Один из моих собеседников прилетел из Лос-Анджелеса с собственными бокалами, считая, что посуда на La Paulée не дает тончайшим ароматам бургундских вин возможности раскрыться. Пробуя вино хорошо известных ему производителей, он словно встречался со старыми друзьями. С вином его связывали эмоциональные узы. «Бутылки для меня – все равно что знакомые лица».
