Если во взаимодействии с множественностью предметной среды теряется способность непосредственного переживания, то неизбежно утрачиваешь видение разнообразия и интерес к происходящему.
Если в изучении своего сознания перестаешь испытывать благоговение перед его чудесной тайной, то способность духовного восприятия мира может истощиться.
Стремление узнавать все до того, как оно само пришло в область действительного восприятия, представляет лишь внешнее отражение высшего закона, управляющего сознанием. Это начало глупости и признак потери ясного видения. Художник работы с состояниями стремится пребывать в ощущении наибольшей плотности, избегая разреженных зон и тонких полутонов. Он предпочитает сущностную основу ощущений, а не внешние отражения высших законов.
Если стараешься продвинуться к высокому качеству состояний, то нельзя сосредоточиваться на самом качестве. Это может произойти только как вторичное последствие других движений и действий.