали его предшественники, а хитростью. Заслать в город убийц и уничтожить оборону изнутри. Как тебе такая идея?

Гранселан не ждал ответ. Он говорил сам с собой, искал правду.

– Вопрос в том, связан ли ты со всем этим? К смерти Грегори ты отношения не имеешь, это понятно. Да и вообще, расследование пока не пришло к однозначному выводу убийство это или нет. Возможно, всё это лишь череда чудовищных случайностей.

Двери бесшумно открылись. По спине Кригера скользнул холод. Вернулся Хелер.

– Всё готово, Гранселан, – кивнул он барону, не обращая ни малейшего внимания на пленника, будто того и не было здесь. – Следуй за мной.

Хелер не проявил должной учтивости, но барон не обратил на это внимание. Не высказав ни тени недовольства поведением этого странного человека, он встал с кресла и направился вслед за Хелером. Кригер удивился. Что за отношения их связывали?

К Кригеру подошли два стражника, поставили его на ноги и подтолкнули к выходу. Толчки в Грансере, похоже, заменяют слова.

Часть дороги была знакома Кригеру. Это лестница, ведущая в тюремный подвал. Но на середине пути Хелер неожиданно нырнул в нишу, с трудом различимую в тусклом свете факелов. Барон, приказав стражникам оставаться на месте, пропустил Кригера вперёд, а сам пошёл за ним. Хелер ждал их в конце короткого коридора, освещая путь факелом.

Они прошли ещё несколько тёмных, не освещённых коридоров, долго спускались по узкой лестнице, Кригеру показалось вечность, и, наконец, зашли в комнату.

– Ты первый раз пригласил меня в своё логово, – проговорил барон, устроившись на единственном стуле.

– Повода не было, – бросил в ответ Хелер.

Кригер окинул комнату взглядом. Вдоль стен стоят длинные ряды стеллажей. На одних ровными рядами расставлены книги. Их огромное множество. На других – банки, флаконы, колбы и прочие ёмкости, различных размеров и форм. Посреди комнаты огромный стол, заваленный бумагами, свитками, книгами и разным хламом. Комнату освещают три свечи, вставленные в керамический подсвечник, стоящий среди вороха бумаг.

– Ты бы поосторожнее со свечами и бумагой, – проворчал барон.

Хелер лишь отмахнулся.

На краю стола, расчищенного от хлама, стоит флакончик с мутной, переливающейся всеми цветами радуги, жидкостью.

Хелер взял флакон и протянул его Кригеру:

– Пей!

Кригер взял флакон в руку и оценил содержимое. Желания пить это снадобье не было. Он вынул пробку. Понюхал. Запах довольно специфический, и благородным назвать его сложно. Кригер поморщился:

– Что это?

– Ты все равно не поймёшь, так что… пей.

Кригер посмотрел на барона в поиске поддержки. Тот лишь пожал плечами:

– Ты сам согласился…

– Пей уже! – настаивал Хелер. – Не помрëшь, не бойся!

Поняв, что так просто от него не отстанут, Кригер зажмурился и резко опрокинул содержимое флакона в рот. Густое, как слизь, зелье имело смешанный сладковато-горький вкус. Обволакивая нутро, оно медленно скатилось по пищеводу и тяжёлым грузом легло в желудке. С трудом удержав в себе это пойло, Кригер открыл глаза.

Он в пустыне. Впереди виднеются горы. Ему надо туда. Лорд ждёт доклад. Нужно сообщить ему о планах врага. Что бы это не стоило. Даже ценой собственной жизни.

– Лорд ждёт доклад! Сообщить! Срочно!

– Чей лорд? Какой доклад? О чём?

Кригер мучительно возвращается к реальности. С широко раскрытыми глазами озирается по сторонам в попытке понять, где находится. Он же только что был в пустыне! Что это за комната? Что за люди находятся рядом с ним? Рука потянулась к мечу. Руки связаны? Кригер ещё больше забеспокоился. Барон с интересом наблюдал за происходящим.

– Чей лорд? – повторил он не громко, разделяя слова.

Кригер, всё ещё не осознавая, где находится, не ответил. Он готовится к драке, сжимает кулаки.

Хелер подошёл к нему, выставив вперёд правую руку.

– Ты вернулся! – проговаривая каждое слово с определённой, ему одному известной тональностью и медленно очерчивая рукой окружность, произнёс он. – Закрой на один миг глаза и открой их снова.

Кригер, повинуясь голосу, выполнил указания. Когда он снова открыл глаза, пустыни не было. Он стоял в маленькой комнате, рядом стоял барон. То, что он видел под действием снадобья, отпечаталось в его мозге. Первое воспоминание.

– Начало положено, – удовлетворённо улыбаясь, произнёс Хелер. – Маловато конечно. Думал, удастся достать больше. Всё равно, не плохо. Работает. Продолжим завтра.

Барон возмущённо оборвал радость Хелера:

– И это всё? Ради этого ты притащил меня сюда? «Лорд, доклад…» Что вообще это значит и как нам поможет?

Хелер не ответил, пожал плечами. Барон продолжал негодовать:

– Я прощаю тебе многое. За кое-какие проступки другой бы уже лишился головы. Ты нет! Если хочешь и дальше заниматься своими делами, не опасаясь за свою жизнь, дай мне то, что я хочу!

Хелер невозмутимо, даже демонстративно, отвернулся от барона и принялся перебирать свои баночки.

– Завтра, Гранселан, завтра…

Барон сжал кулаки, глядя в спину Хелера. Ноздри его в ярости раздувались. Дыхание стало шумным.

Хелер увлечённо занимался своими делами.

Барон громко, выпуская воздух через нос, выдохнул. Разжал кулаки. Махнул рукой.

– Завтра! – сухо сказал он и вышел из комнаты.

– Как себя чувствуешь? – обратился Хелер к Кригеру, когда шаги барона стихли.

– Мутит немного, но жить, надеюсь, буду. Я хочу вспомнить, но это оказывается совсем не просто. Всё, чего я могу добиться, пустота и темнота. Ты мне поможешь? Можешь сказать, что со мной?

– Возможно… – Хелер перешёл к полкам с книгами. Начал перебирать их. – Как ты уже понял, я здесь нахожусь в качестве… знахаря, – Хелер усмехнулся. – Гранселан порой бывает невыносим, – неожиданно пожаловался он. – Ему надо здесь и сейчас, и желательно всё сразу. Не понимает, что так не бывает.

Хелер достал книгу, которую искал и стал перелистывать страницы.

– Так вот, я знахарь, – продолжил он, не отрываясь от книги. – Остановимся на этом. Наша память сложная штука. Как она устроена, что там происходит в нашей голове, большая загадка. У меня есть несколько теорий, – Хелер посмотрел на Кригера, покачал головой. – Нет, тебе это будет не интересно.

Хелер увлёкся чтением книги. Кригер подошёл и заглянул через плечо. На странице нарисован камень в лесу. Описание Кригер прочитать не успел, Хелер захлопнул книгу.

– Так вот, – как ни в чём не бывало, продолжил Хелер. – Наша память не однородна. Какую-то часть нашей жизни мы помним хорошо. Даже если это произошло много лет назад. А порой, то, что было вчера, не можем вспомнить. Почему так?

Кригер пожал плечами.

– Вот и я говорю, чудеса. Я всегда хотел поработать с памятью, веришь? – Хелер с любопытством посмотрел на Кригера.

Кригер кивнул.

– Замечательный случай. Мне пока ещё не доводилось заниматься таким…

Кригеру вспомнились слова барону о небезопасности восстановления памяти. На лбу его выступила испарина. Хелер заметил это.

– Ты не волнуйся, – попытался он успокоить Кригера. – Я много времени изучал этот вопрос. Много читал. Завтра продолжим. А сейчас мне нужно подготовиться к одному ритуалу. Поэтому я с тобой попрощаюсь.

Хелер вывел Кригера на лестницу и передал стражнику. Пленника вернули в камеру, развязав в этот раз руки. Кригер растёр занемевшие кисти, запястья, бросил плащ на солому и лёг. События дня вымотали его. Дорога из деревни, допрос у барона, знакомство со знахарем. От его зелья до сих пор ощущалась тяжесть в желудке и подташнивало. Что он придумает к завтрашнему дню… Думать об этом не хотелось. Кригер закрыл глаза и тут же уснул.