Цитаты из книг автора «Чарльз Дарвин»

Предположение, что какой-нибудь орган, который, по нашему мнению, мог бы оказаться полезным для вида – в чем мы нередко можем ошибаться, – должен при каких бы то ни было обстоятельствах образоваться путем естественного отбора, прямо противоречит тому, что нам известно о способе действия последнего»

Когда особенности строения общи многим родственным формам, мы признаём за ними высокое систематическое значение и предполагаем, что они имеют и крайне важное жизненное значение для вида» Pleuronectidae

Сохранение каждого вида редко определяется одним каким-либо преимуществом, обыкновенно же соединением их всех, больших и малых»

Для каждого легкого индивидуального различия должна существовать какая-нибудь вызвавшая его причина; и если неизвестная причина будет действовать упорно, то почти несомненно, что все особи данного вида изменятся сходным образом»

Факт незначительности или даже полного отсутствия изменений со времени ледникового периода совершенно бессилен против учения о естественном отборе»

другой стороны, во мне не очень много скептицизма, а я убежден,

того, чтобы отказаться от любой, самой излюбленной гипотезы (а я не могу удержаться от того, чтобы не составить себе гипотезу по всякому вопросу), как только окажется, что факты противореча

На помощь этой чистой любви приходило, однако, и честолюбивое желание снискать уважение моих товарищей-натуралистов. С самой ранней юности я испытывал сильнейшее желание понять и разъяснить все, что бы я ни наблюдал, то есть подвести все факты под некоторые общие законы. Все эти причины вместе взятые и объясняют то терпение, с которым я мог в течение любого количества лет упорно размышлять над каким-нибудь неразрешенным вопросом

С другой стороны, благоприятным для меня, как я думаю, обстоятельством является то, что я превосхожу людей среднего уровня в способности замечать вещи, легко ускользающие от внимания, и подвергать их тщательному наблюдению. Усердие, проявленное мною в наблюдении и собирании фактов, было почти столь велико, каким только оно вообще могло бы быть. И что еще более важно, моя любовь к естествознанию была неизменной и ревностной.

Я обладаю порядочной долей изобретательности и здравого смысла, т. е. рассудительности, – в такой мере, в какой должен обладать ими всякий хорошо успевающий юрист